Судя по многочисленным сообщениям российских СМИ, Москва и Вашингтон достигли принципиального соглашения о вступлении России во всемирную торговую организацию (ВТО). Теперь это событие, видимо, состоится вот-вот, не позднее начала весны следующего года. Что создает принципиально иную экономическую ситуацию на постсоветском экономическом пространстве, и Казахстану необходимо активно искать некие новые модели экономического развития.
Очевидно, что, во-первых, оно должно лежать в русле внешнеэкономической политики последних лет, то есть, развиваться в рамках тесного сотрудничества с Россией, как это и предполагается самим существованием ЕврАзЭС.
Во-вторых, составной и очень важной частью этого развития станет опора на естественные преимущества наших стран — углеводородный потенциал. И, в-третьих, необходимо искать возможности ослабления зависимости от этого потенциала, то есть, диверсифицировать экономику.
Последнее становится все более актуальным. Дело не только в принципиальной опасности сильной зависимости экономики от экспорта сырья (а оно в данный момент составляет порядка 90% казахстанского экспорта, у России эта доля несколько ниже, но тоже очень высока).
Членство в ВТО для таких экономик кроме плюсов несет и минусы — еще большее усиление зависимости от экспорта сырья. Кстати, российские эксперты, в частности, Сергей Караганов, руководитель Совета по внешней и оборонной политике, отмечает, что через несколько лет Казахстан и Россию, может ожидать даже при росте добычи и поставок их нефти на внешний рынок, сокращения доли на нем.
- Вся Африка, особенно ее западное побережье, активно развивают нефтедобычу. Сейчас трудно предположить, насколько могут возрасти поставки нефти на мировой рынок в ближайшие пять — семь лет из так называемых нетрадиционных регионов, — заметил эксперт недавно, выступая в Алматы на конференции «Стратегическое партнерство Казахстана и России: современное состояние и перспективы развития».
Такие процессы чреваты тем, что привлечение инвестиций для разработки нефтегазового сектора в наших странах станет все более трудной задачей: инвестиции с большей готовностью идут в регионы, где затраты на добычу меньше и есть открытые порты. Значит, тем более надо искать пути диверсификации экономики.
Впрочем, прежде необходимо создание такой системы взаимоотношений Казахстана и России в нефтегазовой сфере, которая бы исключала ненужную никому, кроме третьих стран, конкуренцию и, наоборот, давала возможность совместно максимально мобилизовать имеющиеся ресурсы.
Например, казахстанский эксперт Лейла Музапарова говорит о формирование российско-казахстанского, «евразийского», нефтяного картеля, что усилило бы позиции обеих стран на рынках стран-покупателей, дало бы возможность влиять на ценовую конъюнктуру.
Вероятно, одним из стержней, вокруг которых этот проект мог бы формироваться, может стать казахстанско-китайский нефтепровод, вернее, трубопроводная система, образуемая им и нефтепроводом, идущим из Западной Сибири на Павлодар и далее на юг. 
То, что эта идея своевременна, подтверждает и российский политолог, сотрудник Института национальной стратегии Юрий Солозобов. На упомянутой конференции он сделал ряд заявлений, резких, но таких, мимо которых не пройдешь. Например:
- Евросоюз уже сейчас выступает с идеей столкнуть лбами Россию и Казахстан, отведя им роль энергетических задворков Европы: наши страны должны поставлять им по 25% энергоносителей. Этому можно противопоставить единство наших инфраструктурных маршрутов, с более активным участием России в новых из них, в частности, в поставках нефти по маршруту на Китай и, главное, построение принципиально новых геоэкономических схем.
Самым важным является переход от сырьевого, по сути, колониального статуса к глубокой переработке нефти и газа. В этом вопросе очень большие шансы у новых месторождений Казахстана.
Отмечает г-н Солозобов и необходимость согласованного вступления наших стран в ВТО; формирование внутренних фиксированных тарифов, прежде всего, в транспортной сфере. Последнее необходимо не только из духа экономической интеграции, но и в силу уникальных условий, которые складываются при формировании Таможенного союза.
Речь о том, что эксперт назвал единой транспортной системой, протянувшейся на десять часовых поясов, с единым таможенным оформлением. «Нужно слить наши естественные преимущества в виде дешевых энергоресурсов с дешевыми, международно-признанными, транзитными перевозками. Так наш большой недостаток — большие расстояния — смогут стать нашим естественным преимуществом».
Речь здесь ведется о создании на территории России и Казахстана того, что г-н Солозобов назвал «энергетической и транспортной олигополиями», то есть, системы, когда несколько крупных компаний контролируют значительную часть некоего рынка. Существовать они должны в виде системы логистических и транспортных коридоров, которые позволяют переваливать грузы от Евросоюза в Азиатско-Тихоокеанский регион и обратно. В принципе, идея не нова, о ней говорят с середины прошлого десятилетия. Но в том, как ее трактует российский эксперт, есть принципиальное новшество: эти маршруты не должны ограничиваться только транзитными перевозками — надо создавать мощную логистическую инфраструктуру, интермодальные узлы. При них должен развиваться сильный малый и средний бизнес; предприятия, которые осуществляют дополнительную подтаможенную переработку товаров. «И если мы это осуществим, то получим уникальное признание в качестве мирового агента в цепочке между двумя экономическими гигантами — Китаем и Евросоюзом, и здесь роль России и Казахстана как не просто стран-транзитеров, а производителей добавочной стоимости, гигантски возрастает», — отмечает эксперт.
Принципиально важно при этом использование новых космических технологий, предлагаемых ныне «Роскосмосом» для транспортного отслеживания грузов в реальном режиме времени с помощью спутников.
- Все это создаст условия для взаимного перекрестного владения капиталами и вложения инвестиций в экономику друг друга, — считает г-н Солозобов.

Ольга Стеблова