Социальное самочувствие населения: пессимизм

Очень часто, слушая бравые доклады некоторых министров о состоянии дел во вверенной им сфере, особенно если речь идет о социальной политике или экономике, складывается впечатление, что эти министры и остальной народ живут в совершенно разных измерениях. Потому что бедных в стране становится меньше только на бумаге, никаких выигрышей от чрезмерно высокого Стабилизационного фонда люди на себе не ощущают, на помощь государства не рассчитывают и в радужные перспективы его развития не верят.

Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) представляет данные о социальных настроениях россиян в первой половине 2005 г.: их оценки собственной жизни и своих ближайших перспектив, экономической и политической ситуации в стране и вектора развития России.

При анализе использованы индексы социального самочувствия. Величина индекса может быть от 0 до 100%; значения ниже 50% говорят о преобладании пессимистических настроений; значения выше 50% свидетельствуют о преобладании оптимистических настроений.

Сводные индексы социальных настроений показывают, что оценки россиянами своей жизни заметно превосходят их оценки того, как складываются дела в стране в целом, в том числе в экономической и политической сферах. Индекс оптимизма в отношении собственной жизни в июле составлял 50% и в первом полугодии 2005 г. колебался в интервале 48–51%, а индекс удовлетворенности своей жизнью равнялся 46% в июле и 45–48% в январе — июне. Показатели, характеризующие экономическую и политическую ситуацию и общий вектор развития страны, были ниже — 38, 40 и 42% в июле и практически столько же в среднем в первом полугодии (38, 40 и 41%). Т. е. оценки россиянами своей жизни в настоящее время и в обозримой перспективе — «средние», не оптимистические, но и не пессимистические, а оценки ситуации в стране (нынешней и в ближайшем будущем) — скорее пессимистические. В январе — июле индикаторы были в целом стабильными, наибольшим колебаниям (в интервале 38–43%) подвергался индекс оценки политической обстановки в России.

Индекс удовлетворенности жизнью на протяжении первых семи месяцев года изменялся в интервале 45–48%, показывая тем самым, что общий настрой россиян в отношении своей сегодняшней жизни был довольно стабильным. При этом опросы зафиксировали некоторые нюансы в динамике настроений. Так, «крайние» оценки («жизнь вполне устраивает» или «совершенно не устраивает») достигли максимальных значений в апреле (11 и 14%), минимальных — в июне (5 и 8%). Соответственно, средняя оценка «жизнь отчасти устраивает, отчасти нет» в апреле составляла минимум — 33%, в июне — максимум — 43%.

Ожидания граждан относительно того, как, вероятнее всего, будет складываться их жизнь через год, также в целом стабильны, в январе — июле индекс составил 48–51%. Однако довольно устойчивые «усреднённые» настроения складываются из различных, компенсирующих друг друга оценок, подвергавшихся в этот период некоторым колебаниям. С начала года по апрель доля оптимистов (полагающих, что они будут жить лучше) снизилась с 28% до 23% и в мае — июне задержалась на уровне 23–24%, а в июле поднялась до 29%. Число пессимистов (прогнозирующих ухудшение своей жизни) колебалось в первом полугодии в интервале 17–23%, своего пика (23%) достигло в апреле, когда число оптимистов и пессимистов сравнялось, затем доля пессимистов снизилась — до 17–18% в мае — июле. Число «реалистов» (полагающих, что будут жить так же, как сейчас), к июлю сократилось до 38% (максимум в 47% был отмечен в марте). Заметно (с 8% в январе до 15–16% в мае — июле) увеличилось число россиян, находящихся в ситуации неопределенности, т. е. не сумевших дать прогноза своего собственного будущего.

Индекс оценок политической ситуации в стране колеблется более значительно: в январе он составил 43%, к марту уменьшился до 38% и в апреле — июле остановился на уровне 40–41%. Доля позитивных оценок политической ситуации с 10% в январе сократилась до 6–7% в феврале — марте, после чего поднялась до 9–10% и зафиксировалась на этом уровне. Отрицательные оценки с января по март возросли на 9 пунктов (с 30 до 39%); в апреле — июне негативная тенденция была преодолена: отрицательные оценки снизились с 39 до 31%, в июле составили 33%. Доля средних оценок с января по июль сократилась с 53 до 46%.

Всё это время индекс оценок экономической ситуации в стране равнялся 38–39%. Доля положительных оценок ситуации в экономике составляла 6–8%, доля отрицательных отзывов, возросшая с 40% в январе до своего максимального значения в 45% в марте, снизилась до 41% в мае и июне, в июле оказалась на отметке 43%. Почти половина россиян (44–48%) в течение января — июля оценивали ситуацию в экономике России как среднюю.

Индекс оценки общего вектора развития страны сохранялся на уровне 41–42%. Доля россиян, склонных согласиться с утверждением, что «дела в стране идут в правильном направлении», росла с 15% в январе до 22% в июне, в июле составила 19%. Эти изменения компенсировались тем, что параллельно колебалась доля респондентов, согласных с данной позицией только отчасти: с января по июнь она сократилась с 42 до 34%, в июле поднялась до 38%. Доля респондентов, не расположенных согласиться с тем, что вектор развития страны правильный, варьировалась в меньшем интервале — 38–41%.

Описание методики построения индексов, разработанной доктором экономических наук, профессором Е. В. Балацким, см. в его статье для журнала «Мониторинг общественного мнения», 2005 г., № 3.