Кому достанется кодорский ключ?

Как сказал на праздновании 13-й годовщины образования Коллективных сил по поддержанию мира в зоне грузино-абхазского конфликта командующий КСПМ СНГ генерал-майор Сергей Чабан, что бы там ни говорили наши недоброжелатели, факты всегда останутся фактами: Коллективные силы по поддержанию мира за время своей 13-летней истории не допустили открытого вооруженного противостояния между конфликтующими сторонами. Нас, как подчеркнул генерал, нельзя упрекнуть в предвзятости, потому что главным принципом применения КСПМ были и остаются нейтральность и беспристрастность. Чем же тогда объяснить новое обострение ситуации в зоне грузино-абхазского конфликта? Пожалуй, лучше всего это показать на примере Кодорского ущелья — самой «болевой точки» Абхазии. Кодорское ущелье — наиболее короткий путь из Тбилиси в Сухуми, по которому можно осуществить силовое решение «абхазской проблемы». Другими словами, Кодоры — своеобразный ключ к «стране души», как абхазцы называют свою республику. Но в том-то и дело, что этот ключ за семью замками… Причем речь не о военных преградах. Без понимания души и чаяний абхазского народа, трудного прошлого и трагического настоящего о каком-либо силовом решении глупо даже мечтать. И в этом, видимо, одна из главных скрытых пружин грузино-абхазских противоречий, которые вряд ли будут до конца разрешены в ХХI в.
Как мне пояснили старики в одном из абхазских сел, должны смениться два-три поколения, чтобы забылись раны и обиды, нанесенные в войне 1992–1993 гг. Пример войны между СССР и Германией говорит как раз об этом: для возобновления отношений потребовалась смена двух-трех поколений. Если учесть еще фактор кровной мести, которая до сих пор жива на Кавказе, то, видимо, под этими словами есть веское основание. Как говорится, нельзя народы принуждать к миру, к миру можно только призывать, о мире можно только договариваться.
Если же не вникать в историю, то все, конечно, можно попытаться решить одним «ворошиловским ударом». Что и вынашивает, судя по всему, грузинское руководство, поэтапно милитаризируя страну и государственный бюджет. Так что Кодорское ущелье, видимо, и впредь будет будоражить воображение тамошних военных стратегов. Сегодня это наиболее оптимальный путь вторжения, особенно если учесть, что морская операция, предпринятая Э. Шеварднадзе в 1992 г., не принесла победы, а сам он оказался блокированным… И лишь вмешательство президента России Б. Ельцина позволило ему избежать пленения в Сухумском аэропорту, где до сих пор стоит так и не поднявшийся в воздух Як-40, на котором глава Грузии прилетел принимать победный парад своих войск.
Но вряд ли «кодорский ключ» окажется в руках грузинских военных формирований, по каким бы натовским стандартам они ни готовились, сколько бы современной техники ни закупали. Как сейчас говорят в Абхазии военные и гражданские, отступать им просто некуда: позади Черное море. Родина или смерть — иного не дано. Но помимо красивых патриотических высказываний, есть объективные реалии. А они таковы. В Кодорском ущелье очень сложный рельеф местности, крутые склоны, поросшие буйной субтропической растительностью. Да и, выражаясь военным языком, его оперативная емкость сравнительно невелика. Тут не развернешь ни дивизию, ни даже полк. Тут, скорее, возможны только диверсионно-партизанские методы ведения боевых действий. Чем, собственно говоря, порою и пользуется грузинская сторона.
По сей день не кончается проникновение и просачивание различных групп, которые «маскируются» под бандитские и криминальные формирования. Хотя на самом деле выполняют чисто политические задачи, похищая, например, глав администраций пограничных районов, осуществляя провокации и нападения на военных наблюдателей ООН. В момент моей командировки близ курортного города Нового Афона прогремел мощный взрыв. Это случилось 21 июня на дороге из Гудауты. Лишь по случайности обошлось без жертв. На самом же деле фугас был заложен для террористической акции и сдетонировал от удара молнии, как пояснил министр внутренних дел Абхазии О. Хеция. А прибывшие на место происшествия саперы и сотрудники правоохранительных органов обнаружили воронку диаметром 1 метр, глубиной 40 см. Были найдены и детали радиоуправляемой установки. Как сказал Хеция, он «не исключает диверсии со стороны Грузии в курортный сезон».
А в понедельник, 9 июля, было совершено покушение на премьер-министра Абхазии Александра Анкваба. Нападавшие открыли огонь по его автомашине из гранатомета на одном из участков дороги из Гудауты в Сухуми. Глава правительства получил легкие осколочные ранения и был госпитализирован. Удивительно, но Грузия поспешила обвинить в этом российские спецслужбы. Заодно досталось и нашим миротворцам, которые якобы не выполняют свой мандат…
Но вернемся к Кодорскому ущелью. Насколько оно надежно прикрыто сегодня? Есть ли все-таки гарантии того, что именно отсюда не будет предпринята силовая акция, особенно после того, как в верхнюю его часть переселилось абхазское «правительство в изгнании»? Из-за чего, собственно говоря, вновь и обострились грузино-абхазские отношения, а переговорный процесс остановился.
Мне не раз приходилось бывать в Абхазии. В том числе и на наблюдательных постах российских миротворцев, но скажу откровенно: попасть именно в Кодорское ущелье — большая удача. Наземный транспорт туда после боевых действий 1992–1993 гг. практически не ходит. Разрушенные дороги даже для военных машин порою труднопреодолимы. А подгадать на вертушку можно лишь при хорошей погоде и везении. На этот раз все сложилось.
На Ми-8 с эмблемой российских миротворцев на борту мы отправляемся на один из самых отдаленных постов — №106. Оттуда на машине предстоит пробираться до поста №107. А там, за мостом, — уже грузинские войска.
…Ми-8 идет вдоль ущелья с огибанием, как говорится, рельефа местности, не забираясь высоко в небо. Так надежнее. Вместе с нами, чуть в стороне и выше, — «крыша», точнее, боевой Ми-24, или как его еще называют «Крокодил». Увы, таковы суровые правила передвижения по воздуху в этом ущелье, которое знало немало трагичных минут. Здесь вдоль дорог можно увидеть остовы сгоревших автобусов и бронемашин. Здесь летом 1993 г. боевики «завалили» вертолет с детьми, который летел из Ткварчели. Здесь же, уже совсем в недавнем 2002-м, бандой Гелаева был сбит вертолет миссии ООН. Погибли три военных наблюдателя ООН, трое граждан Абхазии и три члена экипажа. Словом, ущелье носит недобрую славу. Поэтому почти каждый полет здесь, как игра в рулетку.
Сверху хорошо видно, что тут могут прекрасно укрыться не одна, а несколько банд или боевых подразделений. Им не составит труда просочиться под кронами густой субтропической растительности. Да и сплошной границы между Абхазией и Грузией нет. Чем, впрочем, и пользуются различные военизированные и криминальные формирования. Они похищают людей, «экспроприируют» урожай у сельских тружеников, нападают на глав администраций, военные патрули, устанавливают минные ловушки. Отыгрываются порою и на российских миротворцах: за 13 лет в зоне грузино-абхазского конфликта погибли более 100 наших парней. Такова цена, которую Россия платит за мир на этой земле. И нет никаких гарантий, что эта цифра окончательная.
Конечно, наши миротворцы на дальних постах, особенно в Кодорском ущелье, понимают: в случае времени "Ч" они могут оказаться заложниками ситуации. Высоко в горах и при плохой погоде быстрой помощи не жди. А по ущелью добраться до постов крайне непросто даже в течение 2–3 часов. Поэтому рассчитывать им тут придется только на самих себя. Но нашим ребятам не привыкать действовать в подобных условиях.
Вертушка делает круг, и мы садимся на самом дне ущелья, рядом с постом №106. Ниже — только бурлящая горная река, напротив — обгоревшее здание с пустыми глазницами оконных проемов, закрытых кое-где кирпичами. Когда-то это была школа, теперь — казарма миротворцев. Сегодня службу на двух постах (№106 и №107) несет 2-я мотострелковая рота 13-го отдельного мотострелкового батальона. Здоровые, крепкие парни. Все контрактники, послужившие и повидавшие уже кое-что на своем небольшом веку.
На вопрос: «Как обстановка?» — командир роты капитан Алексей Чистяков и командир взвода старший лейтенант Максим Бородин с некоторым удивлением пожимают плечами: «А что может произойти?». Провокаций нет, выстрелов с грузинской стороны нет, нарушений границ поста нет. Можно только порадоваться.
Но это лишь с нашими миротворцами грузины предпочитают не связываться. Ребята начеку. И окопы — в полный профиль, и блиндажи, и убежища, и дозоры. В готовности ЗСУ-23, другое разрешенное здесь вооружение. Чуть ниже по ущелью есть где-то и абхазские «секреты». Но все тут прекрасно понимают: именно российские миротворцы — основная преграда на пути к Сухуми, «кость в горле» политических авантюристов. Может, поэтому именно Россию грузинская сторона почему-то обвиняет в отсутствии прогресса, блокировании мирных инициатив. А в последнее время говорит даже о замене российских миротворцев на некие международные силы. Вряд ли такая инициатива будет с энтузиазмом воспринята абхазской стороной.
Но какова все же ситуация вокруг конфликта на самом деле? На самом деле грузинские власти предлагают возобновить диалог без всяких предварительных условий. Как будто ничего не случилось, не было никаких провокаций. Но для Абхазии это неприемлемо в сложившихся условиях, которые никак нельзя назвать благоприятными. Да и как их назвать нормальными, если совсем недавно был осуществлен провокационный ввод грузинских войск в Кодорское ущелье. Если там демонстративно размещено «правительство Абхазии в изгнании». Происходят похищения и убийства мирных граждан в Гальском районе. А прямо в зоне безопасности организуются т.н. грузинские молодежно-патриотические лагеря и т.д. Возвращение за стол переговоров в такой ситуации будет означать, что Абхазия согласилась с нарушениями Грузией базовых документов Совета Безопасности ООН. В частности, Московского соглашения о прекращении огня и разъединении сторон от 14 мая 1994 г. и Гагрского протокола 1998 г., согласно которым территория Кодорского ущелья является демилитаризованной зоной.
Напомню, грузино-абхазский диалог не ведется с июля 2006 г. в связи с вводом в верхнюю часть Кодор грузинских воинских подразделений. Ситуация еще более усугубилась после незаконного задержания главы сельской администрации Гальского района Ф. Чакаберия и похищения спецслужбами Грузии из собственного дома главы Гальского избиркома Д. Сигуа. Понятно, что такие «меры доверия» со стороны Грузии за последний год лишь нагнетают напряженность. Поэтому представители Абхазии и заявляют: нет смысла в проведении встречи президентов Сергея Багапша и Михаила Саакашвили, как это предлагает Группа друзей генсека ООН. Всякая встреча должна иметь какой-то смысл. Другое дело, если бы на ней были подписаны, скажем, соглашения о невозобновлении военных действий и отмене экономических санкций. Если бы Грузия в качестве акта доброй воли вывела из верхней части Кодор войска или «правительство в изгнании». А ведь абхазская сторона за этот год делала подобные шаги. Взять хотя бы факт возвращения грузинских студентов, задержанных абхазской стороной за нарушение границы.
Но общая ситуация в Кодорском ущелье свидетельствует: руководство Грузии как раз не намерено отказываться от планомерного закрепления здесь «правительства Абхазии в изгнании» и его соответствующих структур. А в самое последнее время тут возник еще один элемент дополнительной общественной напряженности. В частности, в абхазской Сванетии местные жители были возмущены фактами пропажи гуманитарной помощи, поступающей из Менгрелии и Аджарии. Жители заявляют, что нечистые на руку чиновники вместо решения проблем ущелья заботятся о своем благополучии.
Конечно, в этой ситуации Абхазия вынуждена в ответ предпринимать на международной арене действия, которые могут укрепить ее национальную безопасность. В частности, в ответ на решение государств ГУАМ, куда входит Грузия, о создании собственного миротворческого батальона, 15 июня в Тирасполе подписан Протокол о сотрудничестве между министерствами обороны Республики Абхазия и ПМР, предусматривающий создание постоянной координационной структуры для взаимодействия в военной сфере и ускорение формирования собственных миротворческих контингентов. И, судя по всему, с этого пути руководство и народ РА уже не свернут.
Впрочем, Грузии не нравится «поведение» России не только в зоне грузино-абхазского конфликта, но и в Южной Осетии. Недавно президент Саакашвили подписал указ о прекращении действия Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии о взаимодействии в восстановлении экономики в зоне грузино-осетинского конфликта и возвращении беженцев. Хотя этот указ противоречит всем международным и правовым нормам. Другими словами, Грузия просто пытается помешать России выполнить обязательства в рамках этого соглашения. А ведь речь — о помощи местному населению. Казалось бы, что так насторожило господина Саакашвили? Только одно: в результате выполнения этого соглашения народ Южной Осетии заживет хоть чуточку лучше. Но вдруг благодаря этому он станет и более самостоятельным в принятии тех или иных решений? Это, видимо, и явилось последней каплей, которая переполнила чашу терпения Саакашвили. Что лишний раз говорит о том, что политика пришедших к власти в Грузии «розовых революционеров» так же непредсказуема, как и их поступки.
Как в связи с этим заметил сопредседатель Смешанной контрольной комиссии по урегулированию грузино-осетинского конфликта с югоосетинской стороны Борис Чочиев, «подобные действия Грузии в очередной раз подтверждают, что она несостоявшееся государство, ибо в одностороннем порядке международные соглашения не прекращаются. Для этого существует определенная международная процедура». Процитировал это высказывание лишь для того, чтобы подчеркнуть: подобных «загогулин» во внешней политике Грузии сейчас более чем достаточно. Еще один удар, который она может нанести России, это попытаться заблокировать ее вступление в ВТО. Ну и, конечно, сама вступить в НАТО. Понятно: Грузия не сама по себе так сильна и решительна в своих заявлениях и поступках. Политика США сегодня такова, чтобы ничего на постсоветском пространстве России не уступать. А принятие Грузии в НАТО — вопрос принципиальный, на который сегодняшнее руководство Соединенных Штатов сделало очень большую ставку. И Россия тут вряд ли чем может помешать. Хотя с принятием Грузии в состав альянса пойдут насмарку 150-летние усилия России по созданию концепции безопасности на Южном Кавказе.
И все же пока Россия строго выполняет все принятые на себя обязательства. В том числе по выводу своих войск. Правительству Грузии недавно передан учебный центр дислоцированной в Ахалкалаки 62-й военной базы, полигон Ахалкалакского гарнизона в населенном пункте Абули с полной инфраструктурой. В 2008 г. покинут российские войска и Батуми. А пока главная задача — это поддержание мира в зоне конфликта.
В Абхазии, еще раз подчеркну, деятельность российских миротворцев оценивают высоко. По словам президента Сергея Багапша, замена российских миротворческих сил на любые другие нецелесообразна. «Спекуляции на тему замены российских миротворческих сил на любые другие, будь то силы ГУАМ, натовские войска или прибалтийские, неприемлемы как в Абхазии, так и в Южной Осетии, Приднестровье, — подчеркнул он. — Российские миротворцы, — это гаранты мира в Абхазии, у нас сложились нормальные, деловые отношения. Они сохраняют мир между Абхазией и Грузией, за это этих людей нужно ценить и уважать».
А вот цифры. С 1994 г., когда началась операция по поддержанию мира в этом регионе, в ней приняли участие более 38 тысяч(!) российских миротворцев. Более ста из них погибли при выполнении задач, около 300 человек получили ранения различной тяжести. За это же время уничтожено более 20 тыс. взрывоопасных предметов. Начаты работы по восстановлению железнодорожного сообщения на участке Сочи-Тбилиси, где КСПМ принимают участие в обеспечении безопасности рабочих групп. А силами саперов выполнены работы по ремонту и восстановлению участка железной дороги Сухуми-Очамчира, проведена инженерная разведка на наличие минно-взрывных устройств.
Миротворцы сегодня обеспечивают безопасность ключевых систем жизнеобеспечения: комплекс Ингур ГЭС, мосты через р. Ингури и Гальский канал. Ими проводятся мероприятия по восстановлению инфраструктуры, оказывается медицинская помощь гражданскому населению, беженцам и перемещенным лицам, обеспечивается ликвидация вооруженных формирований. За эти годы задержаны и обезоружены более 5 тысяч нарушителей, изъяты тысячи единиц стрелкового оружия, боеприпасов. В тесном взаимодействии с местными органами власти пресечены действия многих террористических, диверсионных формирований, других вооруженных групп. И хотя все это лишь малая толика сделанного, но от этих фактов не отмахнешься.
…И самое последнее. В течение лишь минувшего полугодия в Государственный комитет по репатриации поступило еще девять заявлений на переезд в Абхазию от абхазцев, проживающих в Аджарии (Грузия). А всего в первом полугодии 2007 г. Госкомитет по репатриации получил 90 заявлений, в которых граждане заявляют о своем желании переехать в Абхазию. Значительная часть из переселенцев — этнические абазины. А мирные люди, как известно, никогда не едут туда, где идет война, где опасность. Все это, как и увеличение потока отдыхающих, зримые результаты мира и стабильности, которые наконец установились на этой земле. И очень не хотелось бы, чтобы кто-то попытался на них вновь посягнуть.

Олег Фаличев, Сухуми — Москва