Владимир Валерьевич Евсеев – кандидат технических наук, старший научный сотрудник Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН.
Проблема расширения НАТО на Восток возникла достаточно давно и была обусловлена нежеланием лидеров ведущих государств Запада, и в первую очередь США, выполнять взятые в момент объединения двух германских государств (ФРГ и ГДР) обязательства перед Советским Союзом. Факт этого подтвердил бывший тогда министром иностранных дел Франции Ролан Дюма: «Когда встал вопрос об объединении Германии, была созвана конференция «4+2», то есть бывших союзников во второй мировой войне России, США, Франции и Англии – с одной стороны, и двух Германий – с другой стороны. Соглашение по этому вопросу подписали в Москве, и уже ночью я и Геншер (глава МИДа ФРГ) добавили в соглашение фразу о том, что силы НАТО не будут осуществлять маневры, продвигаться к границам тогдашнего СССР. Это обязательство существует и по сей день, но оно не выполняется» (1). Как следствие такой политики, в 1999 г. членами НАТО стали бывшие участники Организации Варшавского договора - Венгрия, Польша и Чехия, а в 2004 г. к ним добавились: Болгария, Румыния, Словакия, Словения и государства Прибалтики. Именно слабость России в 90-ые годы позволила Организации столь стремительно расширить сферу своего влияния.
Следует признать, что вступление в НАТО стран Центральной и Восточной Европы, а также Прибалтики ещё более усугубило дисбаланс сил в Европе, усилило оперативные возможности Организации на широком фронте от Балтики до Черного моря, обеспечило фланговый охват натовской инфраструктурой Северо-Западного региона России, широкие возможности для действий военно-морских сил НАТО практически на всей акватории Балтийского моря. А окружение Польшей и Литвой – членами НАТО – Калининградской области представляет реальную угрозу изоляции региона и сил Балтийского флота от основной территории России. Начавшаяся модернизация аэродрома Эмари в Эстонии создает возможности для базирования различных типов самолетов военно-воздушных сил (ВВС) НАТО в 300 км от г. Санкт-Петербурга. В Лиепае (Латвия) возможно создание военно-морской базы НАТО. В Литве по сути уже действуют две натовские базы: ВВС в Шауляе и сухопутных войск в Рукле (под Каунасом). На территории стран Балтии сегодня действуют достаточно мощные радиолокационные станции, позволяющие «просматривать» территорию России на глубину до 600 км.
Помимо этого, руководство НАТО стремится в скорейшие сроки осуществить интеграцию национальных систем противовоздушной системы (ПВО) стран Восточной Европы и региональной системы контроля воздушного пространства государств Прибалтики в объединенную систему ПВО НАТО в Европе. Все это позволит сформировать единое радиолокационное поле, охватывающем наряду с территориями этих государств приграничные с ними области России и Белоруссии, а также акватории Балтийского и Черного морей.
Не следует забывать и о начале развертывания пусть небольших, но крайне удобных новых военных баз НАТО в Болгарии и Румынии, численность американских военнослужащих которых составит 2,5 и 3 тыс. соответственно, размещение третьего позиционного района противоракетной обороны (ПРО) США в Европе и, конечно же, явное потворство со стороны Организации агрессивной политики Тбилиси. Такая деятельность со стороны НАТО вызывают у Москвы серьезные опасения по поводу истинных целей расширения этой организации на Восток.
Тем не менее, до осени 2008 г. партнерские отношения РФ с НАТО удавалось сохранять, примером чему служил действующий с 2002 г. Совет Россия–НАТО, в рамках которого была установлена взаимная система связи и консультаций в кризисных ситуациях и определен порядок формирования совместных воинских контингентов в зонах конфликтов. Российские вооруженные силы (ВС) принимали участие в антитеррористической операции НАТО «Эктив Индевор», начатой в октябре 2001 г. с целью наблюдения и контролирования морских путей в Средиземном море. Москва участвовала и в предложенной Брюсселем программе «Партнерство во имя мира».
Однако после нападения Грузии на Южную Осетию в августе 2008 г. ситуация стремительно изменилась. Москва, невзирая на мнение Запада, вмешалась в южноосетинский и абхазский конфликты и принудила Тбилиси к миру. Причем в соответствии с достигнутыми в 1992-1994 гг. договоренностями Россия имела право на миротворческую деятельность в рамках обоих конфликтов. Однако такое право с международной точки зрения, под сильным давлением со стороны Вашингтона, могло быть оспорено. Именно поэтому и в целях спасения абхазов и осетин от нового нападения со стороны Грузии 26 августа 2008 г. Президент России Дмитрий Медведев поддержал обращение Совета Федерации и Государственной Думы ФС РФ и подписал указы о признании независимости Абхазии и Южной Осетии. Как следствие, отношения России с Западом еще более обострились. По сути, сейчас наступил самый серьезный с момента распада Советского Союза кризис российско-западных отношений, перспективы разрешения которого крайне неясны, особенно с учетом ярко выраженной антироссийской позиции обоих кандидатов в президенты США. Как следствие контакты РФ с НАТО оказались свернутыми.
Особое беспокойство у российского руководства вызывает возможное присоединение Украины, имеющей с РФ тесные экономические связи и общую (наземную, морскую) границу протяжённостью около двух тыс. км, к Плану действий по членству (ПДЧ) в НАТО на встрече министров иностранных дел государств-членов Организации в декабре текущего года. Конечно, в реальности предоставление ПДЧ Украине еще не гарантирует ее вступления в НАТО, а сам процесс может продолжаться 7-9 лет, как это произошло в отношении Хорватии и Албании. В тоже время, выполнение такого плана вплотную приближает страну к Организации Североатлантического договора и пока еще не было ни одного случая, чтобы предоставление ПДЧ не закончилось вступлением в НАТО (даже Македония, вступление которой в Организацию было заблокировано Грецией на Бухарестском саммите НАТО 2008 г., в ближайшее время, по видимому, сможет решить эту проблему).
Очевидно, что за 8-10 лет НАТО не исчезнет. Ситуация же в сфере международной безопасности продолжает ухудшаться, а будущее российско-американских отношений пока ничего хорошего не предвещает. В условиях высокой степени неопределенности перспектив российско-западных отношений становится вполне понятным, почему Россия столь негативно воспринимает сам факт присоединения Украины к ПДЧ в НАТО. К сожалению, в Киеве этого либо не замечают, либо стараются не замечать.
С российской точки зрения, вступление Украины в НАТО является логическим продолжением всего внешнеполитического курса Киева после распада Советского Союза. Причем, вплоть до ноября-декабря 2004 г. («оранжевая революция»), такой курс не получал четкого оформления. После же прихода к власти Виктора Ющенко существующие российско-украинские отношения стали рассматриваться в качестве тормоза для вступления страны в сообщество европейских стран. Основным направлением внешней политики Украины была объявлена евроинтеграция - сближение с НАТО и Евросоюзом и, в дальнейшем, вступление в эти организации, вопреки ранее провозглашенному намерению стать нейтральным государством. Одновременно с этим, порой чрезмерно, в государстве нарастало влияние идеологии Западной Украины и происходил постепенный отход от идеи экономической интеграции в рамках постсоветского пространства, сопровождавшийся обострением разногласий в экономической и политической сфере с Россией.
Стремясь как можно скорее вступить в НАТО и полностью соответствовать западным стандартам, украинское руководство объявило о полном переводе ВС на контрактный принцип комплектования с 2010 г., участии в миротворческих операциях под эгидой НАТО, переводе ВС на стандарты НАТО и многое другое. Однако в действительности результаты оказались достаточно скромными. В частности, низкие темпы перехода на комплектование украинской армии контрактными военнослужащими стали причиной рассмотрения вопроса об увеличении количества призывников срочной военной службы. В августе 2003 г. в Ирак началась переброска 5-й отдельной механизированной бригады ВС Украины численностью от 1,6 до 1,8 тыс. военнослужащих. Участие украинцев в боевых действиях привело к тому, что уже к марту 2005 г. погибло 18 солдат и офицеров из украинского контингента, свыше 40 получили ранения. Как следствие к декабрю 2005 г. Ирак покинули последние украинские миротворцы. Численность же украинского миротворческого персонала в Афганистане составляет всего 8 военнослужащих.
Кроме этого была активизирована практически бездействовавшая в течение многих лет организация ГУАМ, куда помимо Украины входят Грузия, Азербайджан и Молдавия. Отличительной чертой этой организации является ориентация на европейские и международные структуры и деятельность вне рамок Содружества Независимых Государств. А непосредственной целью ГУАМ стало ослабление экономической, прежде всего энергетической, зависимости вошедших в него государств от России и развитие транзита энергоносителей по маршруту Каспий — Кавказ — Европа в обход территории России. Очевидно, что деятельность в рамках ГУАМ в значительной степени имеет антироссийскую направленность.
Совершенно не случайно, что основным партнером Украины по ГУАМ стала Грузия. Придя практически одновременно к власти, так называемая «революция роз» произошла в ноябре 2003 г., Михаил Саакашвили сразу, при активной поддержке со стороны США, занял ярко выраженную антироссийскую позицию. Высокая идейная близость Михаила Саакашвили и Виктора Ющенко, даже в условиях относительно слабого грузино-украинского экономического сотрудничества, привела к широкомасштабному, хотя и носящему конъюнктурный характер, политическому сближению. Наиболее веским фактом последнего стало достаточно активное военно-техническое сотрудничество, организованное, по видимому, на американские финансовые средства. В результате именно Украина стала одним из ведущих экспортеров как оборонительных, так и наступательных вооружений и военной техники в Грузию (2) и, возможно, даже предоставила своих военных специалистов для нападения на Цхинвал в августе 2008 г. Такие действия по другому как враждебные для России оценить просто невозможно.
Вследствие вышеизложенного политические отношения между нашими странами стали стремительно ухудшаться. В последние же месяцы президент Украины Виктор Ющенко сознательно пошел на давнейшее обострение российско-украинских отношений:
- в августе кораблям и самолетам Черноморского флота было предписано уведомлять о пересечении государственной границы Украины за трое суток, а также информировать о цели похода, маршруте движения, количестве используемых сил и средств, количестве личного состава и т.п.; такие действия украинского руководства противоречат базовым соглашениям между Москвой и Киевом о статусе и условиях пребывания Черноморского флота на территории Украины от 1997 г.;
- 1 сентября по специальному распоряжению министра образования и науки Украины во всех школах было предписано провести урок, посвященный НАТО;
- в ближайшее время на территории Украины пройдет один из этапов международных учений сил специальных операций SOFEX-2008, основная цель которых, по видимому, состоит в освоении районов возможного применения сил специальных операций ВС США в кризисной ситуации. Остается только догадываться о какой кризисной ситуации на территории Украины идет речь.
Следует заметить, что возможное расширение НАТО на территорию Украины неизбежно приведет к следующим последствиям.
Во-первых, будет поставлен под вопрос основополагающий украино-российский »Договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной» (или «Большой договор»), который был подписан 31 мая 1997 г. в Киеве сроком на 10 лет. Настоящий договор юридически закрепляет территориальную целостность обоих государств, незыблемость существующих границ и отсутствие взаимных территориальных претензий друг к другу. В нем четко сформулировано следующее фундаментальное положение: «Каждая из сторон воздерживается от участия или поддержки, каких бы то ни было действий, направленных против другой стороны, и обязуется не заключать с третьими странами каких-либо договоров, направленных против другой стороны. Ни одна из сторон не допустит также, чтобы ее территория была использована в ущерб безопасности другой стороны». В условиях резкого обострения российско-западных отношений присоединение Украины к ПДЧ будет однозначно воспринято в Москве как недружественные действия, противоречащие «Большому договору».
Внеблоковый статус государства в определенной форме закреплен и в Конституции Украины, согласно ст. 17 которой на территории страны не допускается расположение иностранных военных баз. В то же время, законодательно оформлен механизм изменения Конституции Украины, а ее ст. 17 больше используется для давления на Москву с целью ликвидации российской военно-морской базы в Севастополе.
«Большой договор» (1997 г.) достаточно тесно увязан с проблемой статуса г. Севастополя, который на момент распада Советского Союза Киеву не подчинялся. По мнению ряда российских экспертов, односторонние акты Украинской ССР об объявлении г. Севастополя городом республиканского подчинения (1968 и 1991 гг.) не имеют правовой силы, ввиду их противоречия действовавшей в тот период Конституции СССР. Следовательно, с международно-правовой точки зрения права Украины на этот город являются неправомерными. Тем не менее, руководство Украины в лице президента Виктора Ющенко уже неоднократно ставило вопрос об обязательном закрытии российской военно-морской базы в Севастополе после 28 мая 2017 г. (срок окончания аренды, которая составляет порядка 100 млн. долл. и оплачивается российскими поставками природного газа). А в апреле 2008 г. министр иностранных дел Украины Владимир Огрызко передал своему российскому коллеге Сергею Лаврову меморандум, в котором четко обозначены этапы и последовательность к моменту окончания срока действия договора аренды «войсковых формирований Черноморского флота РФ с мест его временной дислокации на территории Украины».
Конечно, территориальная целостность Украины и незыблемость ее границ со стороны РФ гарантированы не только в рамках «Большого договора» 1997 г. В частности, существует Будапештский меморандум от 1994 г., согласно которого Украине как государству, добровольно отказавшемуся от размещенного на его территории ядерного оружия, со стороны России, США и Великобритании было заявлено, что никакие их вооружения «никогда не будут применены против Украины, кроме как в целях самообороны или каким-либо иным образом в соответствии с Уставом ООН». Они обязались «воздерживаться от экономического принуждения, направленного на то, чтобы подчинить своим собственным интересам осуществление Украиной прав, присущих ее суверенитету», и «добиваться незамедлительных действий Совета Безопасности ООН по оказанию помощи Украине как государству-участнику Договора о нераспространении ядерного оружия, не обладающему ядерным оружием, в случае если Украина станет жертвой акта агрессии или объектом угрозы агрессии с применением ядерного оружия» (3). Вместе с тем, Будапештский меморандум носит декларативный характер, не имеет статуса международного договора и допускает адекватный ответ в случае агрессивных действий со стороны Украины.
Большим основанием для признания территориальной целостности Украины со стороны России является Договор между РСФСР и Украинской ССР, подписанный в г. Киеве 19 ноября 1990 г. председателями Верховных Советов обеих республик. Однако этот договор был подписан и ратифицирован еще в период существования Советского Союза, а референдум от 17 марта 1991 г. подтвердил желание народов наших республик жить в едином государстве. За сохранение и обновление СССР высказался 61% граждан СССР, имевших право голоса. На Украине за сохранение Союза проголосовали 59% от числа граждан, имевших право голоса.
В июне 1992 г. в г. Дагомысе было подписано рамочное «Соглашение между Российской Федерацией и Украиной о дальнейшем развитии межгосударственных отношений», в котором было выражено стремление к разработке нового полномасштабного политического договора (именно таким и стал «Большой договор от 1997 г.). В Соглашении отражено следующее: «Отмечая, что в настоящее время в области межнациональных отношений у России и Украины нет оснований для тревоги и взаимных претензий, они, тем не менее, заключат соответствующие соглашения и примут все другие меры, ограждающие интересы лиц российского происхождения на территории Украины и украинского происхождения на территории России» (4). В отношении же базы Черноморского флота в Севастополе, Россия и Украина «согласились на договорной основе использовать существующую систему базирования и материально-технического обеспечения».
Отдельного рассмотрения заслуживает записка председателя Совета Безопасности (СБ) ООН от 20 июля 1993 г., посвященная жалобе Украины, касающейся Постановления Верховного Совета РФ относительно Севастополя. В этой записке, на первый взгляд, вопрос в отношении статуса Севастополя решен окончательно: «Совет Безопасности подтверждает … свою приверженность территориальной целостности Украины в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций. Совет Безопасности напоминает, что в Договоре между Российской Федерацией и Украиной, подписанном в Киеве 19 ноября 1990 г., Высокие Договаривающиеся Стороны взяли на себя обязательство уважать территориальную целостность друг друга в рамках существующих между ними в настоящее время границ. Постановление Верховного Совета Российской Федерации несовместимо с этим обязательством, равно как и с целями и принципами Устава Организации Объединенных Наций, и не имеет силы» (5). Однако, записка председателя СБ ООН носит, в отличие от резолюции Совета Безопасности, исключительно рекомендательный характер. Причем она была принята до Косовского прецедента, когда территориальная целостность Югославии, правопреемницей которой стала Сербия, была Западом в лице НАТО грубо нарушена. И, несмотря на подтвержденную в последней принятой по этому вопросу резолюции СБ ООН № 1244 от 10 июня 1999 г. «приверженность всех государств-членов суверенитету и территориальной целостности Союзной Республики Югославии», Косово не только стало де-факто независимым государством, но и получило международное признание со стороны уже свыше 30 стран.
Таким образом, во всей международной договорно-правовой системе, определяющей территориальную целостность Украины и незыблемость ее границ со стороны РФ, только «Большой договор» (1997 г.) носит не только полномасштабный и взаимообязывающий характер, но и является тем стержнем, на котором держится вся система столь непростых российско-украинских отношений. В случае же прекращения (разрыва) «Большого договора» отношениям между нашими государствами будет нанесен невосполнимый урон.
Во-вторых, углубится раскол Украины на фоне отсутствия реальной границы с Россией и потенциальной возможности пересмотра статуса Крымского полуострова. Последнее может быть инициировано не столько Россией, сколько проживающими на территории полуострова крымскими татарами при поддержке со стороны Турции. Уже сейчас крымские татары занимают здесь третье место (порядка 15%) по численности населения после русских и украинцев, имеют чрезвычайно высокие темпы прироста населения и параллельные структуры власти: меджлис - постоянно действующий орган исполнительной власти, располагающий региональными подструктурами, и курултай - периодически созываемый законодательный орган. И если ранее крымские татары проживали компактно в основном в сельских районах, то сейчас наблюдается так называемая их «ползучая экспансия» в города и курортную зону. В условиях же раскола Украины крымские татары ждать 20 лет, когда их станет большинство на полуострове, не будут и, обладая высокой степенью сплоченности и соответствующей инфраструктурой, неизбежно поставят вопрос о формировании в Крыму собственного государства.
В-третьих, существенно пострадает экономика наших стран. В 2007 г. российско-украинский ежегодный товарооборот составил около 30 млрд. долл., подтвердив таким образом статус Украины как наиболее крупного партнера РФ на постсоветском пространстве. А в январе-апреле 2008 г. товарооборот между нашими странами по сравнению с аналогичным периодом прошлого года вырос уже на 40% или до 12,6 млрд. долл. При этом из России в основном поставляется продукция топливно-энергетического комплекса, машины и оборудование, продукция химической и целлюлозно-бумажной промышленности; из Украины – металлы и изделия из них, машины и оборудование, сельхозпродукция и химические товары.
Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос об обеспечении энергетической безопасности Украины. Сейчас за счет поставок российских энергоносителей покрываются почти полностью потребности Украины в ядерном топливе, около 2/3 потребностей в сырой нефти и около 1/2 - в природном газе. В случае резкого обострения российско-украинских отношений совершенно непонятно за счет каких ресурсов Киев будет обеспечивать собственную энергетическую безопасность, особенно в условиях глубокого мирового экономического кризиса. Использование же таких источников энергии, как синтетического газа, шахтного метана, и малой гидроэнергетики требует значительных капиталовложений и, по видимому, не сможет служить альтернативой российским энергоресурсам. Пока отсутствует возможность разработки углеводородного сырья и на шельфе вблизи острова Змеиный ввиду территориальных претензий на эту территорию со стороны Румынии.
В-четвертых, существенно ухудшатся условия общения между населением наших стран, что приведет к крайне болезненному разрыву родственных и культурных связей. Как следствие, может возникнуть синдром «разделенной нации».
Очевидно, что возможное вступление Украины в НАТО окажет самое непосредственное влияние на безопасность РФ.
1. Новую остроту приобретет проблема российской военно-морской базы в Севастополе. И хотя нынешнее руководство НАТО неоднократно заявляло о готовности принять Украину в Организацию вместе с российской базой, не стоит сомневаться, что Брюссель сделает все, чтобы такая база перестала существовать. К сожалению, России уходить пока просто некуда. В силу множества причин Новороссийск не может стать основной базой Черноморского флота. И, пожалуй, единственной альтернативой может стать один из портов Абхазии, но это потребует от бюджета РФ миллиарды долларов.
2. Сотрудничество между российскими и украинскими предприятиями оборонно-промышленного комплекса практически приостановится. Конечно, такое сотрудничество и сейчас порой является ограниченным и, по мнению украинского руководства, Россия давно создала замкнутые циклы производства вооружений и военной техники на собственной территории. Тем не менее, никто не будет оспаривать значительную российско-украинскую кооперацию в авиационной и космической промышленности.
3. В случае развертывания на территории Украины иностранных военных объектов, например в рамках очередного позиционного района ПРО, Россия будет вынуждена не только развернуть полномасштабную российско-украинскую границу, но и выбрать такие цели в качестве объектов поражения. Такое ранее нельзя было представиться даже в самом страшном сне.
Таким образом, расширение НАТО на территорию Украины не только является нежелательным для РФ, но и создает для нее потенциальную угрозу. К сожалению, как среди украинской элиты, так и в экспертном сообществе понять озабоченность Москвы не хотят и стараются в ней увидеть только имперские амбиции. В действительности, Украину на Западе никто не ждет, как впрочем, и другие государства постсоветского пространства, а Москва без Киева прожить сможет, если вопрос будет поставлен именно так. В этой связи очень трудно понять: зачем нынешнее украинское руководство столь сознательно портит отношения с Россией в ущерб собственным национальным интересам.
Доклад был сделан 26 сентября 2008 г. в Российском Общественно-Политическом Центре на международном семинаре «Проблемы безопасности на постсоветском пространстве: Россия-Украина-НАТО».
1). А. Новик, Окружение России/ Независимое информационное агентство «Peacekeeper.RU» от 4 апреля 2008 г.// http://www.peacekeeper.ru/ru/index.php?mid=5927 (посещался 24 сентября 2008 г.).
2). По информации Минобороны РФ в период с 2005 г. по апрель 2008 г. со стороны Украины в Грузию были поставлены следующие виды вооружений и военной техники: 31 танк Т-72; 20 бронетранспортеров БТР-80; 40 боевых машин пехоты БМП-2; 12 самоходных гаубиц 2С3 «Акация»; 10 учебно-боевых самолетов Л-29; девять боевых вертолетов Ми-24; по два военно-транспортных вертолета Ми-8МТ и Ми-4; 10 зенитно-ракетных комплексов «Оса – АКМ»; комплекс радиотехнической разведки «Кольчуга - М»; запасные части для вертолетов; ракетный катер «Тбилиси»; сторожевой катер «Георгий Торели»; две радиолокационные станции 36Д6-М; две инженерные машины разграждения ИМР-2; два путепрокладчика БАТ-2; партия автомобилей «КрАЗ-6510; 40 тонн боеприпасов к стрелковому оружию. Помимо этого на территории Украины был выполнен значительный объем работ по модернизации грузинской бронетанковой техники.
3). Кучма издал указ о Тузле, предусматривающий силовой ответ и санкции против России/ Информационный сайт «NewsRu.COM» от 23 октября 2003 г.// www.newsru.com/world/23oct2003/kuchma1_save.html (посещался 28 сентября 2008 г.).
4). Соглашение между Российской Федерацией и Украиной о дальнейшем развитии межгосударственных отношений / Российский правовой портал «Inpravo.Ru»// http://www.inpravo.ru/data/base229/text229v397i494.htm (посещался 28 сентября 2008 г.).
5) Жалоба Украины, касающаяся Постановления Верховного Совета РФ относительно Севастополя// Заявление Председателя Совета Безопасности ООН № S/26118 от 20 июля 1993 г.