Несомненно, что в Государственную Думу уверенно проходят две партии. Это «Единая Россия» и КПРФ. Но вот уровень в 60–70 процентов голосов, который социологи обещают единороссам, едва ли будет достигнут. Ситуация в регионах достаточно напряженная.
Сужу по Оренбургской области, которую я хорошо знаю. Больше 30–34 процентов голосов «ЕР» не набирала там и в ее лучшие времена. Кроме экономических факторов, как повышение цен на социально значимые продовольственные товары, предстоящий рост цен на газ и электроэнергию, на падение авторитета партии в значительной степени повлиял тот «исторический» съезд партии, на котором В. В. Путин дал согласие возглавить партийные списки. Полагаю, что не стоит останавливаться на «особенностях» его проведения. Пахнуло
Не секрет, что ядро партии составляет чиновники разного уровня. Но они же были и костяком КПСС, затем членами черномырдинского «Нашего Дома». Но как только под «хозяином» зашаталось кресло, первыми покинули партию именно чиновники. Не надо думать, что у народа короткая память, и он успел за делами и хлопотами по выживанию забыть эти обстоятельства.
Думаю, что в знак протеста против насилия чиновничества, протеста против агрессивной, агитпроповской избирательной кампании, которую проводит «ЕР», 10–15 процентов ее потенциальных избирателей отдадут свои голоса КПРФ. Не потому что она им так нравится, или они разделяют ее идеологию, а потому что больше не за кого…
"Проголосовать за СПС или «Яблоко»? Это значит, отдать свои голоса единороссам, уж лучше я за КПРФ проголосую" — мне не раз приходилось слышать такие высказывания.
Не исключаю, что ЛДПР останется парламентской партией. По моим сведениям, за «кремлевской стеной» шел долгий торг между СПС и ЛДПР. Победил Владимир Вольфович, как наиболее «проверенный» и надежный в решении деликатных вопросов.
Кстати, меня удивил тот факт, насколько мало наши партийные боссы знают свой потенциальный электорат. Тот же СПС, включив в федеральную тройку Немцова, которого мягко говоря, в народе считают ответственным за «ваучеризацию всея России», или Ковалева, имени которого все, прошедшие через чеченскую кампанию, спокойно слышать не могут, да того же Никиту Белых, имени которого в провинции и не слышали, надеялся на победу?
«Положение хуже губернаторского» и у несостоявшейся «второй ноги» российского парламентаризма — партии «Справедливая Россия». Ей были предоставлены возможности и время громко заявить о себе. Но за истекшее время у партии не появилось ни внятных лидеров, ни серьезного имиджа, ни программы. Ну, нельзя же в самом деле считать программой заявление «Мы любим Путина». Любовь, как известно, дело интимное. И личным примером других к любви не склонить.
Но сбрасывать со счетов эсеров я
Не раз уже повторялось, что текущая избирательная кампания проходит как бы на безальтернативной основе. В ней нет интриги. Однако интриги, конечно, есть, но они внутри партий и невидимы общественности, да и малоинтересны. «Единая Россия» настолько уверилась в своем могуществе, что не считает нужным считаться с мнением электората. И она не понимает, что ее мания приписывать многие заслуги государства себе только отталкивает потенциальных избирателей. А ядерный электорат у нее низкий. Поэтому, я полагаю, что колеблющиеся просто проигнорируют выборы, даже несмотря на действительно высокий авторитет Путина.
Так что могу предположить, что если предвыборная кампания и будет неинтересной, но результаты выборов могут и удивить.
Олег Солодухин, политолог.