Александр Волков: «Куколка или бабочка?»

Один из участников передачи «Основной инстинкт» употребил этот образ, имея в виду, если я правильно его понял, то, что в дни «каштановой революции» родилось украинское общество, оно осознало необходимость взять ответственность за положение в стране на себя, действуя независимо от позиции власти, потребность самоорганизоваться, а мы, россияне, не понимаем этого, потому что ещё не стали бабочкой, мы всё ещё находимся в состоянии куколки. Красиво звучит, только боюсь, что это не совсем точно.

Да, приятно даже порой смотреть на молодые вдохновенные лица и сияющие глаза людей, взявшихся по своему устраивать жизнь, не просто протестующих против уродства украинской вертикали, произвола политиков и олигархов, что часто сливается в одном лице, против власти, унижавшей и грабившей простых людей.

Мне говорили по телефону близкие люди из семьи, в которой глава её за синих, сын за оранжевых, а хранительница очага, с которой и шел разговор, против обеих крайностей, она и говорила, что,  мол, мы хотим-то немногого – жить не во лжи, всегда знать правду обо всём, спокойно работать и получать заработанное, быть уверенным, что получишь, и нет у нас никакой агрессии и вражды. Есть лишь большая ложь и обман со стороны политиков…

Они, эти проснувшиеся люди, сегодня, мне кажется, живут иллюзиями. Они надеются, что им удастся устроить жизнь по своим идеалам. Но мы то знаем, что это иллюзии, мы знаем, что после таких вот революций бывают чаще всего разруха и голод, а также и закручивание гаек победителями, кто бы ни победил в гражданском противостоянии.

Это мы скорее не куколка, а бабочка, опалившая уже крылья и разве что снова закукливающаяся. Дай Бог им успеха, может быть, у них что-то получится лучше, чем у нас, но пока, глядя на экран телевизора, я переживаю и за синих и за оранжевых, потому что будущее их мне представляется печальным.

Но и нам, уже обжегшим крылья, всё же стоит присмотреться к тому, что произошло в Украине, извлечь уроки. Этот вопрос поставлен правильно.

Первый и главный урок, по моему убежденному, давно сложившемуся мнению, состоит в том, что вертикаль – не лучшая опора общества. Как и все вертикальные коммуникации, от мусоропровода до водопровода и канализации, политическая, властная вертикаль начинает шататься и трещать, когда шатается, а тем более разваливается фундамент, горизонтальное образование, применительно к гражданскому обществу это отлаженность горизонтальных связей всех его структур, отстроенная на этой основе политическая демократия.

Где она сейчас, эта вертикаль в украинском обществе, как говорят, бывшая более крепкой, чем у нас. Она рассыпалась на жалкие обломки, как мачта корабля, претерпевшего бурю.  Где назначенные сверху послушные местные властители? Их либо выкинули из надежных, казалось, кресел, либо они сами выскочили или примкнули к толпе, и толпа либо управляет ими либо их игнорирует.

Много уже сказано об этой нелепой вере россиян в вертикальный трубопровод для директив, по которому они спускаются в низы, и сколько мы ни спотыкались на этом в прошлом, всё возвращаемся к подобной модели власти.

Второе очевидно вытекающее из опыта Украины, а также и более раннего опыта других народов – то, что с ростом материальной обеспеченности, а он происходил на Украине, люди более, чем прежде, обращают внимание на своё положение в обществе, они менее склонны мириться с принуждением, а тем более – унижением, лучше начинают понимать значение духовных ценностей. И прежде равнодушные к таким понятиям, как свобода и демократия, участие в делах государства на всех уровнях, начинают выдвигать эти требования как главные, как высшие ценности, поднимают как знамя.

А мы не движемся ли сейчас в противоположном направлении? Я имею в виду – не ведут ли нас в этом противоположном направлении? И мы идем, как шли и украинцы, идем пока, до какого-то предела, какого-то часа.

Если власть не поймет временность этой покорности, не поймет даже после украинских событий, не переменит наш общий курс, то плохо будет всем, и власти и народу. Ему при том всегда бывает хуже.

Вот это, по-моему, главное, а всё остальное –производное, хотя можно говорить о неких конкретных вещах.

Быть может, стоит ещё добавить, что пересмотрена должна быть международная политика, особенно – по отношению к соседям, особенно из тех, что вышли вместе с нами из Советского Союза. Не теряя достоинства и отстаивая всегда свои интересы, мы должны забыть, что когда-то были центром империи на этом пространстве. А остальное всё тоже конкретно.

Но уж если Рогозин заговорил о том, что наше вмешательство в дела Украины было до неприличия грубым и бесцеремонным (так примерно это звучало), то это нечто значит.

Президент продемонстрировал перед телекамерой, что задумался над уроками Украины, сказал, что надо лучше работать с оппозиционными, вообще со всеми депутатами. Хорошо, что отметился, как понимающий проблему. Но этого, конечно, маловато. Это опять побуждает вспомнить слово «имитация».

                                                                                                   Александр Волков,

ведущий эксперт МиК