- Для меня все эти теракты являются симптомом продолжения нашей чеченской болезни. Нельзя было рассчитывать на то, что бандиты, изгнанные с территории, где они привыкли хозяйничать, сложат оружие. У них нет средств к существованию, кроме как получение грантов от своих покровителей для организации дальнейшей борьбы внутри России. Поэтому, какая бы организация ни взяла на себя ответственность за свершение очередного наимерзейшего кровопролития - убийства мирных граждан, я вижу здесь не просто чеченский след, а чеченское исполнение.
Потому что, обратите внимание, за исключением Палестины и палестино-израильского конфликта, где смертниками выступают молодые девушки и молодые ребята 16-18 лет – такого нет нигде в мире. Никто не опускается до такого скотства, чтобы отправлять в качестве смертников и лишать жизни молодых женщин в расцвете сил, многие из них – матери, которые, в свою очередь, лишают жизни таких же, как они сами.
Это бандитская мерзость, которая родилась у нас в Чечне, давайте прямо скажем, и, несмотря на весь радикализм, другие террористические организации не спешат такими методами воспользоваться.
У нас просто бандиты подготовили намного больше смертников, как я себе это представляю, чем они могли использовать, и время от времени они опять выталкивают их на этот кровавый след.
Первое впечатление, когда все это видишь - хотелось бы, конечно, ругать власть. И на меня удручающее впечатление произвел министр транспорта - холеный человек, на лице которого не было ни сожаления, ни озабоченности, который так демонстрирует свой подъезд, выходя из бронированного мерседеса, при этом говорит в эфире телевидения какие-то невероятные пошлости. В качестве главной меры против предотвращения терроризма, с радостной улыбкой на лице, министр называет то, что они поставили радиомаячки, благодаря чему можно будет сразу найти разбившийся самолет. Утомился бедняга министр, до этого сообщили, что он буквально за час посетил на вертолете пять мест, где были найдены обломки самолетов, не высадившись ни возле одного из них. И конечно, что бы мы сегодня ни говорили неприятное в адрес властей, это, в общем, заслужено властями.
Наши власти невероятно формализованы, бюрократичны, тупы и медлительны. И у них радостное возбуждение появляется, когда они докладывают о том, как они ликвидируют последствия аварии. И что самое ужасное, они обязательно закончат тем, что родственники получат компенсацию! Как будто это самое главное вообще в расследовании, в предотвращении, в принятии новых мер. Они ужасно медлительны и неэффективны в принятии мер, но я должен отметить очень важное обстоятельство - к великому сожалению, мы имеем дело с хорошо обученной бандитской сворой, которая владеет не только подрывным делом, но и великолепно знает психологию людей, пассажиров, которая великолепно разбирается в расписании самолетов.
Вы посмотрите, как здорово было сделано, когда они устроили теракт на Каширском шоссе, отвлекающий маневр, - они создали пробки на пути к Домодедово, они создали панику, и там все что угодно можно было пронести на самолет. К тому же, как я понимаю, в багаже, который был сдан, не было взрывчатки, и смертницы пронесли его на себе. Ведь металлические рамки, которые пассажиры проходят, фиксируют металл, но они не могут зафиксировать гексоген.
То есть, насколько удачно и настолько тонко все было учтено в специфике нашей работы, что речь может идти только о людях, которые всю жизнь прожили здесь и все о нас знают, и умеют это использовать.
То есть, мы имеем дело с изощреннейшим противником, а наша бюрократическая структура неповоротлива, неуклюжа и туповата. Но не они главные виновники, главные виновники - бандиты, и нам надо организовываться против бандитов, и, возможно, потребовать у наших партнеров сотрудничества. Ведь даже сочувствия мы пока толком не получили! При этом появилась информация, что Америка рассматривает вопрос о предоставления политического убежища Масхадову и Басаеву. Это же возмутительно, это издевательство не только над чувством нашего достоинства, но и над памятью наших жертв.
А надо сделать так, чтобы земля загорелась под ногами у этих серийных международных убийц всюду в мире, во всех государствах, которые сотрудничают с нами в борьбе с терроризмом.
И, конечно же, я не знаю почему, вероятно, президенту виднее, но функция охраны аэропорта передана в ведение МВД. Как будто у бедного министерства внутренних дел до сих пор не было других забот! Но только я не могу не обратить внимания на то, что ни в одной из сфер, которыми управляет министерство, не заметно ни малейшего улучшения. Пока мы даже не научились отучить инспекторов ГИБДД брать взятки. Преступность не уменьшилась, коррупция не уменьшилась, наркомания не уменьшилась.
Это перегруженное, больное, перекупленное министерство, где вольготно себя чувствуют оборотни в погонах - как оно может взять на себя такую ответственность?
Нужно новое, высоко технически оснащенное ведомство, которое специально будет заниматься вопросами безопасности против терроризма, внутреннего и международного, которое выдаст инструкции предприятиям, учреждениям, с учетом профиля работы каждого из них, что они должны делать, чтобы быть на постоянном боевом дежурстве, скажем так. Нужна великолепно подготовленная, технически грамотная бригада инспекторов, которые будут постоянно встряхивать директораты наших учреждений на предмет того, насколько они готовятся.
Нужно также мобилизовать народ. И я не знаю, почему молчит православная церковь. Почему не призывает православная церковь мусульманскую церковь объединиться против общего врага, объявить их вне закона? Повергнуть проклятию пойманных террористов, выступить с резким общественным осуждением, выступить с совместным заявлением всех наших конфессий во главе с мусульманскими к гражданам России и мира положить конец убийству невинных граждан. Ни коран, ни библия – ни одна из великих религий не допускает убийства.
Почему молчат наши духовники? Я терпеть не могу, когда я вижу батюшку на деловом совещании руководства стратегических сил российской армии. Почему здесь они не могут помочь и мобилизовать общественное мнение? Вот эта постоянная общественная бдительность – она же со временем проходит. Вот сегодня мы бдительны, сразу после теракта, а завтра мы опускаем руки. Нужно внедрять в сознание недопустимость этого, нужно воспитывать людей, и это могут сделать церкви всех вероисповеданий у нас, но они этого не делают. И я этого не могу понять. И у меня к ним серьезный как от гражданина упрек – отстали церкви, закопались в своих делах, в перехвате имущества, в отвоевывании под храмы новых музеев, школ и всего прочего. Закопались в земных делах и о спасении душ наших не заботятся.
Ну и, конечно же, необходимо новое состояние общественной нетерпимости – я по-прежнему считаю невероятно пошлым, когда наши телеканалы и радиокомпании подробно описывают переживания и ловят каждую слезу страдающих людей, потерявших близких. А нужной атмосферы осуждения и стремления мобилизовать людей я не вижу. Они смакуют подробности произошедших терактов, хотят зафиксировать, как выглядит каждая капля крови и каждое искаженное страданием лицо. А каких-то нормальных выводов, взывающих к интеллекту и душе человека нет.
А надо говорить, что нужна всеобщая мобилизация, потому что идет мировая война, и при этом ареной самых жестоких сражений опять становится Россия. Победим мы терроризм в России - он пойдет на убыль во всем мире, но нам это пока не удается.
Запад очень надеется, я не могу это не отметить, когда читаю их отзывы о терактах, на то, что эти акты подтолкнут Россию на мирные переговоры с Масхадовым. Потому что, по их мнению, только мирные переговоры разрешат чеченский конфликт. Значит, отдать власть назад Масхадову и Басаеву? Но они пролили уже столько крови, что, как мне скажется, их надо подвергнуть всемирному гонению.
Надо у Израиля учиться тому, как они расправляются со своими врагами. Они годами ходят за ними и уничтожают их. Враг должен быть уничтожен, другого нет пути. Если мы вобьем в сознание каждого из нас необходимость этого, мы справимся с этим злом. Если не будет такой мобилизации, мы проиграем эту страшную войну и заплатим за это сотнями новых жизней, к сожалению.
Иван Антонович,
профессор, член Коллегии военных экспертов.