17 августа было распространено сообщение, что «Международный Комитет Красного Креста опроверг заявления представителей Южной Осетии о том, что к задержанным по обвинению в терроризме осетинам Иосифу Кочиеву, Георгию Валиеву и Георгию Засееву грузинские власти не допускают представителей МККК». В связи с этим, отмечаем, что вышеупомянутое заявление было сделано нами 27 июля 2005 года, когда осталась без выполнения соответствующая просьба родственников указанных лиц, представителей МККК и ОБСЕ, то есть до первого посещения узников представителями МККК. Впоследствии представители Красного Креста к обвиняемым были допущены, о чем было сообщено. Они беседовали с задержанными, организовали обмен посланиями Красного Креста между ними и их родственниками. Пользуясь случаем, еще раз выражаем благодарность и признание персоналу МККК за их гуманитарную деятельность в защите основополагающих прав человека.
Что же касается вопроса, применяются ли в Грузии пытки и психологическое давление на лиц, находящихся в местах лишения свободы, с целью заставить их дать «признательные» показания, нам нечего добавить к многочисленным докладам и меморандумам всемирно известных международных правозащитных организаций, пользующихся непререкаемым авторитетом, в частности, к Меморандуму Хюман Райтс Вотч от 12 апреля 2005 г. о пытках в Грузии, размещенному на официальном сайте этой организации по адресу http://www.hrw.org/russian/reports/georgia_exec.html#_ftn11.
В предыдущем заявлении мы также обращали внимание на грубейшее нарушение всемирно признанного принципа презумпции невиновности (никто не может быть объявлен преступником до вступившего в законную силу решения суда). Между тем осетинских узников представители МВД и другие официальные лица Грузии, а также некоторые грузинские средства массовой информации открыто называют преступниками, диверсантами и террористами. Однако, как видим, требования уважать презумпцию невиновности, прекратить пытки и другие нарушения прав человека рассматриваются МВД Грузии как «ахинея», что, по нашему мнению, красноречиво свидетельствует о подлинном отношении в Грузии к ценностям современного демократического мироустройства.