Игры вокруг «коридора» для Анкары
2 июня 1920 г. российский нарком иностранных дел Григорий Чичерин направил ответ на предложение Мустафы Кемаля от 26 апреля о сотрудничестве. Такой длительный срок может объясняться, в частности, тем, что М.Кемаль проходил «проверку» в Москве на возможность поддержания взаимоотношений большевистским руководством именно с ним. Ведь большие расчеты центр возлагал на фигуру Мустафы Субхи, подготавливаемого к руководству новой Турцией. Как бы то ни было, в ответном письме признавалась независимость страны плюс «включение в состав Турецкого государства бесспорно турецких территорий» и предлагалось «немедленно же установить дипломатическое и консульское представительства...в целях установления дружественных отношений и прочной дружбы между Турцией и Россией»(1/а). Также в документе подчеркивалось согласие России принять на себя обязанности посредника при определении границ между Турцией, Арменией и Ираном. Таким образом, Москва открыто сделала ставки в кавказско-восточной игре, последним аккордом в которой виделось привлечение на свою сторону правительства дашнаков Армении, что обеспечивало географический коридор для доставки оружия силам М.Кемаля. Путем же для взаимопонимания с армянской стороной было определено территориальное умиротворение «армянского движения» за счет Азербайджана.
В 20-х числах июня член Кавказского бюро ЦК РКП(б) Георгий Орджоникидзе телеграфирует в центр: «Азербайджан настаивает на немедленном и безоговорочном присоединении Карабаха и Зангезура...
Карабах, Зангезур немедленно присоединить [к] Азербайджану. Я заставляю Азербайджан объявить автономию этих областей, но это должно исходить от Азербайджана»(1/б). Г.Чичерин же, в разъяснениях Ленину осуждавший «наримановскую (Нариман Нариманов - пред. Азревкома, прим.авт.) политику потворствования мусульманским тенденциям, с которой соединяется наступательная политика Орджоникидзе и Мдивани» (Петр Мдивани - полномочный представитель России в Анкаре, прим.авт.)(1/в), а вслед за ним и ЦК большевиков, посчитали данные территории «спорными», заявив об их «временном» занятии российскими советскими войсками. При этом в аспекте умиротворения дашнаков у Москвы также не вызывала сомнений «принадлежность» Армении Нахчывана и близлежащих районов. В преддверие начавшихся 20 июня в Москве российско-армянских (Левон Шант, Левон Зарифян и др.) переговоров данная позиция ЦК не удивительна. Тем более что для их успешного завершения Россия отказывалась даже от инспирирования вооруженных акций (изнутри) против Армении. До такой степени, что по инициативе Г.Чичерина Политбюро осудило инициирование Г.Орджоникидзе и его сторонниками в Кавказском бюро ЦК РКП(б) восстаний в нескольких городах и населенных пунктах Армении. Тоже понятно. Москва торопилась решить задачу как можно быстрее мирными средствами, т.к. ситуация вокруг Турции резко обострилась.
Булонская конференция Верховного совета Антанты (21 июня) отказалась удовлетворить просьбу турецкой делегации о продлении времени для ответа на Мирный договор союзников с Турцией (положительном фактором для Анкары была лишь поддержка турецкого заявления французской делегацией, в отличие от английской). Как следствие, 22 июня, при поддержке британского флота, греческая армия атаковала позиции кемалистов. Позднее экс-премьеры Великобритании Герберт Асквит и Стэнли Болдуин, а также протестантский священник Ноэль Бакстон («British Armenian Committee») признавали, что «война Греции против Турции...была начата и продолжалась при непосредственном попустительстве Британского правительства»(1/г).
В данном контексте целесообразно отметить, что ставка именно на Грецию была сделана Лондоном сознательно. Британцы прекрасно осознавали, что т.н. «проект» греческого премьера Элефтериоса Венизелоса» (создание «Великой Греции» путем реставрации Византийской империи) позволит придать военным действиям со стороны греков идейную (политико-конфессиональную) основу. Но союзники «перепрофилировали» исходные религиозные установки. Священник Димитрий Успенский раскрывает, что еще «в январе 1920 г. местоблюститель Константинопольского Патриаршего престола Брусский митрополит Дорофей...публикует послание-энциклику «К Христовым Церквам всего мира». В этом экуменическом послании прозвучал призыв к объединению всех христианских церквей независимо от их догматических различий»(2). Тем самым удар наносился Православию, с которым ассоциировался Стамбул-Константинополь. Как подчеркивает Д.Успенский, цель ставленника Э.Венизелоса Мелетия IV (Метаксакис), чуть позже занявшего престол Константинопольского Патриарха, «состояла в объединении Востока и Запада...не на догматической основе Православия».
Пол всей видимости, это являлось уступкой англиканской церкви, став платой за предоставленные Лондоном грекам перспектив завоевания. Но глобально дело было даже не в том, что православная Греция теряла лицо, оказываясь «под» протестантской Англией. Реализация лондонского сценария приводила к утере Стамбулом (экс-Константинополем) своего
религиозного ореола для православной России, т.к. вожделенный регион становился «своим» уже для всех христиан. Тонкость тут в том, что именно конфессиональный аспект являлся основой постоянной геополитической направленности к бывшей столице православной Византии со стороны русских. Англичане же сделали все, чтобы выбить этот козырь из рук наследников Российской империи.
В любом случае, атаки греческих войск на позиции кемалистов подтолкнули ЦК большевиков к принятию скорейшего решения «коридорной» проблемы. Поэтому параллельно переговорам с армянской стороной Москва принимала и турецкую делегацию. Скорее всего, центр планировал заключить трехстороннее соглашение. Но если проект советско-турецкого Договора о дружбе был парафирован (24 июня), от Армении положительного решения не прозвучало. Как отмечает советский историк, мининдел Армянской ССР Джон Киракосян, «дашнакское правительство... вступило на путь безответственной волокиты и проволочек...Правительства Англии и Франции, их представители в Тифлисе и Ереване делали все, чтобы воздействовать на дашнакское правительство, помешать... подписанию договора...Посол республики Армении в Тифлисе Т.Бекзадян...писал: «Мы выиграем время, пока получим боеприпасы из Англии, и тогда будем в состоянии сопротивляться даже русским войскам»(3).
Наверное, было на что надеяться. Открывшаяся 5 июля конференция союзных держав в бельгийском Спа подтвердила решения Сан-Ремо, отказавшись внести какие-либо изменения в статьи о создании «единой Армении» за счет османских территорий. Как следствие, согласно данным российского историка и публициста Акима Арутюнова, «в июне и июле 1920 г...правительство Великобритании...отправило в Армению 25 тысяч винтовок и 40 тысяч комплектов обмундирования»(4). Печальный опыт игнорирования Западом чаяний армянского населения после достижения европейцами политико-экономических выгод был очень быстро забыт дашнаками. И они в очередной раз понадеялись, что Запад, переиграв Россию, расширит территорию Армении. «Вместо немедленных переговоров с Советской Россией и кемалистской Турцией, лидеры Республики надеялись на мифическое вмешательство Лиги или конкретных Союзников...Посетивший регион...оргсекретарь Британского армянского комитета и специальный корреспондент «Манчестер Гардиан» С.Лииз утверждал, что уже весной 1920 г. кемалисты предложили прямые переговоры. Однако «после консультаций с британским Главным комиссаром в Закавказье» Армения ответила отказом» (армянский исследователь Гаянэ Махмурян, 5).
Так, с подачи Лондона армянская сторона притормозила переговорный процесс. И тут же изменилась ситуация вокруг армяно-азербайджанских «территориальных диспутов». Если за день до начала армяно-российских переговоров Г.Чичерин писал, что «Карабах, Зангезур, Нахичевань, Джульфа не должна присоединиться ни к Армении ни к Азербайджану, а должны быть под российскими оккупационными войсками с согласия местных советов»(6),
после их провала Иосиф Сталин подчеркивает, что «нельзя без конца лавировать между сторонами, нужно поддержать одну из сторон определенно, и в данном случае, конечно, Азербайджан с Турцией. Я говорил с Лениным, он не возражает»(7). Следом появляется постановление заседания бюро ЦК Азербайджанской коммунистической партии (АКП(б)) от 15 июля 1920 г.: «1.Карабах и Зангезур должны быть присоединены к Азербайджану. 2.От Нахичевани и других отказаться, предложить оккупировать русскими войсками»(8). Естественно, решение это было не было проявлением некоего самостоятельного рвения азербайджанских коммунистов, т.к. еще 30 июня Ленин телеграфировал Г.Орджоникидзе: «На Вас возлагается руководство всей внешней и внутренней политикой Азербайджана и наблюдение за выполнением директив Цека и Наркоминодела по отношению к Персии, Армении и Грузии»(9). Само же заседание проходило под контролем представителей революционно-военного совета XI Армии. Как усматривается, данным итогом Москва все же оставила шанс армянской стороне продолжить переговорный процесс. Т.к. чуть ранее на имя Г.Чичерина поступала коллективная телеграмма от Н.Нариманова, члена Кавказского краевого комитета компартии П.Мдивани, члена ЦК АзКП А.Микояна, члена ЦК КП Армении Нуриджаняна с несколько иным содержанием: «Что же касается якобы спорных Зангезура и Карабаха, уже вошедших в состав Советского Азербайджана, категорически заявляем, что эти места бесспорно и впредь должны находиться в пределах Азербайджана. Джульфинский и Нахичеванский районы, сплошь заселенные мусульманами, уже больше года оторвавшиеся и силами местного населения оборонявшиеся против дашнакского правительства, как в видах военных, также в целях непосредственной связи с Турцией, должны быть заняты нашими войсками и присоединены к Азербайджану»(10). Т.е. зона Нахчывана была использована Москвой в качестве магнита для дашнакских правителей Армении.
Но удочка с «наживкой» не сработала: Армения под диктовку Лондона активизировалась в унисон с греческими войсками. В депеше Полномочного представителя РСФСР в Армении Борис Леграна в Москву от 21 июля отмечалось, что правительство дашнаков «продолжает враждебные действия против Турции - нападения в районе Ольты, Зангибасар...относительно же продвижения армянских войск [на] Нахичевань имеется подтверждение министра иностранных дел Армении»(1/д). Параллельно дашнакские войска во главе с Дро (Драстамат Канаян, в период I Мировой войны возглавлял один из армянских отрядов в составе российских войск на Кавказском фронте) перешли в наступление и на азербайджанские позиции. Но уже через несколько дней, согласно Г.Чичерина, «турки, взяв Нахичевань, ввели там советскую власть и предлагают, чтобы наши войска туда вошли. Приказ о занятии Нахичевани нашими войсками уже давно дан»(1/е).
Внутри страны же положение турок было критическим. Угроза настолько возникла над Анкарой, в особенности после занятия греческой армией Адрианополя, что даже характерный своей проармянской позицией Г.Чичерин в записке в Политбюро от 30 июля высказался о «настоятельной необходимости» советизации Армении, без чего «у нас нет настоящего контакта с Турцией. Гибель кемалистов нанесла бы нам сильнейший удар на Востоке»(1/ж). Российские войска скорыми темпами стали продвигаться к Карабаху, Зангезуру и Нахчывану. Причем командование XI Советской Армии потребовало от Армении их беспрепятственного пропуска (установив сроком исполнения ультиматума 5 августа). В последние дни июля Нахчыван оказывается в руках «объединенных войск РСФСР и красной Турции», но именно в этот момент в дальнейшем продвижении русских происходит заминка. Которая привела к тому, что на фоне провозглашения т.н. Высшим Национальным советом турецкой Аданы 4 августа Киликии независимой республикой, правительство дашнакской Армении потребовало от Москвы безоговорочного признания независимости страны. Наверное, были какие-то причины внезапной «смены настроения» большевиков в отношении коридора. Попытаемся разобраться.
Почему остановка?
Как представляется, июльский успех большевиков в инициированной Западом российско-польской войне (войска под командованием М.Тухачевского пересекли этнические границы Польши) вызвал прилив эйфорических настроений в Москве по поводу экспорта социалистической революции в Европу по маршруту «Варшава-Берлин» и далее. «Стало складываться и крепчать настроение в пользу того, чтоб войну, которая началась как оборонительная, превратить в наступательную революционную войну» (Лев Троцкий, 11). Вплоть до того, что были проигнорированы миротворческие предложения англичан, призвавших провести т.н. «рубеж перемирия» по «линии Керзона». Не случайно именно в эти дни в Москве открылся II конгресс Коминтерна, принявший подготовленный Львом Троцким Манифест: «Дело Советской России Коммунистический Интернационал объявил своим делом. Международный пролетариат не вложит меча в ножны до тех пор, пока Советская Россия не включится звеном в федерацию советских республик всего мира»(12). Во время форума Сталин направил телеграмму Ленину: «В ответ на вашу записку N371. Теперь, когда мы имеем Коминтерн, побежденную Польшу и более или менее сносную Красную Армию...в очередь дня Коминтерна нужно поставить вопрос об организации восстания в Италии и в таких неокрепших государствах, как Венгрия, Чехия (Румынию придется разбить)»(13). Как отмечают исследователи, записка Ленина, на которую ссылался Сталин, была направлена последнему прямо с заседания Коминтерна 23 июля. Именно в ней был поставлен вопрос о советизации Италии, Венгрии, Чехии и Румынии: «Всемирная армия революционного пролетариата - вот что стоит теперь за коммунизм, вот что получило свою организацию, ясную, точную, подробную программу действий на закончившемся конгрессе, - подытоживал Ленин, - революция пролетариата, свержение ига капитализма идет и придет во всех странах земли»(14).
Казалось, ничто не мешало Ленину трактовать складывающуюся ситуацию таким образом. К концу июля в занятом Советами польском Белостоке стал действовать (при членстве председателя ВЧК Феликса Дзержинского) Временный революционный комитет Польши(!). Посему и очередное обращение Керзона к советскому правительству принять участие в конференции по урегулированию польско-российского противостояния принято не было. Тем более что к 12 августа Красная Армия подошла к Варшаве. Все шло к падению польской столицы и открытию пути к дальнейшему распространению большевизма в Европе. Но произошло обратное, а именно: контрнаступление польских войск, осуществленное под командованием французского генерала Максима Вейгана (возглавлял прибывшую 25 июля в Варшаву для оказания помощи польской армии англо-французскую миссию), окрещенное «Чудом на Висле». Наложившись на атаку войск Петра Врангеля в Северной Таврии, «чудо» привело Россию к катастрофическому поражению. И, несмотря на открытие 17 августа в Минске советско-польской мирной конференции, поляки продолжали наступать. А 10 августа правительство Франции официально заявило о признании П.Врангеля «правителем Юга России», что было не случайно. Согласно Большой советской энциклопедии (БСЭ), П. Врангель, использовавший помощь Великобритании, «решительно отклонил ее предложения ограничить военные действия обороной Крыма. Руководство южнорусской контрреволюцией перешло к Франции, которая снабжала войска Врангеля»(15).
Таким образом, Россия терпела поражения со всех сторон. Вопрос здесь далеко не в конъюктурном объединении непримиримых геополитических соперников Франции и Англии, обусловленном угрозой вторжения большевиков в Европу. Речь, прежде всего, об утере Польши, как основного звена к мировой революции в Европе. На что наложился «фактор» П.Врангеля. В контексте чего Россия столкнулась с возможной утерей Турции, еще пару недель назад находившейся в зоне «социалистической видимости».
Севрский договор - надежда Армении?
Все того же 10 августа в парижском предместье Севре был подписан мирный договор между странами Антанты и присоединившимися к ним государствами с султанским правительством, подтвердивший апрелевские решения Сан-Ремо. Великобритания (в особенности), Франция (чуть в меньшей степени), Италия и Греция стали обладателями территорий, входивших в состав Османской империи. Предполагалось создание независимого Курдистана. Стамбул и демилитаризованная зона черноморских проливов передавались под международное управление. Что касается Армении, то турецкая сторона признавала ее «свободным и независимым государством». Обе страны подтвердили свое подчинение президенту США Вудро Вильсону по арбитражу границ в пределах вилайетов Ван, Битлис, Эрзрум и Трапезунд и принятие его условия относительно доступа Армении к Черному морю (через Батум). Новой Турции отводился клочок земли, лишенный выхода к Средиземному морю. Великое национальное собрание Турции (Анкара) отказалось ратифицировать договор.
Решения Севра вызвали, конечно же, эйфорическое состояние в стане армянской стороны, любезно подписавшей в тот же день, с подачи патронов, договор с большевиками, согласно которого «войска РСФСР занимают спорные районы - Карабах, Зангезур и Нахичеван, за исключением полосы...для расположения войск Республики Армении»(1/з). А что мешало Лондону дать негласное добро на «отрез» этих «кусочков» в пользу России, когда курация «Турецкой Армении», согласно Севра, полностью вышла из-под влияния Москвы? К тому же армяно-российское соглашение гласило, что «временным(!) занятием РСФСР имеет в виду создать благоприятные условия для мирного разрешения территориальных споров между Арменией и Азербайджаном».
Так что все внешне складывалось в пользу «армянского движения». Однако, лидеры движения не видели нескольких «Но». Как уже отмечалось в предыдущих материалах, нежелание США признавать геополитическое лидерство Англии «пододвинуло» Вашингтон к пониманию интересов ленинского правительства. В этом же разрезе целесообразно рассматривать заявление американского госсекретаря Бейнбриджа Колби аккурат в день подписания Севра в поддержку «единой России» (в границах 1914 г., но без включения в нее Польши, Финляндии и Армении). Однако, в преломление к Армении Б.Колби подчеркнул, что «окончательное определение границ не должно состояться без сотрудничества и согласия России...Армении необходима добрая воля и дружественное покровительство России, чтобы оставаться независимой и свободной страной»(1/и).
Но за эйфорией от решений Севра тревожный звоночек из Вашингтона не был услышан армянской стороной. Как не учитывалось ею и недовольство Парижем результатами Севрского договора (Франция не только теряла политический вес, но терпела и экономическое поражение, т.к. в переходящих под курацию союзниках зонах экс-Османской империи гибли финансовые интересы французских компаний). И вот на фоне восприятия армянскими лидерами севрских договоренностей и мира с Москвой окончательными, продолжилось массовое истребление мирных азербайджанцев, что подтверждается и армянскими источниками. Так по свидетельству Арсена Хойлунца (допрос в МГБ Армянской ССР 16-го сентября 1947 г. по делу Нжде - Гарегина Тер-Арутюняна, генерала дашнакской армии), «с конца 1919 г. по июль 1921 г. Нжде в Зангезуре являлся командующим дашнакскими вооружёнными силами Кафанского района...В 1919-20 гг. под руководством Нжде…были уничтожены десятки азербайджанских сёл Кафанского и близлежащих районов и истреблены тысячи мирных жителей этих сёл»(16). Другой свидетель, Авак Джанунц также подтверждает, что «в 1920 г. Нжде организовал и совместно с Дро руководил грабежом более 100 азербайджанских сел Кубатлинского района. После грабежа эти села были сожжены Нжде и Дро»(16). Бесчинства того периода признаются и армянской литературой. Проживающий в Лос-Анджелесе армянский журналист-международник Григор Апоян отмечает: «Речь идет о поэме великого армянского революционного поэта Егише Чаренца «Хмбапет Шаварш». Хмбапет по-армянски означает начальник группы - так в период безвременья 1917-22 гг. именовались армянские полевые командиры, которые, может, и сыграли какую-то роль в становлении первой армянской республики, но больше остались в памяти народной, как разбойники и грабители...Е.Чаренц...писал о бесчинствах самого Шаварша. Тонкая бескомпромиссная душа поэта более всего не могла примириться с тем, что его соотечественник и брат мог потерять человеческое лицо, пусть даже в самых нечеловеческих условиях. Он написал поэму как покаяние за неведомого ему хмбапета Шаварша и за все другие преступления с армянской стороны. И самое главное – он написал эту поэму, как призыв к нашей совести, как завещание потомкам, которые всегда должны помнить и не повторять непростительных ошибок не лучших своих представителей» (17).
Но десятые числа августа оказались довольно знаменательными еще в одном аспекте. В Москве вновь оказался экс-военный министр Османской империи Энвер-паша. На этот раз по линии германского генералитета, а именно: Ганса фон Секта, с которым у него сложились доверительные отношения с периода нахождения последнего в генштабе османской армии во время I Мировой войны. Сподвижник Ленина Карл Радек, с кем в 1919 г. Энвер обсуждал вопросы совместной антибританской борьбы по линии Коминтерна, в свое время именно через турок осуществил выход на Германию для лоббирования союза Германии с большевистской Россией (хотя глобально цели Энвера и ленинцев были различны). В отличие от др. ведущих европейских держав, Берлин занял нейтральную позицию в период продвижения России к Варшаве (с отказом от транзита оружия Францией Польше). А непосредственно главнокомандующий рейхсвером Г.фон Сект, даже несмотря на направление Москвой сотен немецких коммунистов в приграничье с Польшей (для работы в будущей «социалистической» Германии), готов был идти на контакт с большевиками в целях ликвидации последствий антигерманских условий Версальского мира. С этим он и командировал Энвера в Москву. И уже через несколько дней Ленин был в курсе предложений Берлина. Но поражение России от Польши спутало все карты, и Энвер был ориентирован на «восточное» направление, становившимся основным для большевистского руководства по экспорту социалистической революции. Тем более что Ленин в тезисах ко II конгрессу Коминтерна убеждал: «Мировая политическая обстановка поставила теперь на очередь дня диктатуру пролетариата...Необходимо вести политику осуществления самого тесного союза всех национально- и колониально-освободительных движений с Советской Россией»(18).
В преломление к «армянскому вопросу» очередная активизация восточного «оттенка» внешней политики Москвы означала, что радость дашнаков от Севра может оказаться временной. Тем более что начался этап поставки оружия из Германии в России для турецкого направления (посредством Энвера), на фоне чего готовился проект договора между Россией и кемалистской Турцией. А в ноте министра иностранных дел Анкарского правительства Бекира Сами Г.Чичерину был дан положительный ответ на предложение о посредничестве России (альтернатива арбитражу Вашингтона) «для проведения пограничной линии на границе Армении на основах справедливости и законности»(1/к).
1.
а/Письмо Народного комиссара иностранных дел РСФСР Г.Чичерина Президенту Великого Национального Собрания Турции Мустафе Кемалю от 4 июня 1920 г.
б/Телеграмма члена Кавказского бюро ЦК РКП(б) и РВС Кавказского фронта Г.Орджоникидзе Народному комиссару иностранных дел РСФСР Г.Чичерину
в/Отзыв Г.В.Чичерина на письмо Н.Нариманова Ленину от 27 июня 1920 г.
г/Предложение Г.Асквита, С.Болдуина и Н.Бакстона премьер-министру Великобритании Р.Макдональду
д/Депеша Полномочного представителя РСФСР в Армении Б.Леграна Народному комиссару иностранных дел Г.Чичерину и члену Кавказского бюро ЦК РКП(б) и РВС Кавказского фронта Г. Орджоникидзе от 21 июля 1920 г.
е/Депеша Народного комиссара иностранных дел РСФСР Г.Чичерина в Акстафу С.Кирову для Полномочного представителя в Армении Б.Леграна от 27 июля 1920 г.
ж/Записка Народного комиссара иностранных дел РСФСР Г. Чичерина в Политбюро ЦК РКП(б) от 30 июля 1920 г.
з/Соглашение о мире между Республикой Армении и РСФСР
и/Б.Колби. Заявление итальянскому послу Авеццане
к/Нота руководителя делегации правительства ВНСТ Бекира Сами Народному комиссару иностранных дел РСФСР Г.Чичерину от 26 августа 1920 г.
Все цит. по: Барсегов Ю.Г. Геноцид армян. Ответственность Турции и обязательства мирового сообщества
а-в: http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/0686-0718.htm
г: http://genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v1/565-584.htm
д-ж: http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/0719-0761.htm
з: http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/0762-0794.htm
и: http://www.genocide.ru/lib/barseghov/resp/443-460.htm#449_450
к: http://www.genocide.ru/lib/barseghov/responsibility/v2-1/0795-0837.htm
2.Священник Димитрий Успенский. Старый стиль лучше новых двух
http://www.christian-spirit.ru/v22/22.(10).htm
3.Джон Киракосян. Младотурки перед судом истории http://armenianhouse.org/kirakosyan/youngturks-ru/chapter09.html
4.Аким Арутюнов. Досье Ленина без ретуши
http://www.rus-sky.com/history/library/arutnv3.htm
5.Г.Г.Махмурян. Лига Наций, Армянский вопрос и Республика Армения.
http://research.sci.am/gmakhmourian/books/League.htm
6.ЦИА ИМЛ ф 64, оп. 2. д 5, л 19. Цит. по: Фарида Мамедова. Причинно-Следственная Связь Карабахской Проблемы. Историческая справка
http://www.karabakh-doc.azerall.info/ru/azerpeople/ap006.htm
7.ЦГАОР СССР, ф. 130, оп. 4, д. 496, л. 142., цит. по: Гайк Демоян. Турция и карабахский конфликт
http://www.armenianhouse.org/demoyan/turkey/ch1.html
8.К истории образования Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджанской ССР.
http://www.karabakh-doc.azerall.info/ru/istoch/is011-4.php
9.В.И.Ленин. Телеграмма Г.К. Орджоникидзе от 29 или 30 июня 1920 г.
http://libelli.ru/library/tema/sc/marxism/lenin/lenincw9.htm; т.52
10.ЦГАОР АзССР, ф. 28, оп. 1, д. 99, л. 115. Цит.по:
http://www.karabakh-doc.azerall.info/ru/arxdoc/ad025.htm
11.Лев Троцкий. Моя жизнь
http://www.revkom.com/biblioteka/marxism/trotckii/my%20life/XXXVII.htm
12.Лев Троцкий. Манифест второго конгресса коммунистического интернационала»
http://www.magister.msk.ru/library/trotsky/trotl517.htm
13.И.Сталин. Телеграмма В.Ленину от 24 июля 1920 г. Цит. по: «Документы 1920 г. Автор И.В.Сталин»
http://stalinism.ru/content/view/1308/9/
14.В.Ленин. «Второй конгресс коммунистического интернационала».
Статья в журнале «Коммунистка» N3-4, август-сентябрь 1920 г.
http://libelli.ru/library/tema/sc/marxism/lenin/lenincw9.htm; т.41
15.»Врангелевщина». Статья в «Большой советской энциклопедии»
http://bigsoviet.org/Bse/A-GOGO/0531.shtml
16.Цит.по: «Нжде и КГБ». Статья на сайте «ceghakron.ru».
http://ceghakron.ru/pages/menu/menu3/kgb7.htm
17.Григор Апоян. Предать вдохновение
http://www.lebed.com/2005/art4055.htm
18.В.Ленин. Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам (для второго съезда коммунистического интернационала).
http://libelli.ru/library/tema/sc/marxism/lenin/lenincw9.htm; т.41
Теймур Атаев, историк Азербайджан teymur-ogtay@rambler.ru