До 2041 года Северо-Каспийский консорциум хочет извлечь углеводородов гораздо больше, чем предусматривалось в 1997 году, когда подписывался контракт. На такие размышления наводят последние заявления министра МЭМР РК Сауата Мынбаева о том, что с 1 октября 2013 года консорциум будет добывать 450 тысяч баррелей нефти в сутки, т.е. в разы больше прежнего. Если оценивать объем подготовительных работ для морской добычи в особых каспийских условиях, о которых было сказано не раз, то можно сказать: там конь не валялся...
Напомним, что первоначально заявленная производительность строящегося комплекса на море была рассчитана на 7,5 млн. тонн нефти в год и 2,2 млрд. кубометров газа в год, притом, что добыча должна была начаться в 2008 году. Графиком предусматривалось, что консорциум сможет выйти на уровень - 22,5 млн. тонн нефти и 4,4 млрд. кубометров газа лишь к 2016 году. Причем первоначально, когда в прессе обсуждались планы работы консорциума, представители операционной компании в лице Agip KCO заявляли журналистам, что не планируют строить морскую инфраструктуру в масштабах больших, чем того требуют объемы добычи в первые годы освоения проекта. Дальнейшее развитие проекта было логически увязано и с графиком его финансирования: по мере наращивания добычи должны были строиться новые объекты, буриться новые скважины.
При этом в качестве аргумента говорилось не только об инфляции и дефиците средств, что было объяснимо тогда, но и технологических сложностях из-за необычных климатических условий в этом секторе Каспия. Получалось, что непредсказуемые направления движения льдов и ветра, небольшая глубина моря в этой зоне просто не позволяют рисковать. СМИ писали об этом не раз. И что же в итоге?
Когда каждый метит в лидеры
Собственно, о том, что Северо-Каспийский консорциум собирается перекроить первоначальный график добычи углеводородов, стало понятно еще с самых первых дискуссий, когда встал вопрос о смене оператора. Фактически после оглашения итогов разведочного бурения у участников проекта появились разногласия по освоению блоков. Завершая дискуссионный вопрос об операторстве на прошлой неделе, министр энергетики Мынбаев заявил, что «не видит целесообразности смены оператора проекта Кашаган на данном этапе его реализации», имеется в виду в опытно-промышленной фазе, которая по идее должна завершиться в октябре 2013 года. «У каждого оператора чуть-чуть свои стандарты, в середине оператора менять нельзя. Поэтому экспериментально-опытная база будет доведена до ума Agip. Точка!» - пояснил чиновник позицию ведомства. После чего, видимо, Agip решился таки перевести свой главный офис на берег Каспия.
Но, похоже, борьба за место под солнцем в проекте не утихает: каждый участник претендует на собственное амплуа в проекте. Ранее представители французской Total побывали в КМГ, где представили назначенному недавно главой НК Каиргельды Кабылдину свои предложения по формированию новой совместной операционной компании в рамках реализации Северо-Каспийского проекта. Эта компания, как известно, претендует на лидерство в технологиях нефтепереработки, а потому она не прочь взять под свое управление строящийся газоперерабатывающий завод «Болашак» в Карабатане. Другой претендент на лидерство - прежний оператор Shell - предпочитает морскую часть проекта.
Как известно, договоренности, отраженные в последнем меморандуме, предусматривают переход от модели единого оператора к учреждению совместной операционной компании с участием всех представителей консорциума.
Судя по всему, в октябре участники проекта должны определиться с функциями каждой компании, распределив операторские портфели. Добиться этого намерено и правительство, но как и когда эти вопросы будут решены, покажет время. Уж очень все непросто в проекте.
Предложили кесе, захотели казан...
Извлекаемые запасы нефти Кашаганского месторождения были оценены в 7-9 млрд. баррелей, или примерно в 1 млрд. т, а геологические запасы всей контрактной территории в 38-40 млрд. баррелей, или в более чем 5 млрд. т нефти. Фактически с того периода каждый захотел испить свою чашу до дна, поэтому некоторые участники предлагали разделить контрактную территорию проекта, в который входят несколько крупных месторождений.
В итоге первоначальный график добычи перекроен кардинально в сторону увеличения. Соответственно увеличивается техническая и экологическая нагрузка на море в этом секторе Каспия, что показали и недавние общественные слушания, проведенные консорциумом в Атырауской и Мангистауской областях в августе. Представители экологических организаций подвергли сомнению декларацию компании, заявив, что вся территория месторождения будет покрыта сетью внутрипромысловых трубопроводов, не предусмотренных прежде.
Согласно представленному плану, помимо островов бурения предусмотрено строительство на искусственных островах 8 эксплуатационно-технологических комплексов. Речь идет о заводах с факельными установками для отжига газа при испытании скважин.
Однако компания отвергла претензии, высказанные представителями экологических движений относительно данных, отраженных в декларации, сославшись на то, что более детальная оценка воздействий будет представлена на следующей стадии подготовки к слушаниям. Компания также заявила, что уровень обоснованности и проработанности Декларации полностью соответствует требованиям законодательства РК.
Как уже ранее рассказывала «ДН», в прошлом году среди претензий, предъявленных консорциуму правительством РК, был также вопрос об экологической составляющей проекта, который компания фактически не имела. Хотя планы увеличения добычи были уже просчитаны. Как известно, консорциумом в прошлом году после заявления о переносе сроков добычи на 2011-2012 годы, правительству был представлен план полномасштабной разработки Кашаганского месторождения.
Собственно, данные по объемам добычи, представленные в новой программе, мало изменились и с того момента, когда консорциум в первый раз заявил о переносе сроков выдачи нефти на 2008 год. Они практически подтверждают стремление крупных нефтяных игроков черпануть разом со дна кашаганского все, что получится, и вычерпать его без оглядки на экологию. Чем это объяснить, помимо желания извлечь из Каспия как можно больше и, соответственно, заработать на этом с меньшими затратами? Возможно, члены консорциума уже положили глаз на другие нефтеносные бассейны или полагают, что нефть заменят другими источниками энергии?
Как известно, контракт по модели СРП был подписан с консорциумом в октябре 1997 года на 40 лет. Согласно законодательству, это критический срок подписания контрактов с иностранными инвесторами на освоение богатства недр, который оговорен для сложных морских месторождений. Затем он все же был продлен до 2041 года. Когда это точно произошло, нам неизвестно, поскольку первые переговоры проходили в атмосфере практически полной закрытости. Скупые сведения говорили лишь о наличии и теме переговоров.
Концептуальный план освоения проекта предусматривает, что общий объем добычи к концу 2041 года составит 11,192 млрд. баррелей нефти (1424 млн. тонн). При этом максимальный стабильный уровень добычи достигнет 150 - 190 тысяч тонн в сутки при условии обратной закачки в пласт 80% добытого попутного газа. Таким образом, начав с 450 тысяч баррелей в сутки, консорциум планирует довести этот показатель до максимального уровня в 70 - 75 млн тонн в год вместо прежнего годового максимума в 56 млн тонн. Пик добычи также сдвинут на три года с 2016 на 2019 год.
То есть получается, что фактически консорциум решил осваивать морские блоки гораздо интенсивнее, чем первоначально предусматривалось. Объемы добычи существенно увеличены, но пик сдвинут лишь на три года. Проще говоря, это позволяет консорциуму сократить время, но увеличить доходы. При этом, однако, неясно, насколько увеличиваются затраты консорциума по экологической составляющей. Меняется ли при таком интенсивном способе добычи экологический подход и что в целом представляет собой экологическая концепция? Насколько меняется технология добычи и насколько повышается ее экологическая безопасность, чем при прежнем графике добычи, трудно что-либо сказать.
Судя по прошедшим слушаниям, компания собирается обнародовать это лишь по мере приближения к стадии добычи. Хотя первый этап обсуждения декларации о намерениях добычи уже вызвал сомнения у экологов. Наверное, трудно согласиться с тем, что, увеличивая количество пробуренных скважин до 240, сгруппированных в 37 кластерах, нельзя причинить беспокойства фауне и флоре.
Другой момент еще в том, что северная часть Каспия замерзает с ноября до середины апреля. Работы по бурению в этот период, согласно заявлениям самого консорциума останавливаются. То есть выходит, что намеченный объем углеводородов будет добываться в течение примерно шести месяцев ежегодно, что также увеличивает интенсивность нагрузки на море в те самые периоды, когда рыба идет на нерест, а затем мальки нагуливают вес в море.
Если исходить из планов добычи с октября 2013 года - 450 тысяч баррелей в день, то получается, что компания за полгода получит со скважин порядка 11 млн тонн. Или все же бурение и добыча будут вестись и в зимнее время? Ведь собираются же мировые компании добывать нефть в Арктике, и некоторые страны даже уже заявляют о своих претензиях на арктический шельф. Так ли страшен им мороз и в особенности льды? Хотя, возможно, каспийские более опасны и своенравны, чем арктические...
Хоть шерсти клок...
О ходе переговоров и сложных перипетиях торгов за очередные уступки сторон с прошлого года по нынешний уже писано немало. Основные параметры, достигнутые казахстанской стороной, в принципе, уже оглашены. Завершение процедурных вопросов намечено до 24 октября 2008 года. Как уже известно, национальная компания «КазМунайГаз» увеличит долю в проекте с 8,33% до 16,81% и заплатит за это $1,78 млрд. консорциуму. По мере оформления процедур нацкомпания внесет 25% и более своих активов в дочернее предприятие KMG Kashagan B.V., которое владеет долей Казахстана в проекте Кашаган. Решение было принято на этой неделе советом директоров холдинга «Самрук», которому принадлежат 100% акций КМГ.
Что касается компенсации за отсрочку добычи, то тут были разные варианты. Министр МЭМР РК в январе текущего года говорил о компенсациях в $5 млрд., которые за весь период действия СРП могут составить $20 млрд. Хотя в СМИ уже писали, что Казахстан в счет компенсации получит с 2010 по 2013 год лишь $300 млн. А министр МЭМР лишь заявил о том, что если до 1 октября 2013 года коммерческая добыча нефти на Кашагане не будет начата, то дальнейшие затраты в рамках опытно-промышленной разработки не будут возмещаться. Но если говорить об условиях платежей, то получается, что после начала добычи кашаганская нефть будет разделена на компенсационную и прибыльную. Из этой нефти и будет производиться погашение суммы штрафа за очередной перенос сроков добычи и увеличение затрат. То есть получается, что платить будут не акционеры из каких-то собственных источников, а все будет гаситься добываемой в Казахстане нефтью.
Конечно, для Казахстана на данном этапе важно войти в проект, чтобы принимать в освоении своих недр полноценное участие, а также иметь возможность извлечь из этого свои выгоды. Сможет ли национальная компания в дальнейшем оказать какое-либо существенное влияние, как на темпы, так и качество разработки морского шельфа с учетом экологического аспекта и экономической безопасности в целом, время покажет.
Пока же можно констатировать, что Казахстан до сего дня фактически не имел возможности толком контролировать ни структуру и полный перечень затрат, ни адекватность цен на приобретаемые материалы и услуги. По словам министра, консорциум уже вложил в проект $17 млрд. Хотя, наверное, если скрупулезно вникнуть в их перечень, то, наверное, вопросы бы возникли не только у министра. А стоило бы, поскольку затраты подлежат возмещению из казахстанского бюджета.
Вопрос контроля затрат, конечно, сложный, а главное, чреватый тем, что чиновникам бывает трудно устоять перед соблазном «закрыть глаза» на отдельные строки предъявленных смет. Но чаще всего чиновники и сами не знают, что там с чем едят в этом консорциуме, и что там по технологии действительно необходимо для производства, а что - для нужд отдельных подрядчиков. Пока строительством морских сооружений, оснащением строящихся комплексов оборудованием и другими работами заняты сервисные структуры иностранных компаний. Казахстанские были не вхожи.
Теперь, согласно заявлению министра МЭМР Мынбаева, после начала коммерческой добычи новые объемы работы будут распределены между ключевыми участниками проекта, включая и нацкомпанию. В новой операционной модели, по словам министра, проговорены «не то что вообще, а порядка 264 рабочих мест, не на низовом, «принеси-унеси», уровне, а на очень содержательных позициях, которые представители «КазМунайГаза» должны занимать, пройти там школу». Он также сообщил, что примерно через 5 лет добычи сектор этого проекта должен возглавить представитель казахстанской нацкомпании. А в добывающей части проекта формируется СП между Shell и «КазМунайГазом», которое будет ответственно за добычу.
Таким образом, казахстанские чиновники полны планов и намерений, но как все закончится и в чем это выразится, покажет лишь время.
Улболсын Кожантаева