Если о количестве мест в будущем чеченском парламенте судить по оптимистичным высказываниям ряда федеральных и республиканских политиков, то можно предположить, что в него попадут не менее тысячи народных избранников. К сожалению, будущий законодательный орган Чечни невелик. Шансы получать две тысячи долларов в месяц, сидя под открытым небом из-за отсутствия пока здания у парламента, есть лишь у 61 человека. Остальным оптимистам придется искать иные жизненные варианты.
Тем не менее, позитивный настрой будущих парламентариев в наше непростое время не может не радовать. Если бы к нему прибавить еще и какую-то деятельность в допредвыборное время, цены бы не было этим людям.
Так, лидер чеченских «хакамадовцев» бизнесмен из Москвы Муса Садаев провел в начале сентября «смычку» с представителями общественных организаций Чечни. Последовавшая «консолидация», неизбежно сопутствующая подобного рода мероприятиям, возможно укрепит позиции «Нашего выбора» в Чечне. Но если бы такую активность тот же Садаев развил в Чечне, например, два года назад, то автору этих строк не пришлось бы объяснять всем, что партия «Наш выбор» и партия Хакамады — это одно и то же. Навряд ли поможет им в получении электората и тот факт, что в парламент объединенный блок пойдет по спискам Республиканской партии — об ее существовании в Чечне также слышали немногие.
Не успевшее присоединиться к «смычке» из-за внутреннего раскола региональное отделение СПС наконец разобралось — какой из их двух «составов» в Чечне основной, а какой дублирующий. Впрочем, для этого понадобилось немало времени, а также приезд в Грозный члена федерального политсовета СПС.
Ситуация, как это ни прискорбно, характерная для «правых». Вечно у них какая-то «каша в голове» — в том числе, если оценивать их «чеченскую политику». Несколько лет назад Борис Немцов призывал разделить Чечню на горную и равнинную части. А недавно своим несколько бестолковым, но не злом при этом, рассуждении на тему «как трудно быть чеченцем», отметился Альфред Кох. Он написал, что чеченцы не могут жить без тейпов и набегов, а также, что «я мечтаю, чтобы наступило когда-нибудь такое время, когда чеченская мать, убаюкивая своего маленького сыночка, свою кровиночку, споет ему колыбельную песню не про кровавый набег на гяуров, и не про героя-абрека, а про плюшевого мишку, красивый цветочек и коровок на лугу».
«Яблоко», из всех прочих либеральных партий России наиболее последовательно отзывающаяся о ситуации в Чечне и открыто выразившая свои соболезнования за депортацию 1944-го года, в очередной раз отказалось от всевозможных «демосоюзов» заранее. Трудно сказать, правильный это шаг или нет. На выборах в Законодательное собрание Владимирской области «яблочники» все же объединились с СПС и в итоге проиграли. На выборах в Мосгордуму они также объединились. Посмотрим, что выйдет из этого.
«Родине», сделавшей ставку на Гантамирова и расставившей свои плакаты по Чечне рядом с блок-постами, все же трудно рассчитывать на какой-то успех в республике из-за своих националистических и «античеченских» позиций. Чего стоят, например, такие слова их лидера Дмитрий Рогозина: «На Кавказе, в Чечне государственные телеканалы воспевают тех, кто стрелял в наших солдат, кто резал мирное русское население. Они теперь, оказывается, самые главные и верноподданные вассалы Кремля. Кремль наивно думает, что эти люди будут действительно вести себя таким образом. Мы их вооружили, мы им дали легальные документы, отдали им нефть на территории Чеченской Республики… А они завтра воспользуются ситуацией и повернут эту армию — новую, гораздо более оснащенную, гораздо более сильную, чем армия Дудаева или Масхадова — против нас, помяните мое слово».
Сказать что-то про «Единую Россию», кроме того, что она победит, трудно. Прежде всего, потому, что она победит. Но выигрыш ей достанется не только потому, что, как сказал замсекретаря политсовета «ЕР» в Чечне Руслан Ямадаев, «мы помогали проведению референдума по Конституции, выборов в Госдуму, президентских выборы, решали самые разнообразные проблемы населения — как в горных районах, так и в городах и равнинных населенных пунктах», а потому, что это — «Единая Россия».
Кроме того, по словам того же Ямадаева, «ЕР» «намерена включить кандидатов в депутаты регионального парламента и выставить в одномандатных округах известных в Чечне людей, которых безоговорочно поддержит население: опытных экономистов, врачи, педагогов, сотрудников правоохранительных органов».
По этой причине, кстати, очень трудно оценивать шансы на успех одиночек — беспартийных одномандатников. Из всех «известных людей», уже подавших документы (как сообщили в избиркоме Чечни, среди них «люди разных политических мировоззрений» — бывший депутат парламента Ичкерии начала 90-х годов Саламбек Кунчалов и командир батальона Ачхой-Мартановского РОВД Магомед Асламбеков), лично мне известен лишь бывший член Совфеда РФ Амин Осмаев. Впрочем, не уверен, что электорат правильно поймет и оценит позицию Осмаева, называющего себя в одном из интервью «патриотом России чеченской национальности».
Но кто бы не получил в финале места в парламенте, одно известно точно — Кремль выборы на самотек не пустит. Вряд ли кто-то в этом сомневается после визита в республику комиссий из ЦИКа, встреч представителей ЮФО с региональными партийными лидерами и прилета в Грозный по просьбе администрации Кремля членов политсоветов всех основных федеральных партий.
