Путин спас Байкал... Что ответит Катанандов?

У Карелии сейчас есть все шансы стать российской «политической и научной гостиной», решив попутно и экономические, и экологические проблемы

Не просто вода!

Несколько недель назад в одно из воскресений зрителям второго канала российского телевидения был показан полуторочасовой документальный фильм о воде. Да-да! О той самой жидкости, из которой мы с вами состоим не то на 70, не то на все 90 процентов. И оказалось, что новейшие представления о том, что раньше считалось простым химическим соединением двух атомов водорода с атомом кислорода, очень сильно отличаются от хрестоматийных. На экране телевизора было ясно видно, как эта «мокрая субстанция» демонстрирует свое «настроение» — буквально на глазах структура воды менялась под воздействием того или иного музыкального стиля! Гармония музыки творила внутреннюю гармонию вещества! Поневоле вспомнишь Ветхий завет: «Вначале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водой». Ну, а так как «слово было Бог» — все помнят?! — в конце последнего акта всем стало видно, что вокруг хорошо.

Ученые, многие века спорившие с богословами, вдруг сами наглядно показали нам, что химия — это не бездушная цепь формул, написанных на школьной доске. Теперь они все чаще заявляют о том, что та самая вода, которую мы каждое утро выпускаем из крана на кухне, обладает своеобразной памятью, что она может являться хранителем информации, что эта субстанция удивительным образом трансформируется из мокрой в интеллектуальную! Эдакий лемовский «Солярис» в каждой кастрюле! Что же теперь делать «венцу творения» человеку, если даже простая вода в трубе думает? Наверное, просто перестать носиться со своей исключительностью и взглянуть на мир так, как это однажды сделал Господь, отряхнув от трудов руки — с любовью.

Зеленый крест — за, Горбачев — за,  кто против?

Наша Карелия во всех энциклопедиях и туристических справочниках называется «страной тысячи озер». На самом деле их десятки тысяч, а два из них — Ладожское и Онежское — крупнейшие в Европе резервуары пресной воды. Давайте на секунду выскочим на перекресток, где у нас встретились наука и богословие, и попытаемся представить себе сколько — без преувеличения! — вековой мудрости плещется у нас под боком. Чистая вода — чистые мысли — веками отфильтрованная память поколений — сосредоточение древнего знания — неисчерпаемый интеллектуальный кладезь для потомков: Об этом сейчас говорят только самые смелые, «романтики от науки». Однако, как ни удивительно, их мысли и идеи нет-нет да и находят отголоски в душах прагматиков! Еще в середине девяностых Карельскому научному центру РАН правительством республики было предписано подготовить предложения о целесообразности придания Карелии статуса зоны «здоровой окружающей среды», чтобы впоследствии сделать ее особым природохозяйственным районом. Идея превращения республики в некую «территорию согласия», на которой экономические и производственные интересы не имели бы доминирующей силы, а лишь дополняли общую картину устойчивого развития нашего региона, тогда по-библейски, как Дух Божий, «носилась над водой». Примерно в то же время, будучи в должности внештатного советника председателя республиканского правительства, генеральный директор Международной академии меганауки (МАМ) Виктор Журкин на совещании в министерстве внешних связей озвучил основные тезисы программы этого устойчивого развития, которая так и называлась «Карелия — территория согласия». Но несмотря на пристальное внимание российской научной (и не только!) общественности и горячую моральную поддержку со стороны международных организаций (президент Национальной организации Международного Зеленого креста в России, академик РАН. Н. Моисеев, Горбачев-фонд в лице его главы М. Горбачева), слишком оригинальная для того исторического момента программа была благополучно «похоронена», а сам термин «территория согласия» был заклеймен сомнительным:

Давос хорошо — Сортавала круче!

Время все расставило по своим местам. Теперь рожденный в Карелии мощный слоган, который мог бы стать для республики девизом благополучия, широко тиражируется на всем постсоветском пространстве. В любом Интернет-поисковике можно найти ссылки типа: «Сибирь — территория согласия», «Казахстан — территория согласия», Крым — и тот позиционирует себя именно с помощью этого емкого словосочетания. На здоровье, конечно! Чем больше согласия в мире, тем лучше для всех. Жаль только, что Карелия — родина этого начинания — имея границу с Евросоюзом в 700 километров, реализует свои амбиции преимущественно в поиске решений проблем ЖКХ. А в это время президент страны везет германского канцлера Ангелу Меркель не в Петрозаводск, а в далекий сибирский Томск.

Между тем, говоря об амбициях, республика имеет почти эксклюзивные возможности для использования на своей территории опыта мирового сообщества, создающего — для обмена информацией и ее эффективного использования — планетарную сеть научных центров. Уникальная природная аура (не зря мы начали материал с рассказа о воде!), географическое положение (Европа рядом, собственные столицы под боком) и многое другое позволяют подумать об устройстве в Карелии «международной научной дачи» или «политической гостиной» с мировым именем. Ну действительно, почему маленький швейцарский Давос знают во всем мире как центр саммитов самого высокого уровня, а карельскую Сортавалу только как бывший финский курорт?

Без шока и трепета. И почти по-ленински!

Сомнительный эксперимент, «маниловщина» — скажет скептик. Это как подойти! Заповедник в селе Шушенское, когда рассказы про Ленина перестали быть частью государственной идеи, уже совсем на ладан дышал, пока его директора не плюнули на «крупсковскую лампу с зеленым абажуром» и не обратились к древней истории Сибири. Теперь, создав этнографический музей, отбоя от зарубежных туристов не знают! А Ленин только шарма придает. Это все к вопросу о том, что если программа действий, имеющая ясные цели, органично вплетается в жизненные реалии, то достижение этих целей начинает носить естественный характер, а не походить на программу «500 дней» с ее шоковой терапией.

Изменение статуса региона, смещение приоритетов с безудержной эксплуатацией ресурсов на комплексные программы устойчивого развития постепенно изменят старую систему отношений с примитивно потребительских на действительно хозяйственные. Лесные поселки, например, смогут забыть о своих «кислородных баллонах»-леспромхозах на восходящей волне экологического туризма, инфраструктуру для которого можно организовать двумя путями: либо «300 лет поливать английский газон», либо программно вложить государственные средства и международные инвестиции в будущее республики.

В Байкале  газа не будет.

А как насчет урана в Ладоге?

Именно программно — соответствующие методологии уже разработаны и существуют. На фоне путинского призыва осваивать амбициозные научные и общественные проекты Международная академия меганауки, находясь в тесном взаимодействии с соседями (университетом Хельсинки, например), работает в этом направлении уже не первый год. Солидный опыт самофинансирования, выживания в сложных условиях, в которых организации такого типа тихо угасают, заставляет МАМ формировать свои программы с учетом постепенности их развития, исключая жесткую необходимость в масштабных вложениях и попутно изыскивая интересные способы пополнения бюджета. Опробованные на «собственной шкуре», они становятся если не универсальными, то предельно эффективными. Участие же в формировании и укреплении международных связей бесспорно придает изысканиям дополнительный вес. А это уже к вопросу о капитале политическом! Все помнят, как скакнул вверх рейтинг президентской популярности после того, как он росчерком своего пера перенес будущий российско-китайский газопровод севернее Байкала и тем самым, по сути, спас крупнейшее в мире пресное озеро от загрязнения и гибели? Если Карелия станет со временем российским Давосом или Страсбургом, если у нас в республике появится международный меганаучный центр, то вряд ли кому-то придет в голову искать уран в Приладожье или Заонежье, возле наших озер. Так что самое время сейчас подумать о том, что «запомнит» карельская чистая вода о нас с вами и передаст потомкам, которые, дай то Бог, тоже будут иметь возможность пить онежскую и ладожскую воду прямо из ведра. Многого для этого не нужно… Всего лишь взглянуть на нашу Карелию с любовью…

Денис Ваганов