Я расцениваю начавшийся российско-американский диалог в позитивном ключе и в том числе, меня обрадовали итоги работы в Москве комиссии американских экспертов под руководством Харта. Конечно, в нынешней ситуации все проинтегрирует и уравняет экономический кризис, может уравнять… Но то, что мы в такой ситуации пытаемся договариваться, это правильно.
И поскольку противостоять существующим угрозам можно только совместно, так как эти угрозы трансграничны и транснациональны по своей сути, то, что подготовили американцы, можно назвать разумным и конструктивным. Хотя прорывным я бы эти предложения не назвал, так как ничего очень быстрого и решительного между нашими странами не произойдет.
Но направления выбраны верные и серьезные, и они в этом постарались. Например, чего стоит только заявление о том, что Грузия и Украина не готовы к членству в НАТО!
Тем более что сейчас идет речь о глобализации НАТО, и Грузия и Украина здесь явно откатятся на второй план, так как перед блоком стоят другие проблемы. НАТО или North Atlantic Treaty Organization в переводе означает Организация северо-атлантического договора. Хотя Афганистан, на котором сейчас намерен сосредоточиться альянс, никак не относится к северной Атлантике. И эта организация, выйдя за рамки региональной и превратившись во что-то иное, лихорадочно ищет миссию и противника, одновременно рассматривая возможности собственной трансформации за счет развитых демократий, которые тогда будут должны войти в эту организацию, которая возможно, в какой-то степени заменит саму НАТО.. Это и Австралия, и Новая Зеландия, и Южная Корея, и Япония, рассматривается и ряд других комбинаций. Все это означает, что пока Грузия и Украина могут не беспокоиться.
Что же касается сфер влияния, против которого возражают американцы в своем докладе, то я думаю, что их вообще не должно быть в нашем мире, а вот зоны интересов – они есть, и с ними просто надо считаться.
Хорошо, что в докладе американских экспертов говорится о ПРО - что не надо спешить с развертыванием этой системы и надо все еще раз обдумать. Хотя для нас ПРО - никакая не угроза, мы в этом перекричали сами себя и напугали сами себя. И десять противоракет в Польше никакой угрозы нашим стратегическим силам сдерживания не представляют.
Это не военная угроза, а моральная травма. То, что у нас под забором кто-то строится и с нами не советуется, с нами это не обсуждает и нас не предупреждает – естественно, это вызывает нашу нервическую реакцию и мы стремимся все это дело завалить.
Также очень важно то, что в этих предложениях говорится о целесообразности объединения усилий двух стран в том, чтобы не дать Ирану превратиться в ядерную державу. Здесь у нас конечные цели совпадают на 101%, мы только в методах расходимся.
При этом Россия заинтересована в том, чтобы у Ирана не было ядерной бомбы, гораздо больше, чем американцы. Потому что до Америки они еще когда дострелят, а до России они уже сейчас достреливают, до наших южных областей. И если они на свои спутники, которые они уже начали активно запускать, поставят ядерные боеголовки, то еще неизвестно, что нас ожидает.
- А как Вы считаете, недавние утечки из якобы предложений Обамы Медведеву, свидетельствующие о том, что Иран может стать предметом торга на переговорах между Москвой и Вашингтоном, имеют под собой основания? В плане того, что ситуация вокруг Ирана на самом деле может стать предметом торга.
Ну, тут трудно сказать что-то определенное – относительно наличия какого-то плана. Иран – наш ближайший сосед и нам конечно же, не хотелось бы портить с ним отношения. Мы стараемся помочь Ирану в осуществляемых в этой стране преобразованиях и вносим свой вклад в то, что в Иране зреет и растет достаточно уверенно и достаточно быстро мощная оппозиция режиму аятолл, который нам очень не нравится. И мы стараемся создать какие-то внешние условия, благоприятные для этой оппозиции.
Но при этом мы должны понимать, что в какой-то момент ситуация может сложиться так, что или мы живем рядом с ядерным Ираном, или надо наносить удар. Так как амбиции этого государства будет сдержать трудно. И нынешние политики там стремятся превратить Иран в ядерную державу, уверенно овладевая ядерными технологиями. И если они хотят довести количество центрифуг до 50 тысяч, а это очень высокий уровень обогащения - такой для топлива не нужен, то это серьезно!
И в общем, надо конечно соблазнить Иран гарантиями поставок дешевого топлива из-за рубежа, и надо использовать все политические рычаги, какие только можно. И эскалации надо избегать до самого последнего момента, понимая, что Иран – это не Ирак, и ему есть чем ответить. И если он набезобразничает в Ормузском проливе и хотя бы на время закроет там судоходство, а у него для этого есть потенциальные возможности, то это отрежет все государства Персидского залива от остального мира, и эффект от этого будет почище, чем взорвать ядерную бомбу. Так как нефть из Ормузского залива – это и Дальний Восток, и Ближний Восток, и Европа прежде всего.
- А как Вы думаете, при обсуждении проблемы ПРО возможен возврат к вопросу создания общей системы, где будут задействованы и имеющиеся у нас возможности, и имеющаяся у НАТО и создаваемая в Европе инфраструктура?
Я думаю, что вполне возможен. Это как раз была бы самая лучшая идея – взять габалинский радар, взять наш армавирский радар, только что введенный в строй, состыковать их с чешским радаром, который будет строиться. Потом состыковать все это с противоракетами в Польше и везде посадить смешанные группы управления, чтобы руководство велось совместно и все понимали созданную инфраструктуру, стоящие перед ней задачи, и чтобы все знали, что куда направлено.
Но пока в этом нет острой необходимости. Так как у Ирана нет ракет, достигающих территории Европы. И пока этого нет, надо действовать политическими методами и договариваться, а не делать глупости, заявляя, что мы поставим «Искандеры» в Калининградскую область. И вообще, надо не говорить смешных вещей и не действовать непрофессионально.
- А как Вы прокомментируете то, что в рекомендациях американских экспертов состояние демократии в России упоминается только в одном пункте – в докладе говорится, что Вашингтон должен напомнить российским лидерам об их формальных обязанностях в области демократии и защиты прав человека, но при этом «следует уважать российский суверенитет, историю и традиции, и признать, что российское общество будет эволюционировать своими темпами». Означает ли это, на ваш взгляд, что этому вопросу Вашингтон не будет уделять приоритетное внимание – притом что к власти в США пришли демократы?
Ну, по крайней мере, ясно, что они не поставят этот вопрос на первое место. И главное – чтобы они понимали, что в нашей стране не будет так, как у них, и не рассчитывали на то, что так как работает демократия у них, она также сработает и в других странах и на любой почве. В последнее время они мне вообще напоминали Никиту Сергеевича, сеющего кукурузу за полярным кругом. Но не на всякую цивилизационную модель сразу же приживаются американские ценности. И у многих цивилизационных моделей вообще не такие ценности, как у американцев. И им надо учиться жить рядом с разными цивилизациями.
Вот зачем они вторглись в Ирак? Чтобы построить большой демократический Ближний Восток. Построили? Я бы этого не сказал. И понимание того, что их миссионерская роль ломает хребет самой стране, подрывая основы ее экономики и не прибавляя популярности ее политике – это хороший знак. Но это вовсе не значит, что нам теперь можно делать все что угодно – открывать лагеря, сажать инакомыслящих в психушки и отбирать у кого не попадя собственность.
Александр Коновалов, президент Института стратегических оценок, к.т.н.