Мы видим, как сейчас меняется конституция, увеличивается срок президентских полномочий. И сегодня очевидно, что после того, как срок пребывания на своем посту Дмитрия Медведева закончится, Владимир Путин наверняка снова станет президентом Российской Федерации. Об этом говорят все. И хотя Путин пока этого не подтверждает, все эти изменения в конституцию выстроены так, чтобы он занял это место.
- А почему, на ваш взгляд, первыми из всего пакета политических реформ, которые предложил в своем послании Федеральному собранию Дмитрий Медведев, начали реализовать именно эти предложения?
Я думаю, что сегодня всем людям, включенным в политику и анализирующим то, что там происходит, ясно, что главную роль в ней играет Путин. Медведев в этой ситуации как бы является ведомым. Все это хорошо понимают, и последнее общение Путина с народом, его ответы на вопросы показали, кто хозяин в этой стране, а кто является как бы его тенью, кто на самом деле принимает кардинальные решения, а кто просто делает то, что делает Путин. И опросы общественного мнения, показывающие превышение рейтинга Путина над рейтингом Медведева, понимание людей, кто проводит чью политику и кто насколько самостоятелен, это подтверждают.
В такой ситуации говорить о возможностях либерализации и демократизации невозможно. И я думаю, что должны произойти какие-то серьезные события вне страны или внутри ее, чтобы ситуация могла реально измениться.
А начали политическую реформу с изменения конституции потому, что это скорейший путь к реализации поставленной цели.
- А воздействие кризиса может стать таким событием? Может ли вследствие негативных явлений социально-экономического характера измениться политическая ситуация?
Это для меня тоже вопрос номер один – насколько кризис может изменить ситуацию в стране и подвинуть ее в сторону демократических перемен, а не в сторону авторитаризма, который у нас, к сожалению, усиливается все последние годы. Сделать сейчас какой-то прогноз достаточно сложно, потому что тенденции этого кризиса серьезные и он уже отразился на некоторых отраслях экономики, но как он отразится на уровне жизни людей, на их социальном положении, личной жизни и т.д., пока сказать трудно. Приведет ли это к каким-то серьезным последствиям? Вполне возможно.
Мы помним, как несколько лет назад Ленинградское шоссе перегородили возмущенные пенсионеры, протестующие против монетизации льгот, и после этого власть действительно начала принимать какие-то решения.
Будет ли так происходить сейчас, сказать трудно, потому что кризис оказался мировым и очень мощным не только для России, но и для других крупных стран. И когда наступит его пик, с чем конкретно столкнется наша страна, пока прогнозировать сложно.
В то же время у меня нет ощущения, что у руководства страны есть сильная команда, которая могла бы решить эти проблемы. Я давно слежу за Аркадием Дворковичем и считаю его одним из самых сильных экономистов в нашей стране. И вот он дает не очень высокие оценки тем мерам, которые предпринимаются по выходу из кризиса. Из чего следует, что с нашей властью пройти этот этап безболезненно по-видимому окажется невозможным. Так что в ближайшее время ситуация скорее всего ухудшится.
Владимир Лысенко, президент Института современной политики.