Оценивая первые последствия конфликта, я могу сказать, что то что политики допустили доведение ситуации до того состояния, когда Россия и Грузия выступили в роли военных противников, это конечно, колоссальная ошибка. Сейчас можно спорить, кто больше виноват – Саакашвили, Южная Осетия или российская сторона, которая столько лет грела этот конфликт, не давая ему ни разгореться, ни затухнуть, не прилагая никаких серьезных усилий, чтобы его закончить. Россия делала так, чтобы напряженность в регионе стабильно сохранялась, используя ситуацию как рычаг давления, которым в любой момент можно было воспользоваться.
Но Саакашвили, конечно, тоже полный идиот, потому что он поступил очень нервически, как человек, полностью утративший контроль на собой. Он решил, что вложенные в грузинскую армию деньги и силы, потраченные израильскими инструкторами на ее подготовку, являются для страны достаточными, чтобы действовать силовыми методами в Южной Осетии. По-моему, он все хорошо рассчитал и есть такое мнение, что он пытался провести беспроигрышную операцию. Если он ее начинает и в течение двух дней все успешно завершает, захватив Цхинвали, то пока Россия поймет в чем дело и начнет ответно действовать, то у него есть достаточно времени для того, чтобы установить полный контроль над Южной Осетией. А тогда с него взятки гладки, тогда он может думать о вступлении в НАТО, так как он показал всем, что знает, как решать территориальные проблемы.
А если он проигрывает, то его тем более могут принять в НАТО как жертву российской агрессии, чтобы создать прецедент. Вполне возможно, что он так посчитал, но этот расчет был довольно примитивным.
Но и то, как Россия на это отреагировала, мне страшно не нравится. И не потому, что мы ввели туда войска, хотя, может быть, их действительно пора было уже туда вводить. Дело в том, что когда возникают такие ситуации, возникает закономерный вопрос: почему, если конфликт длится уже более десяти лет, в тот момент, когда Грузия начинает действовать, мы только собираем Совет безопасности и начинаем думать, а что нам делать в ответ, когда мы уже 100 раз должны были разработать все варианты действий?
У нас что, нет главного разведуправления российской армии? ГРУ, что, не в курсе дела было, что там собираются грузинские войска для нанесения массированных ударов по Цхинвали?
Конечно, Саакашвили, наверное, подумал, что российский президент в этот момент плывет по Волге, сделав паузу в управлении вверенной ему страной, премьер-министр болеет в Пекине за наших олимпийцев, министр обороны в отпуске, остальные генералы тоже в отпусках, а сил у меня достаточно для блицкрига. Но оказалось, что недостаточно…
И теперь я не знаю, как вся эта ситуация в итоге закончится. Мне кажется, что у нас есть очень разные политические силы в стране, как, впрочем, и в Грузии. И сейчас у нас явно победа на улице тех, кто требует голову Саакашвили и кто бы с готовностью двинул бы танки на Тбилиси и прошелся победным парадом по проспекту Руставели. Сейчас их день…
Но что произошло в результате? Выиграла Россия или проиграла? Это большой вопрос. Но я знаю одно – что в жертву этому конфликту мы принесли добытое столетиями совершенно трепетное отношение Грузии к России. Мы эту трепетность профукали за несколько дней.
Что же касается геополитических последствий этого конфликта для России, то все зависит от того, чем все закончится. Если мы начнем с Грузией как-то договариваться, то последствия будут не слишком серьезные. Но Запад все равно расценит наши действия как вероломное вторжение в Грузию, как, впрочем, и Украина, которая снабжала Саакашвили тяжелой бронетехникой. Ведь деньги вложены фантастические в армию, которая должна защищать молодую демократию, а эта армия занялась тем, что начала пытаться подогнать себе на помощь часть своего контингента из Ирака…
Но если мы будем продолжать действовать в том же духе, если потеряем контроль над собой, то последствия могут быть очень тяжелыми. Например, затормозятся переговоры с Евросоюзом, если не прекратятся полностью. Остановится реализация других проектов с участием Запада, снова заговорят о выходе России из «большой восьмерки». И даже такой любимый проект Владимира Путина, как сочинская Олимпиада, может встать под вопрос.
У нас вообще, как только возникает ситуация с предоставлением нам права провести Олимпиаду, так что-то случается. В свое время мы вошли в Афганистан, сорвав себе Олимпиаду. Теперь мы можем оказаться в аналогичной ситуации.
И мысль о том, что нам на всех плевать, что у нас есть нефть и газ, и мы вам нужны, а мы вам нет – такая точка зрения была недавно изложена одним анонимным источником из МИДа – это тоже абсолютно безграмотная и идиотическая точка зрения. На рынке энергоносителей зависимость продавца и покупателя абсолютно симметричная, если даже есть некоторый перекос в сторону продавца. И потом, что это значит? Мы что, нефть будем есть и нефтью будем лечиться? Наш рынок продовольствия на 70-80% состоит из импортных продуктов, я уже не говорю о рынке лекарств и рынке медицинского оборудования – там еще более чудовищные пропорции. Мы сейчас кроме активированного угля, ничего в этой сфере не производим, да и насчет этого угля все до конца неизвестно, так что плевать на Запад нельзя и игнорировать его тоже. Все аукнется, и не в нашу пользу…
Александр Коновалов, президент Института стратегических оценок.