Евгений Минченко: «Самая главная интрига этих выборов – это судьба ЛДПР».

Я думаю, что главным событием предстоящей избирательной кампании борьба двух партий власти не станет, и вот почему. Изначально была концепция такая — есть две партии власти, они воюют между собой, собирают основной электорат и делят его между собой. Грубо говоря, 70–80%  голосов они завоевывают, распределяя между собой. 
Эту технологию попробовали обкатать на мартовских выборах в региональные законодательные собрания, но оказалось, что она не работает. Все равно есть ограниченная ниша для партии власти. И «Единая Россия» и «Справедливая России» начали делить между собой 50–55% голосов, а основную массу протестного электората  эсеры собрать все равно не смогли.  Таким образом, получается, что происходит перераспределение голосов внутри одного электорального поля, и за счет этого конфликта начинают набирать голоса коммунисты, набирает вес СПС, где-то проявляют себя экзотические варианты типа «Патриотов России» и т.д.
Ну и, соответственно, эта идея была отвергнута, эксперимент провели и сочли, что делать повесткой дня конфликт между «единороссами» и «справедроссами» не следует.
Соответственно, сейчас кремлевская концепция, превалирующая на данный момент времени, хотя все еще может скорректироваться, заключается в следующем: «Единая Россия» — это партия номер один, и основной акцент делается на достижение результатов именно «единороссов». И насколько я знаю, на сегодня им поставлена планка в 47%.
Дальше, желательно, чтобы «Справедливая Россия» вышла на второе место, и сейчас уже сделана попытка организовать конкуренцию между «Справедливой Россией» и КПРФ, то есть, организовать такую экспансию на электоральное поле коммунистов. В связи с этим Миронов начал разговоры о социализме, об объединении левых партий, мировом коммунистическом движении и т.д.
Я не исключаю, что было бы очень красиво, если бы Миронов пообнимался с Чавесом, потому что ниша новых левых у нас пока никак не развивается, а в принципе, эта идея — латиноамериканская, чавесовская. Она достаточно мощная и ее можно использовать.

-  Вы полагаете, что в России сегодня действительно возможно объединить левый электорат? Применяя эффективные политические технологии, разумеется…

Да, конечно. Это возможно. Хотя я сомневаюсь, что это будет реализовано именно с Мироновым, но, тем не менее, теоретически это возможно. И, соответственно, сейчас будут пытаться смещать «Справедливую Россию» в полемику не с  «единороссами», а с  коммунистами. Ну а дальше, как я понимаю позицию Кремля, СПС в новом парламенте быть не должно.  Соответственно, поскольку СПС не очень нужен, будут активно раскручивать «Гражданскую силу». В принципе, им дана возможность бороться за 7%. Но я, честно говоря, сомневаюсь в их шансах, но они пытаться будут, и может быть, на 2–3%  выйдут.
Затем, я не исключаю, что будет принята тактика дополнительного раскручивания спойлеров на левом поле, чтобы не дать возможности КПРФ выйти на второе место.

-  Вы имеете в виду «Великую Россию»?

Да, это может быть «Великая Россия». Также это могут быть «Патриоты России», им могут дать отмашку, сказав: ребята, ради бога, боритесь за 7%, перейдёте, молодцы, не перейдёте, ваши проблемы. И, соответственно, в таком случае шансы имеет бабуринская «Народная воля», в качестве спойлера коммунистов.
И дальше, самая главная интрига этих выборов — это судьба ЛДПР. Я думаю, этот вопрос напрямую зависит от того, какие рейтинги будут у «Единой России». Будут хорошие рейтинги, будет она выходить на 45–50% , тогда пропустят и ЛДПР. Если не будет выходить, значит, ЛДПР где-нибудь завалят, на отметке 6,8%, ну и, соответственно,  «Единая Россия» наберет нужное количество голосов в парламенте за счет перераспределения этой премии.

Евгений Минченко, генеральный директор Международного института политической экспертизы