English
С самого начала российско-белорусской «углеводородной войны» я занял сторону Минска и поскольку начался новый виток конфликта — угроза возведения госграницы и даже визового режима, то считаю нужным обосновать свою позицию с либеральной точки зрения.
Во-первых, никакой экономической блокадой режим Лукашенко не сбросить — сегодня он стал лидером национально-освободительного движения перед лицом «великороссийского империализма» (газ. «Звязда» за 23 января).
Во-вторых, в конфликте империи и нации либерал всегда должен быть на стороне нации. Данный тезис не исключает того, что в случае конфликта империи и племени империя может быть права. Защита естественных прав наций на свободу, суверенитет и достоинство — вот уже полтораста лет один из краеугольных камней политического либерализма.
Одним из главных доводов в развязанной против Беларуси пропагандистской войны стала претензия по поводу нежелания соседей сливаться с русским государством и русским народом. Одно это показывает всю ложность панславистской мифологии и заклинаний «о дружбе народов», за которыми стояло обычное желание заманить в политическую ловушку (авторитарные безумства Минска заботливо защищались, загоняя Батьку в западню) и… проглотить.
Нации, как социально-исторические «тела», не могут «дружить», не могут подчинять свои взаимоотношения эмоционально-сентиментальным соображениям. А уж попрекать друзей куском — совсем последнее дело! Содержание антибелорусской пропаганды (жрать захотят, сами приползут) очень хорошо показывает то место, на которое был обречен белорусский народ в новой империи.
Вся эта история очень напомнила мне взаимоотношение богатого развратника с прикормленной сироткой: я тебя кормил, поил, одевал — теперь иди в постель. Ах, ты, сучка, не хочешь, еще и дерешься!
В-третьих, либерализм никогда не отрицает право правительства использовать конкурентные преимущества для поддержки национальной экономики. РФ наслаждается монополизмом своих газо- и нефтяных сокровищниц (которые ей дали Всевышний и завоеватель Сибири Ермак Е. Ф.) А РБ — своим географическим монополизмом оптимального транспортного моста между Московией и Польшей, а также дешевизной и квалификацией рабочей силы (см. тезис№5).
Египту и Панаме тоже повезло — у них есть «монополия» на узкие места между океанами и можно было строить каналы.
В-четвертых. В Белоруссии размещены два важнейших стратегических объекта России — пункт связи с подводным флотом и пункт военно-космической (баллистической) связи и разведки. Очевидно, что если поверить начгенштаба ген. Балуевскому в том, что главная угроза для России — это расширение НАТО, то в возможном конфликте с Западом именно эти стратегические объекты (глаза и уши глобальной обороны России на западном направлении) будут иметь критически важное значение.
Таким образом, война НАТО с Россией начнется и, пожалуй, закончится ударом по этим объектам. Вывод их из строя можно гарантированно обеспечить попаданием десятков неядерных крылатых ракет — или двух ядерных. В обстановке военного кризиса, очевидно, выберут более «лаконичный» вариант.
Таким образом, Россия должна платить за то, что белорусский народ стал фактическим заложником российской политики. Именно из-за нежелания быть заложником американской политики де Голль приказал убрать в 1966 году (на одном из пиков холодной войны) с территории Франции объекты НАТО. Миллиарды, закаченные США в послевоенную Западную Германию, Италию и Грецию — это и плата их народам за участь первых жертв Третьей мировой. Те же резоны — за советским финансированием Восточной Европы. При ударах по наступающим частям ЗГВ население ГДР должно было умереть первым.
В-пятых. Требование России ввести в Беларуси рубль (валюту, сверхтвердую относительно «зайчика») означает требование уничтожить единственное конкурентное преимущество белорусской экономики (см. тезис №3). После объединения Германии и распространения западной марки в «новые земли» вкладывают десятки миллиардов евро в год, чтобы возместить эффект от прихода «слишком тяжелой» валюты (деньги — кровь экономики, но нельзя закачивать в вены ртуть). Население ГДР было 17 миллионов, Беларуси — 10. Вопрос: сколько миллиардов будет необходимо для полной «перезагрузки» белорусской экономики и ее адаптации к принципиально новым условиям?
Либерализм не исключает здоровый рыночный эгоизм, превращающий соседнюю страну в выгодную сборочную площадку. Но при введении в Пакистане японской йены или в Мексике — долларов США, эти страны сразу же теряют конкурентное преимущество, вылетают из международной системы разделения труда и их ждет банкротство.
«Рублизация» ликвидирует российско-белорусский экономический симбиоз, приведет к разорению Белоруссии, распаду основы ее экономики — крупного производства, рейдерскому поглощению белорусских предприятий российскими государственно-монополистическими гигантами. В Беларуси нет и того слоя мелкого бизнеса, который смог бы, как это произошло в России, смягчить последствия «деиндустриализации».
Таким образом, в «Союзном государстве» Батьке была уготована участь сатрапа, «железной рукой» подавляющего голодные бунты и разгоняющего марши безработных. Батька вполне разумно на это не согласился.
В заключение хочу отдельно поблагодарить за большой вклад в дело российского и мирового либерализма:
1) Путина Владимира Владимировича — за разоблачение реакционной буржуазно-помещичьей идеологии панславизма и романтических мифов «о дружбе народа» и «бескорыстной любви» России к соседним народам.
2) Лукашенко Александра Григорьевича — за срыв плана «мягкого» конституционного переворота в России (новая страна, новая конституция, новый отсчет президентства) и предотвращения появления в России нового очага социальной и межнациональной напряженности.
Евгений Ихлов, эксперт «Движения за права человека»
