Июньские дни принесли с собой давно забытое ощущение - чувство удовлетворения. Что бы ни писали и не говорили о торжествах в Санкт-Петербурге, но количество флагов, прибывших в гости к нам, впечатляет и позволяет предположить, что Россия воспринимается сегодня миром как значимый субъект геополитических раскладов сил.
Приятно отметить, что проекция президентского Послания-2003 на повестку дня расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане показала - при желании аппарат может обеспечивать «точное попадание»: и в Послании, и на европейском саммите ключевыми были два вопроса - экономический рост, причем ускоренный, и борьба с бедностью. (Может быть стремление к такому «попаданию» и объясняет задержку с оглашением президентского Послания?).
Кстати, по данным экспресс-опроса, проведенного ВЦИОМ, примерно треть наших сограждан знакома в той или иной мере с содержанием Послания президента и, что самое важное, эта треть вполне квалифицированно выделила главные темы Послания: особое внимание 44% привлекли проблемы экономического роста, для 26% наиболее значимой оказалась тема военной реформы и сокращения срока службы по призыву, для 21% - положение дел в Чечне, для 17% - международные проблемы. Оптимистами по поводу возможностей удвоения ВВП за 10 лет оказалось 39%, а пессимистами – 46% опрошенных.
Как в лучшие периоды советской эпохи и впервые за время существования независимой от самой себя России мы были озабочены не только проблемами хлеба насущного, но и статусом нашей страны в мире. Причем настолько активно озабочены, что даже разворачивались дискуссии о «друзьях и врагах» России и о том, как смотрелся наш президент в кругу глав крупнейших государств мира на майско-июньских саммитах.
Интересно мнение влиятельной немецкой газеты “Frankfurter Allgemeine Zeitung”: «Путин, еще три года назад встречавший на себе недовольные взгляды, вырос до уровня политика мирового уровня. Он больше не вбивает клинья между Америкой и Европой, а проявляет готовность помогать в преодолении разногласий. Ему нужны американцы - для борьбы против терроризма и для подтверждения своего собственного имиджа, своей иллюзии, будто Россия является мировой державой. Ему нужны европейцы - в экономических целях, поскольку львиная доля российского газа и нефти идет к ним. Ему нужны китайцы и индийцы, которым Россия продает свое оружие. Ему нужны все и он хочет, чтобы нуждались в России, чтобы она была незаменимой».
Но что же произошло с нами? Сработали ли эмоции (желание гордиться своей страной) и захотелось увидеть достойное отражение России в «мировом зеркале»? Или же после беспардонной американской операции в Ираке мы, зная об истинном состоянии российских вооруженных сил, почувствовали потенциальную опасность и пытаемся в этом «зеркале» увидеть, откуда она придет?
Сегодня большинство экспертов сходятся во мнении, что определяющими для мировой ситуации первой половины XXI века будут взаимоотношения в треугольнике США-Россия-Китай. При этом в основном экспертное сообщество склонно считать, что военное соревнование между США и Китаем окажется одним из главных процессов нового века. В то же время, оценка отношений России с другими «сторонами треугольника» иногда диаметрально противоположна.
Вариант первый: США - наш партнер (пусть и «старший») на обозримое будущее, и нет державы в мире более заинтересованной в сильной, стабильной и предсказуемой России, чем Америка. А Китай – наш потенциальный противник, от которого следует ожидать все более активной экспансии на наши дальневосточные и сибирские земли.
Вариант второй: США - наш противник, лишь прикрывающий флером улыбок и дружественных жестов стратегическое противостояние, ровно до той поры, пока это тактически выгодно. При этом последовательно проводящий в жизнь планы по ослаблению России и доведению ее до такой кондиции, когда она уже не сможет выступать как полноправный субъект мировой политики. Китай – наш стратегический партнер, в том числе и в противостоянии с США.
Вариант третий (с нашей точки зрения наиболее интересный): в треугольнике США-Россия-Китай нет и не может быть партнерства. И, прежде всего, потому, что ни Китаю, ни США полноправные партнеры как для отстаивания своих национальных интересов, так и для решения стратегических задач не нужны – эти страны «самодостаточны».
Политика Китая определяется принятой еще в 2000 г. стратегией, ориентированной на выход Китая к 2020-2030 гг. на доминирующие мировые позиции. Понятно, что основным оппонентом этим стратегическим замыслам могут быть только США.
Позиции Америки определяются Доктриной национальной безопасности, принятой в сентябре 2001 г., из которой следует, что интересы США как великой державы распространяются на все без исключения регионы мира, а наибольшую тревогу должен вызывать Китай. Реализация этой доктрины успешно идет по пути, уже давно отработанному – задолго до появления даже термина «международный терроризм». В частности, планируется переброска на территорию Польши и стран Балтии американского контингента из Германии. Новые базы появятся также в Румынии и Болгарии. Военное присутствие США на территории стран СНГ (имеется в виду Закавказье и Средняя Азия) предполагается сделать постоянным. Зоной жизненных интересов США объявлен Каспий, в связи с чем осуществляется неприкрытый нажим на Грузию и Азербайджан с целью не дать им закрепить партнерские отношения с Россией в сфере энергетики.
Интересно отметить, что идеологическим обоснованием (прикрытием?) этих гегемонистских устремлений выступает традиционный для американских «консерваторов» мотив: предназначение Америки - нести свободу всему миру. Один из наиболее интересных исследователей циклов американской истории Артур М.Шлезингер (младший) писал в 80-х годах XX века об историческом споре «относительно теории движущих сил Америки, споре, базирующемся на расхождении между прагматической концепцией Америки как страны, подчиненной законам истории, одной из многих других, предпринявшей рискованный эксперимент (имеется в виду демократия), и мистическим видением американцев как судьбоносной нации, направленной Всевышним на спасение погрязшего в грехах человечества…». (Кстати, последний пассаж ничего вам не напоминает?).
А вот цитата из заключительной части Обращения к нации президента США Дж.Буша (младшего) от 29 января 2003 г. (впереди, в «международном разделе» Обращения подробно разбирались прегрешения против свободы Ирана, Северной Кореи и Ирака): «Американцы – свободный народ. Мы знаем, что свобода является правом любого человека и будущим каждой нации. Свобода, которую мы ценим, не является подарком Америки миру, это – дар Бога человечеству. Мы, американцы, уверены в себе, но не в себе только. Мы не знаем, и не претендуем на то, чтобы знать все пути Провидения Господа, но мы способны доверять любящему нас Господу. Так пусть Господь направляет нас сейчас и пусть Господь продолжает любить Соединенные Штаты Америки». Красиво и вдохновляюще, не правда ли?
Россия – зона стратегических интересов и США, и Китая, прежде всего как источник энергетических ресурсов, но не меньшую роль играет и вопрос «свободных» (предельно мало заселенных и плохо управляемых из Центра) российских пространств. Но речь не идет о прямом противостоянии Вашингтона и Пекина в битве за этот «приз». В «треугольнике» США-Россия-Китай все стороны понимают необходимость (и пределы) как сотрудничества, так и соперничества. Поэтому Россия имеет в принципе возможность оказать влияние на эти процессы, укрепляя собственную роль и собственные позиции.
Сегодняшняя ставка России на развитие интеграционных связей с «Объединенной Европой» понятна, но вряд ли может составить противовес названным двум центрам силы – США и Китаю. И, прежде всего, из-за различий в позициях «старой» и «новой» Европы. В Иракских событиях мы были свидетелями того, что «диссидентство» Франции и Германии было в значительной мере компенсировано усердной поддержкой позиции Вашингтона новоявленными (или готовящимися к вступлению) членами ЕС из Восточной Европы. Не отстает от них и «европейская часть» СНГ, особенно наш «стратегический партнер» Украина. И дело не в посылке в Ирак батальона химзащиты, а в действиях, затрагивающих глубинные пласты российско-украинских отношений. Достаточно, наверное, одного «свеженького» примера: президент Украины Л.Кучма закрепил за русским языком в своей стране (граждане которой на четверть русские и на три четверти русскоговорящие) статус языка «национальных меньшинств», наряду с греческим, гагаузским и т.п.!
Конечно, «старая Европа» тоже готовится отстаивать свои интересы и начала перегруппировку сил перед возможным новым витком обострения противоречий с США. Яркое свидетельство тому – беспрецедентный состав участников расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане. Приглашены были лидеры еще 13 стран, представляющих все континенты (кроме Австралии): Китай, Индия, Бразилия, Мексика, Малайзия, Марокко, Саудовская Аравия; 5 стран НЕПАД (Новое партнерство для развития Африки) - Египет, Алжир, Нигерия, Сенегал, Южная Африка, а также президент Швейцарской Конфедерации.
В этой ситуации борьба за союзничество с Россией может стать одним из главных факторов, формирующих внешнюю политику «старой Европы», также как и борьба за «несоюзничество» России с главным конкурентом может определить внешнюю политику и Пекина, и Вашингтона на ближайшие годы.
Приятно отметить, что проекция президентского Послания-2003 на повестку дня расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане показала - при желании аппарат может обеспечивать «точное попадание»: и в Послании, и на европейском саммите ключевыми были два вопроса - экономический рост, причем ускоренный, и борьба с бедностью. (Может быть стремление к такому «попаданию» и объясняет задержку с оглашением президентского Послания?).
Кстати, по данным экспресс-опроса, проведенного ВЦИОМ, примерно треть наших сограждан знакома в той или иной мере с содержанием Послания президента и, что самое важное, эта треть вполне квалифицированно выделила главные темы Послания: особое внимание 44% привлекли проблемы экономического роста, для 26% наиболее значимой оказалась тема военной реформы и сокращения срока службы по призыву, для 21% - положение дел в Чечне, для 17% - международные проблемы. Оптимистами по поводу возможностей удвоения ВВП за 10 лет оказалось 39%, а пессимистами – 46% опрошенных.
Как в лучшие периоды советской эпохи и впервые за время существования независимой от самой себя России мы были озабочены не только проблемами хлеба насущного, но и статусом нашей страны в мире. Причем настолько активно озабочены, что даже разворачивались дискуссии о «друзьях и врагах» России и о том, как смотрелся наш президент в кругу глав крупнейших государств мира на майско-июньских саммитах.
Интересно мнение влиятельной немецкой газеты “Frankfurter Allgemeine Zeitung”: «Путин, еще три года назад встречавший на себе недовольные взгляды, вырос до уровня политика мирового уровня. Он больше не вбивает клинья между Америкой и Европой, а проявляет готовность помогать в преодолении разногласий. Ему нужны американцы - для борьбы против терроризма и для подтверждения своего собственного имиджа, своей иллюзии, будто Россия является мировой державой. Ему нужны европейцы - в экономических целях, поскольку львиная доля российского газа и нефти идет к ним. Ему нужны китайцы и индийцы, которым Россия продает свое оружие. Ему нужны все и он хочет, чтобы нуждались в России, чтобы она была незаменимой».
Но что же произошло с нами? Сработали ли эмоции (желание гордиться своей страной) и захотелось увидеть достойное отражение России в «мировом зеркале»? Или же после беспардонной американской операции в Ираке мы, зная об истинном состоянии российских вооруженных сил, почувствовали потенциальную опасность и пытаемся в этом «зеркале» увидеть, откуда она придет?
Сегодня большинство экспертов сходятся во мнении, что определяющими для мировой ситуации первой половины XXI века будут взаимоотношения в треугольнике США-Россия-Китай. При этом в основном экспертное сообщество склонно считать, что военное соревнование между США и Китаем окажется одним из главных процессов нового века. В то же время, оценка отношений России с другими «сторонами треугольника» иногда диаметрально противоположна.
Вариант первый: США - наш партнер (пусть и «старший») на обозримое будущее, и нет державы в мире более заинтересованной в сильной, стабильной и предсказуемой России, чем Америка. А Китай – наш потенциальный противник, от которого следует ожидать все более активной экспансии на наши дальневосточные и сибирские земли.
Вариант второй: США - наш противник, лишь прикрывающий флером улыбок и дружественных жестов стратегическое противостояние, ровно до той поры, пока это тактически выгодно. При этом последовательно проводящий в жизнь планы по ослаблению России и доведению ее до такой кондиции, когда она уже не сможет выступать как полноправный субъект мировой политики. Китай – наш стратегический партнер, в том числе и в противостоянии с США.
Вариант третий (с нашей точки зрения наиболее интересный): в треугольнике США-Россия-Китай нет и не может быть партнерства. И, прежде всего, потому, что ни Китаю, ни США полноправные партнеры как для отстаивания своих национальных интересов, так и для решения стратегических задач не нужны – эти страны «самодостаточны».
Политика Китая определяется принятой еще в 2000 г. стратегией, ориентированной на выход Китая к 2020-2030 гг. на доминирующие мировые позиции. Понятно, что основным оппонентом этим стратегическим замыслам могут быть только США.
Позиции Америки определяются Доктриной национальной безопасности, принятой в сентябре 2001 г., из которой следует, что интересы США как великой державы распространяются на все без исключения регионы мира, а наибольшую тревогу должен вызывать Китай. Реализация этой доктрины успешно идет по пути, уже давно отработанному – задолго до появления даже термина «международный терроризм». В частности, планируется переброска на территорию Польши и стран Балтии американского контингента из Германии. Новые базы появятся также в Румынии и Болгарии. Военное присутствие США на территории стран СНГ (имеется в виду Закавказье и Средняя Азия) предполагается сделать постоянным. Зоной жизненных интересов США объявлен Каспий, в связи с чем осуществляется неприкрытый нажим на Грузию и Азербайджан с целью не дать им закрепить партнерские отношения с Россией в сфере энергетики.
Интересно отметить, что идеологическим обоснованием (прикрытием?) этих гегемонистских устремлений выступает традиционный для американских «консерваторов» мотив: предназначение Америки - нести свободу всему миру. Один из наиболее интересных исследователей циклов американской истории Артур М.Шлезингер (младший) писал в 80-х годах XX века об историческом споре «относительно теории движущих сил Америки, споре, базирующемся на расхождении между прагматической концепцией Америки как страны, подчиненной законам истории, одной из многих других, предпринявшей рискованный эксперимент (имеется в виду демократия), и мистическим видением американцев как судьбоносной нации, направленной Всевышним на спасение погрязшего в грехах человечества…». (Кстати, последний пассаж ничего вам не напоминает?).
А вот цитата из заключительной части Обращения к нации президента США Дж.Буша (младшего) от 29 января 2003 г. (впереди, в «международном разделе» Обращения подробно разбирались прегрешения против свободы Ирана, Северной Кореи и Ирака): «Американцы – свободный народ. Мы знаем, что свобода является правом любого человека и будущим каждой нации. Свобода, которую мы ценим, не является подарком Америки миру, это – дар Бога человечеству. Мы, американцы, уверены в себе, но не в себе только. Мы не знаем, и не претендуем на то, чтобы знать все пути Провидения Господа, но мы способны доверять любящему нас Господу. Так пусть Господь направляет нас сейчас и пусть Господь продолжает любить Соединенные Штаты Америки». Красиво и вдохновляюще, не правда ли?
Россия – зона стратегических интересов и США, и Китая, прежде всего как источник энергетических ресурсов, но не меньшую роль играет и вопрос «свободных» (предельно мало заселенных и плохо управляемых из Центра) российских пространств. Но речь не идет о прямом противостоянии Вашингтона и Пекина в битве за этот «приз». В «треугольнике» США-Россия-Китай все стороны понимают необходимость (и пределы) как сотрудничества, так и соперничества. Поэтому Россия имеет в принципе возможность оказать влияние на эти процессы, укрепляя собственную роль и собственные позиции.
Сегодняшняя ставка России на развитие интеграционных связей с «Объединенной Европой» понятна, но вряд ли может составить противовес названным двум центрам силы – США и Китаю. И, прежде всего, из-за различий в позициях «старой» и «новой» Европы. В Иракских событиях мы были свидетелями того, что «диссидентство» Франции и Германии было в значительной мере компенсировано усердной поддержкой позиции Вашингтона новоявленными (или готовящимися к вступлению) членами ЕС из Восточной Европы. Не отстает от них и «европейская часть» СНГ, особенно наш «стратегический партнер» Украина. И дело не в посылке в Ирак батальона химзащиты, а в действиях, затрагивающих глубинные пласты российско-украинских отношений. Достаточно, наверное, одного «свеженького» примера: президент Украины Л.Кучма закрепил за русским языком в своей стране (граждане которой на четверть русские и на три четверти русскоговорящие) статус языка «национальных меньшинств», наряду с греческим, гагаузским и т.п.!
Конечно, «старая Европа» тоже готовится отстаивать свои интересы и начала перегруппировку сил перед возможным новым витком обострения противоречий с США. Яркое свидетельство тому – беспрецедентный состав участников расширенного саммита «восьмерки» в Эвиане. Приглашены были лидеры еще 13 стран, представляющих все континенты (кроме Австралии): Китай, Индия, Бразилия, Мексика, Малайзия, Марокко, Саудовская Аравия; 5 стран НЕПАД (Новое партнерство для развития Африки) - Египет, Алжир, Нигерия, Сенегал, Южная Африка, а также президент Швейцарской Конфедерации.
В этой ситуации борьба за союзничество с Россией может стать одним из главных факторов, формирующих внешнюю политику «старой Европы», также как и борьба за «несоюзничество» России с главным конкурентом может определить внешнюю политику и Пекина, и Вашингтона на ближайшие годы.