- В последнее время свою неэффективность в полной мере показала «Единая Россия». Она успешно выполняет лишь одну функцию – управление Государственной Думой, в остальном она недееспособна. Во многом из-за отсутствия у нее идеологии – об этом лидерам партии говорил еще президент В.Путин, встречаясь с ними осенью перед очередным съездом. Тогда он им посоветовал разработать идеологию, которая не была бы так жестко завязана на президента, и эта озабоченность в целом понятна – в общественном сознании сегодня мы видим явную взаимосвязанность таких вещей, как рейтинг президента и рейтинг «Единой России». Поэтому перед этой партией давно стоит задача выстраивания собственной идеологической линии, которая бы позволила эту зависимость преодолеть, и действовать не исключительно за счет административного ресурса, а стать полноценной политической партии.
Неудачи ЕР особенно проявились после активного лоббирования ею закона о монетизации. И хотя партийные лидеры пытались представить ситуацию как следствие неудачной реализации удачного закона, это сделать им не удалось. И эта ситуация открывает некоторые возможности для либеральных партий.
В этой связи можно отметить, что до сентября 2004 года президент Путин демонстрировал, на декларативном уровне, конечно, большое количество либеральных идей. И «Единая Россия», которая качается вслед за ним как маятник – тоже. Поэтому поле правых партий за счет этого было немного сокращено.
Сейчас же, особенно после событий в Беслане и известного выступления В.Путина 13 сентября, одним из следствий которого стало ужесточение режима, дальнейшие действия власти привели к тому, что и Путин, и «Единая Россия», вышли на идеологическом уровне из либерального поля. Это открывает большие возможности для правых партий.
В то же время, существует проблема того, что старые правые партии – такие, как СПС, «Яблоко», как показал опыт кампании 2003 года, они во многом себя дискредитировали.
И если рассмотреть схематично сегодняшний правый электорат, то он разделен на условные три группы. Первая группа – либералы, правозащитники, борющиеся против авторитарных черт нынешнего политического режима. В этой группе присутствуют различные слои интеллигенции. Вторая группа либерального электората – прагматики, признающие возможность сотрудничества с властью. Сюда относятся представители мелкого и среднего бизнеса. В основном, это люди, которые за 90-ые годы успели что-то заработать, и в настоящее время им нужны гарантии сохранения собственности. Они выступают за экономические реформы и готовы идти на сотрудничество с властью, несмотря на характер существующего режима, с предоставлением им необходимых гарантий.
Третья группа – социально направленный правый электорат. Эти люди не успели заработать больших денег, среди этой группы много молодежи. Но они хотели бы и зарабатывать деньги, и иметь широкие социальные права, социальную поддержку со стороны государства. Они готовы поддерживать реформы, но только если они будут иметь социальный характер. Ранее «Яблоко» работало в основном на первую электоральную группу, СПС – на вторую и третью. При этом лидеры СПС говорили о диверсификации экономики, о необходимости снижения налогового давления на бизнес, уменьшения административных барьеров, но при этом сам СПС содержался на деньги крупного капитала, для которого диверсификация экономики не слишком то нужна, потому что в этом случае происходит снижение их доли в ВВП и снижение их влияния на экономическую и политическую ситуацию в стране. И поскольку правый электорат – это думающий электорат, то разница между декларациями и реальными действиями во многом дискредитировала СПС.
Сегодня основная проблема партий, на мой взгляд - отсутствие лидеров, которые были бы незапятнанными, которые имеют определенный авторитет, но еще не успели поучаствовать в большой политике настолько, чтобы вызвать к себе отторжение.
- А чем, на Ваш взгляд, запятнан Явлинский?
ЮКОСом, прежде всего. И дело не только в том, что плохо то, что какая-то крупная компания начинает заниматься финансированием политических партий. Дело в том, что существует некоторое неприятие у электората, который поддерживает либеральные ценности, того, что партия делает и что она декларирует.
- Ну, у «Яблока» очень мощная социальная программа, а Вы оценили ее электорат как в основном правозащитный.
Ну, естественно, каждая партия старается работать со всеми электоральными группами. И если посмотреть действия Явлинского в ходе кампании 2003 года, то он очень хорошо пытался соединить интересы электората и прагматичного, и социально настроенного, привлекая к себе протекционистскую часть правого электората. Но затем произошла история, связанная с ЮКОСом.
- Если говорить о сегодняшнем дне, то Вы говорите, что все известные правые лидеры дискредитированы. То есть, дискредитированы Явлинский, Хакамада, Немцов…
- Да, и еще Чубайс.
- Откуда же тогда можно ждать новых правых лидеров? Вот на прошлой неделе появилась информация об участии в партстроительстве на правом фланге Администрации президента, с привлечением к этому процессу представителей «Единой России». Как Вы это прокомментируете?
Ну, делегировать кого-то из «Единой России» – это неразумное действие, так как одно только отнесение человека к ЕР, как я считаю, для правого электората, может являться сигналом опасности. По-моему, это должен быть человек, не делегируемый властью, даже если власть будет этот проект поддерживать.
А правый проект сегодня очень нужен, так как центр есть, на левом фланге идет очень ожесточенная борьба за место под солнцем, за возможность работы с левым электоратом, а на правом фланге все проекты, которые сегодня есть, они не доработаны. Союз правых сил сегодня немного снизил интенсивность работы с электоратом. «Яблоко» пытается, но интенсивность работы с электоратом тоже снижена. Комитет-2008 – аморфная организация, члены которой пытаются найти спонсоров своему проекту. На мой взгляд, это получиновничья структура.
Нужна же такая правая партия, которая, с одной стороны, смогла бы весь электорат объединить, а с другой стороны – лидеры должны быть такими, на мой взгляд, которые были бы, например, из «Деловой России», из организаций среднего бизнеса. Представители крупного бизнеса – более одиозные фигуры, и связь политических лидеров с крупным бизнесом может негативно отражаться на работе с социально ориентированным электоратом, с правозащитной средой. Так как у нас в стране все-таки существует неприятие к тем, у кого очень много денег.
- А какая идеология должна быть у новой правой партии?
Я считаю, что она должна охватывать все целевые группы, существующие в правом электорате, при этом быть конструктивной к власти в плане проводимых реформ. Что касается монетизации, то сама идея замены льгот денежным содержанием отвечает правой идеологии, они ее поддерживают, поэтому сейчас можно очень сильно критиковать не саму идею, а механизмы ее воплощения правительством. И это позволяет правым выступать против реализации монетизации в ее нынешнем виде, но идеологически эту реформу поддерживать. Но правые должны делать это более тонко и выходить с аргументированными позициями.
Правда, у них есть серьезная проблема – СМИ, подчиняющиеся администрации президента, в которые они выходить со своей аргументацией не могут. Это сложно. Поэтому на данный момент поддержка администрации президента нужна для любой партии, кроме КПРФ, так как у них есть свой устойчивый электорат, который все равно за эту партию будет голосовать, и они обладают своими СМИ, в том числе, на региональном уровне. Для них выход на телевидение важен, но не в такой степени. Для правых же партий работа со СМИ является одним из ключевых инструментов.
В последний год многие правые партии боролись за то, чтобы быть поддержанными властью. То есть, они одновременно и аккуратно критиковали власть, и пытались найти у ней поддержку. Поэтому в настоящее время создание правой партии, я думаю, может проистекать из сотрудничества бизнеса и власти. То есть, с одной стороны, должно иметь место достижение договоренности с властью о том, что партия будет действовать в русле конструктивной оппозиции, а это власти нужно….
- То есть, насчет создания правой партии нужно договориться с властью, что сегодня администрация и делает?
Ну, у бизнеса всегда существует проблема, что партии нужны деньги. Нужна поддержка. На пустом месте ее не сделаешь. Поэтому нужен определенный компромисс. А поскольку ситуация такова, что и бизнес находится под давлением власти, не только налоговым, но и другим, бизнес сам сейчас не пойдет на то, чтобы дать деньги на организацию партию. Нужен компромисс.
- То есть, указание власти бизнесу, какую партию поддержать?
Нет, это не эффективный шаг.
- А в чем же тогда заключается договоренность?
Договоренность должна заключаться в следующем. Например, приходят представители из «Деловой России» и говорят: мы хотим создать партию. И на этапе создания этой партии надо провести консультации с администрацией президента о границах, за которые партия не будет выходить.
- У нас так сейчас и происходит..
Ну, я лично другого варианта не вижу. Потому что, если даже будет создана новая правая партия, и у нее появится лидер, то им нужно будет время на раскрутку. Без СМИ этого сделать невозможно, а первый и второй телевизионный каналы напрямую контролируются государством, четвертый входит в «Газпром-медиа», который принадлежит «Газпрому», тот, в свою очередь, государству. Остается только телеканал Ren-TV, который в настоящий момент можно рассматривать как один из самых либеральных каналов в нашем ТВ-пространстве. Но это не федеральный, в смысле масштаба, телеканал. Так что договариваться все равно придется…
Александр Павлюк,
эксперт аналитического управления Центра политической конъюнктуры.