Оксана Дмитриева: «Монетизация льгот хуже пенсионной реформы, но перед реформами здравоохранения и образования померкнет и она!».

- Прежде всего, надо понять, что вся сложившаяся ситуация с задержкой выплат на местах – это отнюдь не злая воля региональных властей. Все это изначально заложено в законе и в самой концепции монетизации льгот. Потому что на самом деле это не монетизация, а отмена льгот, без всякой компенсации по целому ряду позиций. И, конечно, наиболее пострадавшими являются жители крупных городов.

В частности, давайте рассмотрим пример, который я все время приводила, когда выступала против принятия этого закона – ситуацию в моем городе, Санкт-Петербурге. Там еще таких массовых забастовок или выходов нет, но, возьмем только федеральных льготников, инвалидов 2-ой группы, а их полмиллиона в Санкт-Петербурге. Это рабочая группа – эти люди ходят, ездят, пользуются транспортом.

Вообще надо заметить, что основная группа льготников по численности – это как раз инвалиды 2-ой группы. Компенсация у них 1000 рублей, из них 450 забирается Зурабову на этот социальный пакет, который станет следующим номером программы, когда выяснится, что никаких лекарств люди не получают. Но пока люди этого не осознали.

Итак, остается 550 рублей. У нас проездной билет 700 рублей в Ленинграде стоит. Какая тут региональная власть? Это только федеральные льготы – 1000 рублей. В результате человеку не хватает даже на проезд. Пойдем дальше. Эти 550 рублей должны компенсировать, кроме проезда, 50%-ую оплату телефона – это 85 рублей, должны компенсировать антенну – 50 рублей, должны компенсировать вневедомственную охрану – это тоже порядка 70 рублей и т.д.

Кроме того, пока еще люди не обнаружили, что у них нет бесплатного пригородного автобусного сообщения, потому что сейчас зима, а, начиная с конца апреля, это тоже будет выявлено. Поэтому совершенно ясно, что денежная компенсация совершенно не компенсирует у федеральных льготников тот реальный объем благ, которыми они располагали. Который, в отличие от заявлений «Единой России» и правительства о том,  что это были мифические льготы, был вполне реальным и ощутимым.

Я считаю, что эта проблема будет углубляться, так как она заложена в самой концепции и в законе. Это абсолютное ограничение реальных социальных благ и льгот, которыми пользовались люди. И поэтому разрешить эту проблему можно только вернув обратно, как минимум, самое главное благо - право бесплатного проезда на городском транспорте и бесплатное пригородное автобусное сообщение. Это то, чем люди реально пользовались, реально имели и сейчас реально потеряли.

Я по Санкт-Петербургу ситуацию обрисовала реально на примере федеральных льготников, а сам Санкт-Петербург дал как регион компенсацию труженикам тыла – 500 рублей, и ветеранам труда и репрессированным – по 350 рублей. Но это тоже даже бесплатного проезда не компенсирует, потому что, я еще раз повторяю, проездной билет стоит 700 рублей.

  - Ну, а правительство, на Ваш взгляд, готово пойти на какие-то уступки?

Я думаю, что не готово и будет пытаться все свалить на региональные власти. То есть, теперь все будут кивать друг на друга. Региональные власти – на федеральный уровень. Федеральные власти – на регионы. А «Единая Россия», которая, несмотря на то, что мы, независимые депутаты и я, в том числе, много раз говорили ей и на слушаниях, и при обсуждении в первом и во втором чтениях, что за этот закон голосовать нельзя – все же этот закон подмахнула, и теперь будет пытаться соблюсти лицо. И, повторяю, все будут валить друг на друга. А напряжение при этом будет нарастать, и его максимум придется на весенне-летний период, когда большинство городского населения обнаружит, что у них нет еще и бесплатного пригородного сообщения. Но гораздо раньше обнаружится, что нет и федеральных лекарств, как обещали.

 - К чему, на Ваш взгляд, может привести этот протест – будет ли вынужден президент поставить перед правительством какие-то неотложные задачи, либо отправить кого-либо в отставку? Сможет ли вообще это народное возмущение заставить власть принять какие-то меры?

Я думаю, что народное возмущение может повлиять на власть только через политическую систему. Просто так же, хаотически, народное возмущение способно лишь ситуацию подогреть. К тому же, видите, уже идет манипуляция – сейчас, когда все средства массовой информации находятся в руках федеральной власти, народное возмущение очень легко направить совсем в другую сторону, и возможностей для манипуляции общественным мнением у власти достаточно много. Поэтому не многие граждане сейчас могут осознать реальное положение вещей в социальной сфере.

Но я думаю, что власть все же вынуждена будет при снижении рейтинга доверия к правительству думать о каких-то мерах. А пока все развивается по одной схеме: идет ошибка, провал, но для того, чтобы его исправить, дальше начинают ситуацию запутывать. Это главный принцип зурабовщины.

Что делает полководец, который проваливает сражение? Он расширяет театр военных действий. Зурабов провалил пенсионную реформу? Да. Но затем он перешел к монетизации льгот. И уже все забыли про провал пенсионной реформы, поскольку монетизация льгот – это еще худшая напасть, чем недоиндексирование пенсий. Там недоиндексировали 200 рублей, а тут вообще, по факту, отняли 1000.

Следующим номером программы, насколько я понимаю, будет реформа здравоохранения и приватизация всех учреждений образования и здравоохранения. И перед этой напастью, в свою очередь, померкнет и монетизация льгот.

Поэтому разумное правительство пытается исправить ошибки, а неразумное правительство расширяет театр военных действий против собственного народа. И это расширение военных действий мы сейчас наглядно видим – это разворачивание реформ уже на другом фронте. Причем на таком, что все скоро забудут боль предыдущего удара, потому что следующий будет еще сильнее.

 - Ну, а что, по Вашему мнению, может остановить этот процесс – падение цен на нефть?

  Во многом да, конечно, потому что высокие цены на нефть и какая-то стабилизационная подушка позволяют затыкать дыру и что-то бросать, какую-то кость, населению тогда, когда ситуация достигает своего апогея. Но, судя по всему предыдущему опыту решения социальных проблем, никакой вопиющий провал пока не заставил никого уйти в отставку. Потому что провал пенсионной реформы был совершенно очевиден. Что за этим последовало? Расширение, как я уже сказала, театра военных действий.

  - Но, в целом, тенденции нынешнего развития ситуации в социальной сфере создают все-таки, на Ваш взгляд, какую-либо подоплеку для реального изменения политической ситуации к следующему избирательному циклу?

Уже та социальная ситуация, которая создалась в стране к этому избирательному циклу, была достаточной для того, чтобы изменить политическую ситуацию, но, как я уже сказала, для того, чтобы изменить что-либо кардинально, нужен контроль над  средствами массовой информации, а он пока в руках у власти, и это позволяет полностью перевернуть картину мира в общественном сознании: из белого сделать черное, из черного – белое, из слона муху, из мухи – слона, и наоборот.

И произошедшее сейчас изменение правил избирательной игры - отказ от одномандатных округов, голосование только по партийным спискам – все это обратную связь между общественным мнением и властью, которая влияет на принимаемые властью решения, подрывает. Так что, скорее всего, проблемы будут усугубляться, а не разрешаться, потому что новая навязанная нам избирательная система, я повторяю, обратную связь подрывает, а это значит, что требования народа изменить социальную политику властью услышаны вряд ли будут.

Вот если бы сегодняшняя ситуация развивалась в прошлой избирательной системе, можно было бы надеяться на серьезный эффект и политические изменения. Сейчас же что-либо сказать об этом сложно. Уж очень управляемая ситуация создана в стране. Но мы будем бороться в любом случае, пока у нас есть хоть какой-то шанс на улучшение ситуации.  Иначе людям вообще не на кого будет рассчитывать.

Оксана Дмитриева,

член бюджетного комитета Госдумы,

независимый депутат.