В основе политических и социальных явлений, происходящих в Чечне, лежат экономические факторы. Конечно, есть международная составляющая, кому-то очень важно, чтобы в России этот очаг, эта раковая опухоль полыхала, и чтобы ее нельзя было погасить. Но это один фактор и этим должно заниматься, прежде всего, государство, для того чтобы перекрыть каналы поддержки терроризма. Сделать это сейчас чрезвычайно сложно, поскольку та линия, которой государство придерживается в международных отношениях, довольно противоречива. С одной стороны, мы все время декларируем необходимость консолидации сил в борьбе с международным терроризмом, а с другой стороны, вы знаете, что в отношении России проводится определенная политика – мы помогаем, допустим, американцам, то есть по сути, поддерживаем их в международных акциях, а это фактически государственный терроризм, но при этом сами оказываемся без нормальной поддержки, и мало того, в Европейском союзе Россию все время упрекают в жестокости, в излишнем применении силы, и т.д.
Есть и другой фактор. Надо понимать, что Чечня во все времена была регионом с избыточным количеством рабочей силы. И чеченцы, как правило, имеется в виду прежде всего, мужское население, они выезжали на сезонные работы, и в той жизни, в советскую эпоху, они во многих регионах занимались строительством, очень много строили. Я сам из Сибири и я знаю, что в нашей области очень много было построено чеченцами. И Гелаев, один из боевиков, которого ликвидировали недавно, он у нас в области работал и даже женился на сибирячке.
Так вот, существует экономическая проблема – что будут делать крепкие здоровые мужчины, которым надо прокормиться? В силу своего менталитета чеченец собирать бутылки не пойдет, он пойдет на большую дорогу, если его лишили возможности заработать деньги, содержать семью и решать свои проблемы. Но Чечня сегодня лежит в разрухе, работы там нет, и поэтому подпитка для терроризма будет внутренняя всегда. В этой связи сваливать все на происки мусульманского терроризма неправильно.
Поэтому, пока в Чечне не начнется процесс реального восстановления экономики, когда люди будут заняты делом, работой, и вместо автомата держать в руке мастерок, или сидеть за рычагами трактора или комбайна, этот процесс будет продолжаться. Я так понял, что и последняя поездка Путина в Чечню, в ходе которой он увидел разрушенные города, разрушенное хозяйства, привела его к этой мысли. И он не случайно Грефа сейчас командирует туда искать варианты выхода из данной ситуации. То есть, нужно, прежде всего, начать с ликвидации экономических корней терроризма, которые связаны с разрухой, с отсутствием работы для населения, возможностями чеченцев просто нормально жить. А остальное тогда приложится.
Что же касается прямого президентского правления, то вы знаете, современное российское руководство за последние 10 лет, с тех пор как идет эта война, по-моему все эти формы испробовало. Другой вопрос – кто этим занимался, кому это все поручалось, как контролировалось, и как работала государственная машина. Здесь, на мой взгляд, есть огромные изъяны, проблемы. Мы прекрасно знаем, что война в Чечне для определенных структур, и это ни для кого не секрет, это возможность очень крупно зарабатывать, на войне, на этой крови и т.д. Поэтому главные причины происходящего, повторюсь, лежат внутри страны, и если выстраивать иерархию проблем, то это, конечно, экономическая ситуация, которая сегодня есть в Чечне. Но я, честно говоря, пока не вижу у России возможности справиться ни с одной из существующих в этом регионе проблем. Эта чеченская беда будет продолжаться до тех пор, пока будут такие методы, такая политика, такие отношения.
Что касается кандидатур на президентский пост, что те, кого называют и те, кто сам проявляется, честно говоря, веры и доверия к ним нет. Ведь эти люди давно на слуху. А вариант прямого президентского правления можно было бы рассматривать, если бы на самом деле наместник президента в Чечне обладал тем ресурсом и теми полномочиями, которые бы позволили не провалиться президенту, так как вся нагрузка в данном случае ложится на центральную власть. А этих ресурсов, как я понимаю, по-настоящему нет. И можно увеличить еще на 2-3 тысячи количество сотрудников МВД в Чечне, но это не решение вопроса. Повторяю, главная причина – не будет подъема экономики, не будет серьезной работы и доходов у населения за счет мирного труда – не кончится эта война.
Александр Алексеевич Кравец,
депутат Госдумы, член ЦК КПРФ