Когда народ перестает быть электоратом, с ним перестают считаться. Сегодня власть со своим источником общаться не хочет, по крайней мере, в той форме, которая отражена в Конституции. Поправят ли зарвавшиеся от думской вседозволенности «единороссы» внесенный правительством законопроект о митингах и демонстрациях, не суть важно. Хотя, скорее всего, поправят, так как «потерять лицо» сейчас было бы рано и неосмотрительно. Однако главный шаг сделан – «партия власти» продемонстрировала россиянам свое пренебрежение Конституцией, а также указала путь, ожидающий не согласных с таким положением вещей, - преследование.
Хотя, казалось бы, чего опасаться, если и Дума, и СМИ, и бизнес – выстроены и выглажены, а поддержка подавляющим большинством населения политики, которую проводит президент В.Путин, не должна вызывать даже сомнения в том, что что-либо может пойти вопреки заданному сценарию.
Однако в том, что сюрпризы в большой политике бывают, подтвердили губернаторские выборы на Алтае. То, что управлять разрушенным хозяйством края пришел известный в стране юморист – вызов созданной в России политической системе, который однозначно свидетельствует о том, как алтайцы относятся к действующей власти. Хотя, наверное, такое могло случиться и в других регионах…
Можно провести параллель – власть не хочет ни видеть, ни слышать людей, а они в ответ избирают туда артистов, которые гораздо более тонко чувствуют их беды и чаяния, чем чиновники. Однако трансформируется ли ощущение конкретной безысходности на местах в осознанное желание людей откликнуться на призыв демократических партий бороться за свои права на первомайском митинге? Или холод в конкретном доме и конкретно высокая цена на хлеб в представлении людей не ассоциируются с попранием их конституционных прав?
Кстати, компартия также обещала вывести народ в мае на улицы – бороться за свои социально-экономические права. Поэтому важнейшая задача власти в первую очередь информационная - локализовать социальные проблемы на местном уровне, не дать им выйти на уровень общефедеральный и трансформироваться в политические требования. Очевидно, что исход поединка зависит от активности и профессионализма оппозиционных лидеров, а также их желания и готовности консолидироваться, о чем в последнее время все чаще говорят и левые, и правые.
Хотя, наверное, у демократов договориться друг с другом шансов больше, так как на этой площадке гораздо меньшие возможности имеют кремлевские политтехнологи, в последнее время предпочитающие упражняться на национально-патриотической площадке.
Свою лепту в формирование оппозиционных настроений внесет, безусловно, и ситуация в социальной сфере. На сегодняшний день в ощущениях экспертного сообщества не сложилось впечатления о системном ухудшении основных социально-экономических показателей. Напротив, многие из них свидетельствуют о признаках устойчивой экономической стабильности. Но… начавшийся с апреля рост цен и тарифов уже ударил людей по карману, и эта ситуация никак ни президентом, ни премьером, ни членами кабинета или спикерами ФС не комментируется. Полный информационный провал власти, занятой своим реформированием, и великолепный карт-бланш оппозиции – пользуйтесь, господа, организуйте сопротивление режиму, пока малообеспеченное население дезориентировано и никак не может выбрать, что же делать лучше – ходить голодным или ездить зайцем!
Но, к сожалению, а может, и к чьей-то радости, нашу оппозицию нельзя назвать системной, несмотря на довольно успешные шаги компартии и сохраняющуюся поддержку в обществе левых идей. Подобно народу, становящемуся электоратом раз в четыре года, оппозиция чаще всего приурочивает свои действия к событиям, имеющим безусловно важный политический контекст, но и не имеющим прямой связи с насущными потребностями людей, – обсуждению в Думе каких-либо законопроектов, празднику 1 мая, годовщине расстрела Белого дома и т.д. Однако люди живут не от случая к случаю, а постоянно, причем несколько десятков миллионов не живут, а выживают. И им демонстрации с самыми правильными лозунгами и требованиями, проведенные трижды в год, помочь никак не могут. А нужна ли обществу оппозиция, которая демонстрирует саму себя, но не является реальной силой, борющейся за права людей?
Многие представители оппозиции ответят на это – а как можно бороться, если нет парламентской трибуны, информационных ресурсов, соблюдения элементарных прав и свобод?
Наверное, можно. Особенно либеральной оппозиции, которая имеет сегодня гораздо большие финансовые возможности, чем левая, обладает влиянием в бизнес-кругах, в политической элите, имеет позиции в западном сообществе. И поэтому может помочь обездоленным людям. Только для этого надо любить не себя в процессе борьбы за свободу и справедливость, а борьбу за свободу и справедливость в себе…