Результат, полученный действующим президентом на выборах, вполне нормальный. В условиях, когда в обществе отсутствует ажиотаж по поводу главы государства, когда к нему относятся спокойно, и относятся, скорее, как к управленцу, администратору, и отсутствует такое всеобщее обожание, как фиксируют и количественные и качественные социологические исследования, то такой результат нормален. Ведь, граждане сегодня с удовольствием за Путина голосуют, но в то же время говорят - мы бы хотели посмотреть на преемника. То есть, они не собираются увековечивать президента у власти, и отношение к нему сугубо рациональное, а в условиях сугубо рационального, спокойного, прагматического выбора этот результат вполне адекватен. Потому как если бы он был выше, речь шла бы уже или о слепом обожании, или фальсификации.
Что касается Харитонова, то при анализе его шансов исходили из того, что он получит значительную часть голосов сторонников КПРФ. Очевидно, все-таки он смог увеличить этот результат, по аналогии с тем, как Зюганов, например, в 1996 и 2000 годах получал больше, чем КПРФ на предыдущих парламентских выборах. Видимо, сработала эта же практика, когда за кандидата от коммунистов голосуют не только избиратели коммунистов, но и сторонники тех, кто голосовал за политические силы второго и третьего эшелонов. Но в этой ситуации можно также гипотезу выдвинуть, что его поддержала часть избирателей-аграриев, ведь все-таки Аграрная партия получила около 3% на парламентских выборах, да и сам Харитонов - аграрий, и он как раз во многом апеллировал к сельскому электорату, поэтому не исключено, что из-за этого произошло расширение.
А вообще, его успешный результат - это следствие того, что КПРФ показала себя в очередной раз реальной политической силой. Находясь в сложном положении, отнюдь не на подъеме, испытывая кризисные явления, коммунисты все равно смогли свой основной ядерный электорат мобилизовать на поддержку своего кандидата.
Алексей Владимирович Макаркин,
заместитель директора Центра политических технологий.