Бизнес и власть: диалог завершен

Уход с поста президента Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Аркадия Вольского ознаменовал окончательное, де-факто, оформление изменившихся отношений между властью и крупным бизнесом, закрепив рекомендованное Кремлем статус-кво, где каждому предписаны те границы, за пределы которых выходить нежелательно. Очевидно, причины этого решения возникли задолго то того, как начало раскручиваться дело ЮКОСа (предостерегающие и пугающие своей недосказанностью выступления на эту тему А.Вольского имели большой общественный резонанс и вызвали острое недовольство в Кремле) и окончательно сформировались новые правила игры, в которых четко устанавливалась цена, гарантирующая невмешательство власти в дела бизнеса.

Сам Вольский, комментируя знаковое для себя событие, заверил, что никто из руководства страны не предлагал ему уйти со своего поста, и что это его личное решение. И, скорее всего, оно действительно созрело не в последние месяцы и не вдруг, так как об этой отставке эксперты говорили давно и регулярно, хотя и противников того, чтобы власть в РСПП изменилась, в предпринимательском сообществе было предостаточно.

Наиболее часто среди называемых экспертами причин отставки упоминается явное замедление, если не торможение, диалога между бизнесом и властью, вина за которое якобы и возлагалась на нелояльного Кремлю Вольского. Однако в нынешних условиях разве могло быть иначе?

Прокомментировать ситуацию МиК попросил Николая Петрова, члена научного совета Московского центра Карнеги:

- Честно говоря, мне кажется, что уход Вольского только закрепил и последовал за объективно резко снизившимся весом и ролью РСПП. И проблема здесь заключается, видимо, в том, что если какое-то время назад по своему влиянию РСПП действительно мог рассматриваться, как это было принято говорить, как «профсоюз олигархов» и как структура, выражающая корпоративные интересы большого и иногда среднего бизнеса, и устраивающая власть как площадка для общения бизнесменов с государственными чиновниками, то сейчас это уже не нужно в связи с тем, что крупный бизнес утратил свою самостоятельность в политическом плане. Поэтому особые переговорные площадки, а их сейчас несколько, не так важны и не так нужны как раньше. Я бы сказал так, что за резким ослаблением этой стороны надобность в какой-то консолидации позиции власти с позицией бизнеса отпадает, переговоры на эту тему стали уже невозможными, а следовательно, и надобность в самой площадке постепенно пропадает. То есть, вместо РСПП приходят самые разные структуры, включая и какие-то консультативные советы при правительстве и президенте, но здесь уже явно доминирует одна сторона.

- А можно ли в связи с этим ослаблением и реальными происходящими в стране событиями прогнозировать, что властью взят на курс на то, что бизнесу четко указана грань — участие во власти только на региональном уровне. Таким примером может быть губернаторство Р.Абрамовича и лоббирование на аналогичную должность В.Вексельберга. Путь же на более высокие государственные посты представителям крупного бизнеса в России заказан.

Мне кажется, что то, что мы видим последние несколько лет, это установление новых правил игры, и тот, кто их принимает, уже не нуждается в посредничестве РСПП, так как он может напрямую строить отношения с Кремлем на началах подчиненности и так называемой социальной ответственности, а тот, кто их не принимает, того просто наказывают и убирают. И им тоже такого рода организующая структура не нужна.

В общественном мнении олигархи по-прежнему всесильны

С 19 по 29 августа 2005 года Аналитическим Центром Юрия Левады (Левада-Центр) был проведен репрезентативный опрос 1880 россиян в 128 населенных пунктах 46 регионов страны. Ответы на вопросы этого исследования приводятся в процентах. Статистическая погрешность подобных опросов не превышает 3%.

39% опрошенных в 2005 году полагают, что деятельность крупных российских предпринимателей приносит пользу стране, 49% убеждены, что вред. Данные оценки во многом определяются социально-демографическими характеристиками опрошенных. Так, позитивное отношение к развитию крупного бизнеса выражают самые социально-мобильные группы — респонденты наиболее молодых возрастных групп — 18–24 и 25–39 лет, жители крупных российских городов, люди, относящие себя к верхней и средней части среднего слоя. В то же время появление в России «сверхбогатых людей» вызывает у россиян нейтральное (43%), либо негативное отношение (45%). Позитивные эмоции — гордость и удовлетворение испытывают только 9%. Однако за последние два года отношение к олигархам стало более спокойным и сдержанным и опять-таки оно во многом определяется социальным статусом опрошенных. В отличие от крупного бизнеса, малый и средний российский бизнес, с деятельностью которого люди соприкасаются в своей повседневной жизни гораздо чаще, и богатство представителей которого не так обозримо, пользуется значительно более высокой репутацией, и его полезность для России признается существенно большим числом людей. Так, средний и малый бизнес признают полезным почти две трети опрошенных (62%), тогда как вредным — 24%. Что же касается распределения ролей, то наши сограждане, судя по всему, свое отношение к той роли, которую играли олигархи в плане своего влияния на российскую власть в прошлом, не изменили.

За последний год в глазах общественного мнения заметно возросла роль президентской администрации, ФСБ, губернаторов, директорского корпуса, президента, а также олигархов. Снизилась роль Госдумы, партий, интеллигенции и профсоюзов.