Не надо бояться Юлии Тимошенко

Сегодня депутаты Верховной Рады будут голосовать за кандидатуру премьер-министра. После долгих раздумий президент Виктор Ющенко принял предложение БЮТ, «Нашей Украины» и Социалистической партии и выдвинул на этот пост Юлию Тимошенко. Пока лидер БЮТ отказывается говорить о своих первых шагах в должности премьер-министра Украины.

"Чтобы не сглазить нашей родной «помаранчевой» коалиции, я бы сейчас пока не делала никаких заявлений, пока не состоится голосование, пока не будет назначена власть", — цитирует Юлию Тимошенко УНИАН. «Как только будет назначено правительство, руководство Верховной Рады, я обязательно выступлю и расскажу», — пообещала она в понедельник, подчеркнув при этом, что у нее целая папка планов. На вопрос, имеет ли она сомнения относительно голосования депутатов — членов парламентской коалиции, Юлия Тимошенко ответила: «Никакого сомнения нет, но жизнь может преподнести сюрпризы»…

’Когда создание коалиции демократических сил висело на волоске, а лидеры ’Нашей Украины’ начали серьезные переговоры с пророссийской Партией регионов Виктора Януковича, в игру вмешался Виктор Ющенко. И именно после встречи с президентом Тимошенко и Мороз заявили, что на коалиционных переговорах нет уже никаких расхождений или взрывоопасных очагов, комментирует ситуацию польская  ’Жечпосполита’ В интервью газете киевский политолог Александр Дергачев сказал, что ’Ющенко проанализировал вопрос и понял, что союз ’Нашей Украины’ с Партией регионов слишком опасен для его политической карьеры. Поэтому он взял слово по этому вопросу. И его слово могло быть решающим’.

Газета напоминает, что яблоком раздора в коалиционных переговорах был, в частности, вопрос вступления Украины в НАТО. Бывшая премьер-министр Юлия Тимошенко и прежде всего лидер социалистов Александр Мороз очень неохотно подходили к евроатлантической интеграции. ’Изменилось ли что-либо в этом вопросе после встречи с Ющенко? — с таким вопросом ’Жечпосполита’ обратилась к представителю президента в парламенте Юрию Ключковскому. Он сказал, что ’социалисты смягчили свою позицию, а Тимошенко обещает поддерживать стремление страны к членству в НАТО. Но мы не знаем, будет ли она так вести себя после занятия поста премьера’, подчеркнул уполномоченный Ющенко.
В комментарии газеты Петр Косцинский отмечает, что из Киева пришла хорошая весть. ’У Украины, наконец-то, есть шансы на стабильное реформаторское правительство, имеющее парламентское большинство. После многих недель политических перипетий это означает возвращение к нормальному положению’, считает он…

«Тимошенко может остаться во главе правительства до следующих президентских выборов, если сумеет договориться с Москвой и Партией Регионов» — такую оценку ситуации дает Игорь Танчин в  «Prognosis.Ru».

«Оранжевые» союзники снова вместе, хотя многие наблюдатели в последнее время приходили к выводу, что формирование такой коалиции невозможно. Коалиционные переговоры НУ, БЮТ и Соцпартии начали сразу после парламентских выборов, которые состоялись еще 26 марта и продолжались в течение двух с половиной месяцев. Поскольку в ходе предвыборной кампании сторонники Ющенко и Тимошенко в борьбе за «оранжевый» электорат вылили друг на друга море грязи, процесс создания парламентского большинства сопровождался зубным скрипом: «оранжевым» братьям-врагам (НУ и БЮТ), а также примкнувшим к ним «розовым» (СПУ) было, мягко говоря, затруднительно подавать друг другу руки. Особенно неприятным для сторонников президента было категоричное требование БЮТ отдать кресло премьер-министра Юлии Тимошенко. Ведь не далее как в сентябре прошлого года «Наша Украина» не побрезговала созданием союза со своим главным Партией регионов — именно для того, чтобы вытолкнуть Тимошенко из этого кресла, напоминает Игорь Танчин.

Однако не случайно столь избита поговорка о том, что политика укладывает в одну постель странных партнеров. Несмотря на взаимную нелюбовь, у Ющенко и Тимошенко особенного выбора и не было. Учитывая расклад сил в парламенте, создание большинства было возможно либо в союзе с Партией регионов, либо в формате БЮТ — НУ — СПУ. Поскольку электорат «оранжевых» однозначно отвернется от того, кто пойдет на коалицию с «партией Януковича», ющенковцы, скрепя сердце, вынуждены были пойти на переговоры с БЮТ и СПУ. Для части «нашеукраинцев» коалиция с Партией регионов была вполне желанна, однако большинство членов блока, и особенно представители национал-демократических партий, таких как Рух, Конгресс Украинских националистов, Христианско-демократический союз, проанализировав ситуацию поняли, что союз «Нашей Украины» с Партией регионов слишком опасен для их политического будущего: электорат просто похоронил бы эти партии. Потому переговоры ющенковцев о возможной коалиции с Партией регионов были не более чем тактической уловкой…

В то же время, Тимошенко не скрывает, что весьма расстроена тем, что на пост спикера Верховной Рады выдвинут бывший секретарь Совета безопасности Украины Петр Порошенко. Собственно, из-за противоречий с ним Тимошенко ушла с поста главы кабинета в прошлом году, напоминает «Prognosis.Ru». Порошенко известен как один из самых опытных украинских политиков, и он же один из самых нелюбимых в народе. Между тем, в новой системе власти уже сейчас четко вырисовывается линия будущего главного противостояния: она будет проходить не между президентом и премьер-министром, а между премьером и председателем Верховной Рады. Многие эксперты предрекают, что при условии примирения с Россией и Партией регионов Юлия Тимошенко имеет шанс сохранить за собой кресло премьера вплоть до президентских выборов 2009 года. При этом президенту Ющенко невыгодно отправлять ее в отставку — опытным путем доказано, что в оппозиции неистовая Юлия Владимировна намного опаснее, чем во власти…

Накануне окончательно оформления коалиционного соглашения между БЮТ, «Нашей Украиной» и СПУ в виде раздачи министерских портфелей «Олигарх» решил поинтересоваться у политологов будущей судьбой новосозданного объединения… Коалиция состоялась, но уже после вылитых друг на друга сегодняшними партнерами помоев, обвинений и сплетен. Долго ли она просуществует, какова будет ее эффективность, и вообще что депутаты подписали? Эти вопросы были заданы Андрею Ермолаеву, директору центра социальных исследований «София», Олесю Донию, председателю украинского Центра исследований политических ценностей,  Владимиру Фесенко, главе правления Центра прикладных политических исследований «Пента»  и Михаилу Погребинскому, директору Центра политических исследований и конфликтологии.        

Андрей Ермолаев: Что касается коалиционного соглашения — я в данном случае имею возможность работать только с документами, которые появлялись в Интернете. Других документов у меня нет. Исходя из того, что я прочел — программа, программные «засады» — мне лично понравились — содержательностью, достаточно высоким уровнем детализации, и компетентностью уровня подготовки . Думаю, что этот программный продукт был бы достоин любой коалиции, в любом составе, если она  намерена заниматься долгосрочной реформаторской работой. Но это тема отдельного разговора — пока могу сказать, что даю общую позитивную оценку. А вот что касается правил игры — там есть ряд вопросов. Ну, прежде всего вопрос, который меня смутил — нежелание участников этой коалиции допускать расширения. Во-первых, кто сказал, что этот парламент сможет стабильно работать в этой архитектуре. Я не исключаю, что в ближайшее время начнутся внутренние центробежные движения, связанные и с интересами лоббистских групп, и cо сложностями политического  процесса. И участники коалиции могут оказаться просто заложниками  этого коалиционного договора и его пунктов. Во-вторых, достаточно сомнительны все эти дисциплинарные нормы. Такое впечатление, что это не политический союз, а стая товарищей, которые друг другу не доверяют. Поэтому мне кажется, что излишняя регламентация просто свидетельствует о высоком уровне неуверенности  участников коалиции друг в друге, недоверии. И в желании максимально «унормировать» договором взаимные политические обязательства. Вот это состояние отношений я и подвергаю сомнению. Можно выписать что угодно, но если люди не доверяют друг другу, стараются заручиться страховкой со всех сторон — это говорит о том, что союз сомнителен, и он будет постоянно  в состоянии внутренней конкуренции и интриг. В плане долговременности я не считаю, что сейчас корректно давать длительный прогноз, а уж тем более оценку эффективности коалиции. Нужно, по крайней мере, увидеть качественный состав, распределение ролей и реальные лидерские позиции. Необходимо увидеть, кто же будет там креативным источником, кто будет формулировать задачи, миссии, проблемы, как этот большой коллектив будет работать — чтобы потом дать эту оценку.

Но скажу следующее —  есть ряд нерешенных проблем общеполитических. В коалиции будет, по всей видимости, постоянная интрига, борьба за реальное политическое лидерство. Конкуренция не постов, а лидеров. Этот вопрос не был решен перед выборами, этот вопрос не решен в эти три месяца — и в ближайшее время, судя по всему, будет постоянное перетягивание каната. Где центр влияния находится — в руководстве парламента, в руководстве парламентской коалиции, или в руководстве правительства?

Второй момент — выбор технологии управления. Не секрет, что правительство Тимошенко в прошлом году, скажем так — «страдало» администрированием. И было склонно к авторитарному стилю управления. Возможно, это присуще Тимошенко как в прошлом руководителю крупной бизнес корпорации, которые в большинстве своем в принципе авторитарны. Я надеюсь, что этот Кабмин,  организация правительственных комитетов будут более демократичными. И более ответственная позиция второго, третьего звена в правительстве и, скажем, менее авторитарное поведение премьера могут создать более рабочую атмосферу, но этот риск остается. Он, прежде всего, будет влиять на деловой климат в стране, он будет влиять на ситуацию в бизнес кругах, которые негативно относятся к административному управлению, и поэтому будет продуцировать конфликты в парламенте.

Я думаю, что мы сможем дать более-менее адекватную оценку коалиции в сентябре октябре — по той простой причине, что к этому времени состав будет сложен, к этому времени более очевидной станет не программа правительства, а программа коалиции и законодательный пакет большинства. И мы будем знать какой характер, подходы и какие антикризисные меры будут предложены этим правительством, учитывая сложность осени- зимы 2006 года.

Олесь Доний:  Наихудшим было бы продолжение ситуации безвластия, которая была у нас в последнее время вот с этим правительством «исполняющих обязанности». Вот именно с таким временным правительством будут расцветать теневые и полукриминальные схемы. Поэтому точку необходимо было поставить. Любой вариант был бы лучшим, чем ничего, чем такое неопределенное состояние. Относительно помаранчевой коалиции, понятно, что такой формат идет в русле все-таки настроений электората президента, что для него очень важно. То есть, другой формат означал бы кризис доверия президенту.

Помаранчевая коалиция на этот момент, по крайней мере, удерживает разрастание критических настроений среди помаранчевого электората. В то же время, следует понимать, что небольшой запас голосов — это будет 243 голоса от необходимых 226 для принятия решений — уже задает одну из проблем дальнейшего существования коалиции. Если для голосования за правительство достаточно одноразовой явки, одноразового голосования, то в дальнейшем эта коалиция может столкнуться с проблемой набора необходимого количества голосов в «проведении» правительственных законопроектов. То есть, технические трудности могут быть связаны с командировками, болезнями, поездками в регионы — то есть будут проблемы технического плана в постоянном наборе 226 голосов.

В такой ситуации необходимо будет возвращаться или к антиконституционной практике голосования чужими карточками, или к удушению оппозиции, что всколыхнет общественное мнение. Или искать добавочных союзников уже в самом парламенте из числа оппозиционных фракций. В этом случае вырастет роль переговорщиков. А основным переговорщиком у нас является глава Верховной Рады, который, кстати, может добавить в копилку для позитивного голосования голоса депутатов. Ясно, что исходя из этого, у некоторых появляются идеи организации его противостояния премьер-министру Тимошенко, что, в свою очередь, будет означать конфликтность наверху власти. Эта конфликтность будет усиливаться неоднородностью самого правительства, потому что из-за отсутствия права вето на конкретные кандидатуры,  в правительство могут войти люди, которые настроены персонально антагонистически друг к другу. А соответственно, могут возникать проблемы и взаимодействия различных министерств и ведомств, то есть, работы Кабмина как единой структуры.

Таким образом,  создание помаранчевой коалиции — это не окончание политического кризиса, это только запятая, и точка еще не поставлена.

Владимир Фесенко:   Относительно оценки коалиционного соглашения — то документ очень большой. Там много чего есть, поэтому его необходимо серьезно оценивать по различным параметрам. На сегодня можно однозначно сказать, что это документ компромиссный. Это некая политическая платформа, которая, прежде всего, служит интересам фиксации политических позиций участников коалиции, чтобы они не выглядели двусмысленно в глазах своих избирателей, чтобы  не было упреков, что они отошли от своих позиций. А с другой стороны — это инструмент взаимного контроля. И вот что касается второго — то тут есть проблемы.

С одной стороны это неизбежно, участники коалиции страхуются, они не верят друг другу — поэтому изначально закладываются структуры взаимного контроля. Но это же может повлиять на снижение эффективности в процессе выработки решений участниками коалиции и проведения в жизнь конкретных решений. Вот это очень серьезная  проблема. И по сути дела сейчас вырисовывается как минимум три центра влияния в коалиции. Один центр, естественно, это правительство, если Порошенко станет спикером, то я думаю, что он будет пытаться сделать президиум Верховной Рады другим центром влияния в рамках коалиции.

Ну и естественно, будет совет коалиции. Который будет претендовать на роль ЦК партии, который будет влиять на государственные органы. Думаю, что это будет несколько снижать эффективность процесса выработки решений внутри коалиции. Но, учитывая решительность и энергию Тимошенко и то, что БЮТ все-таки имеет преимущество по голосам — думаю что Тимошенко попытается стать первой главной скрипкой в рамках коалиции. Ну, а как эффективно она будет работать — посмотрим. Рисков и проблем там хватает — в том числе, и заложенных в соглашении коалиции. Но только практика покажет, насколько эти проблемы им удастся преодолеть.

Михаил Погребинский:  Думаю, что сами условия, в которых создавалась эта коалиция, и тот факт, что возможность поменять партнеров у «Нашей Украины» фактически исчезла после того, что произошло — это будет мотивировать этих партнеров по оранжево-малиновой коалиции находить компромисс по все важным вопросам. Поэтому я не разделяю такую точку зрения, что они на два-три месяца пришли к власти. Думаю, что я бы вполне дал им год на работу.

Другое дело, что выступление Тимошенко от 21 июня выглядит — я бы сказал, не вполне адекватно — она фактически объявила войну оппозиции. А в этой ситуации будет довольно сложно решить те проблемы, которые стоят перед страной. Поэтому ситуация сейчас довольно сложная. А вот насколько с нею сможет справиться новая исполнительная власть, трудно сказать, но я предвижу череду кризисных ситуаций.

Российский политолог Александр Коновалов, президент Института стратегических оценок, еще до парламентских выборов в Украине говорил, что именно Юлия Тимошенко имеет все шансы стать будущим премьер-министром страны, причем это будет лучший для всех вариант. Теперь, когда этот прогноз сбылся, МиК попросил Александра Коновалова проанализировать причины такого решения Виктора Ющенко, в которое еще в начале прошлой неделе не верил уже почти никто:

- Я не знаю главного аргумента, который был у Ющенко. Но я знаю, что Юлия Владимировна — самый сильный «мужик» в украинской политике, если говорить по-настоящему, при всей ее симпатичности и женственности. Она — исключительно целеустремленный человек. Хотя есть и еще некоторые факторы…

Однако сразу хочу сказать, что эта коалиция очень неустойчивая. И я ей долгой жизни не предрекаю просто потому, что любой её элемент очень подвержен влиянию различных факторов — и внешних, и внутренних. Ну что-то не понравилось Морозу, и все — коалиция рассыпалась…

И мне кажется, что сегодня Украина вступает в тот период, который будет напоминать период Италии после войны, когда там за несколько лет сменилось несколько десятков кабинетов. То есть, в принципе, в нынешней украинской системе как бы заложена колебательность и неустойчивость.

Ведь прошло несколько десятилетий, пока в Италии образовалось что-то более или менее похожее на правительство, которое способно действовать в течение длительного периода времени. И Украине тоже через это надо пройти и это не страшно.

А вот что сказала Юлия Тимошенко и чем воздействовала? Я думаю, что еще такой фактор сыграл свою роль — и Янукович, и Ющенко при всем при том не могут не понимать, что просто сложение Партии регионов и «Нашей Украины»  - это не арифметическая сумма слагаемых, которые в нее входят. Для очень многих их сближение, а тем более, слияние, означало бы взаимоуничтожение. То есть, они бы в результате потеряли значительную часть электората и «Нашей Украины», и Партии регионов. Уж больно разные эти партии сами по себе. И им трудно объединяться, потому что для этого надо быть на таком уровне политической культуры и на таком уровне развития демократии, как, например, в Германии, когда Ангела Меркель, после того, как они с социал-демократами долго спорили, потом все же создали правительство большой коалиции.

Вообще, теоретически говоря, союз Партии регионов и «Нашей Украины» был бы самой устойчивой конструкцией для сегодняшней Украины, по крайней мере, внешне этот союз был бы самым объединяющим. Там были бы представлены и интересы Востока, и интересы западной части Украины.

Но есть и еще один фактор, который тоже нельзя не учитывать.

Юлия Владимировна — очень популярный политик, и это доказывают те же результаты парламентских выборов. На Западе безоговорочно победил Ющенко, на Востоке — Янукович, но и на Западе, и на Востоке, и в центре второй везде была Юлия Владимировна.

И по украинским опросам, когда у людей спрашивали, кого вы видите вероятным или более подходящим кандидатом на пост премьер-министра, Юлия Владимировна везде побеждала.

- А как Вы думаете, Россия будет способствовать стабилизации на Украине? Судя по той реакции, которая последовала со стороны «Газпрома» вслед за предупреждением Юлии Тимошенко о намерении пересмотреть газовые соглашения с Россией, на это вряд ли можно рассчитывать.

Ну о том, что будет делать Россия, это вам никто не скажет. Россия может сделать такие глупости, которые никому на ум прийти не могут. Это очень сложно предполагать.

Но ведь был период, когда Тимошенко приезжала в Москву и закрыла дело в Генеральной прокуратуре, и тогда казалось, что Москва в общем и целом стала более реалистично смотреть на мир и начала понимать, что это — будущий премьер-министр, скорее всего, и с ним надо иметь дело, и нравится это или не нравится, а договариваться нужно.

Потом наступил период политики скорее иррациональной, чем рациональной со стороны России. Поэтому, будет ли Россия в ближайшее время стабилизировать ситуацию в Украине или дестабилизировать её, сказать трудно. Но то, что Москва будет делать точно, и это, наверное, надо делать — это брать реальные цены за газ. Хотя, наверное, прежними методами она больше действовать не будет.

Но я хочу подчеркнуть, что иметь дело с Юлией Владимировной вполне можно, если не делать очередных глупостей, потому что она вполне договороспособный человек. Ее не надо бояться, тем более она уже была премьер-министром, и небо на землю не упало, и будет еще, и оно опять, наверное, не упадет.

Но, я повторяю, предсказывать политику Москвы трудно. Если эту политику будет делать господин Павловский, то ситуация будет дестабилизироваться. Или господин Затулин… Все зависит от того, кто будет около уха и кто будет объяснять, что надо сделать.

Но, в принципе, с Юлией Владимировной договариваться можно, но для этого надо быть очень сильным, очень волевым и очень неглупым человеком. Ее надо переигрывать.

- А удастся ли?

У меня тоже есть такие сомнения. Но если пытаться ее переломить через коленку, то через некоторое время мы обнаружим, что переломаны мы сами. Ведь, понимаете, какая интересная штука получилась с прошлым газовым кризисом. Мы всего на один день понизили давление в трубе, всего на один день перед Новым годом! И, к тому же, мы были абсолютно правы с юридической точки зрения. Мы просто перестали создавать режим наибольшего благоприятствования для украинского воровства этого самого газа. И что получилось? Что, Украину мир сильно осудил? Я бы так не сказал. Все заговорили о том, что Россия перестает быть надежным поставщиком. А это  - одна из самых страшных потерь, которая у нас может быть. Потому что ничего так дорого не стоит для поставщика стратегически важного продукта, как бренд, как репутация. Если Газпром утрачивает бренд надежного поставщика, то это будет стоить дороже, чем украденный Украиной газ.

Это совсем не значит, что его надо давать бесплатно, но просто надо соизмерять потери и приобретения.