Спасет ли Запад Грузию?

Ситуация вокруг новых грузинских оппозиционеров становится все более запутанной. Главный герой последнего политического скандала Ираклий Окруашвили находится в Тбилиси, однако от встреч с журналистами и своими теперь уже, судя по всему, бывшими соратниками по оппозиционному лагерю отказывается. Когда лидер оппозиционной Партии народа Коба Давиташвили попытался заявиться в гости к Окруашвили, к опальному политику его не пустили. «Я хотел увидеть Ираклия и поговорить с ним, но мне это не удалось. Он чувствует себя неважно и никого не принимает. Как вы думаете, как может чувствовать себя человек, который был в тюрьме!» — заявил Давиташвили. Встретиться с Окруашвили хотели также депутаты Тортладзе и Цагареишвили — и тоже безуспешно. Адвокат Эка Беселия заявила, что ее клиент пока плохо себя чувствует и отказывается от любых встреч. Наблюдатели, однако, уверены: после громогласного, «на камеру», отказа от собственных обвинений Окруашвили своим сторонникам просто нечего сказать. А спешно запущенная в СМИ версия, что, дескать, экс-министр находился под влиянием психотропных препаратов, слишком похожа на неловкую и неубедительную попытку оправдаться после оглушительного провала. Попытки же российских СМИ сослаться на «экспертизу», проведенную по коротенькому видеоролику, да еще с переводом, кандидатом медицинских наук Русланом Кардашяном, убедительности ей не прибавили — давать подобные заключения без непосредственного контакта с больным ни один врач не станет.
Пока что грузинская оппозиция пытается действовать по заранее намеченному плану. Как рассказал бывший госминистр Грузии по урегулированию конфликтов Георгий Хаиндрава, оппозиционные силы объединились в коалицию «Всенародное движение» с тем, чтобы единым фронтом выступить против произвола властей. Дать первый бой режиму Саакашвили объединенная оппозиция планирует 2 ноября.
Однако даже невооруженным глазом заметно, что после саморазоблачения Окруашвили расстановка сил в продолжающемся скандале меняется, и власть переходит в наступление на информационном фронте. Так, президент Грузии Михаил Саакашвили в ходе официального визита в Данию дал понять, что деньги, внесенные в качестве залога, принадлежат именно Окруашвили и таким образом вернулись в казну государства, откуда и были украдены. «Что касается вопроса в отношении бывшего министра обороны, это важный экзамен для верховенства закона и справедливости. Расследование не мое дело, но как наблюдатель могу сказать, что незаконно присвоенные деньги возвращаются с использованием цивилизованных методов. Мы являемся страной, где желтая пресса часто публикует заявления. Вы можете услышать обвинения любого типа и если прочтете грузинскую желтую прессу, там найдете вещи еще хуже. Но если дело доходит до суда, должны иметься доказательства для подтверждения высказанных обвинений», — заявил президент Грузии 10 октября, на совместном с премьер-министром Дании Анде Фог Расмусеном брифинге в Копенгагене.
Однако куда более важным представляется другое заявление Саакашвили, прозвучавшее на встрече с представителями датской политической элиты. «По моему мнению, Россия не может смириться с независимостью Грузии. Она хочет вернуть советский строй, хотя это невозможно. Грузия уже не является страной, какой была четыре-пять лет назад, когда у нас не было ни армии, ни полиции и царила страшная коррупция. Сегодня Грузия может защитить как свой суверенитет, так и территориальную целостность», — заявил Саакашвили.
Комментируя в эфире телекомпании «Рустави-2» события последних дней в стране, министр экономразвития Георгий Арвеладзе обвинил Москву в организации антигосударственного заговора на территории Грузии, который готовил бизнесмен Бадри Патаркацишвили. «После того как у России не получилось экономическое эмбарго, провалилось пустое финансирование партии Игоря Георгадзе, в Москве решили избрать новую тактику и осуществить заговор оппозиции с помощью Патаркацишвили», — сказал Арвеладзе. «Естественно, такой заговор был, и об этом свидетельствуют заявления самих его участников. Но главная суть заключается в следующем — время, когда страной мог управлять олигарх, в Грузии уже давно прошло. И мы слишком любим свою страну, чтобы позволить заправлять ею миллиардеру с наполовину криминальными, наполовину политическими амбициями, — сказал Арвеладзе. — К сожалению, наша оппозиция этого не осознает. Мы не та страна, где какие-то олигархи, конспираторы, политики-авантюристы какими-либо авантюрами могли изменить политическую динамику нашей страны, где все может смешаться по написанному в Москве сценарию. И наш народ это хорошо знает».
А телеканал «Рустави-2», который теперь российская пресса окрестила «пропрезидентским», обвинил Патаркацишвили еще и в причастности к убийству Александра Литвиненко в Лондоне.
Сам Бадри Патаркацишвили в минувший четверг вновь покинул Грузию на неопределенное время. Перед отлетом в Лондон бизнесмен сказал, что пока не решил, будет ли он спонсором грузинской оппозиции: «Не думаю, не знаю». Не дал он ответа и на вопрос о своем участии в митинге против режима Саакашвили, назначенном на 2-е ноября, отметив, что этого еще много времени.
События в Грузии привлекли внимание американских экспертов. Президент  США, как известно, не раз называл Грузию оплотом демократии на постсоветском пространстве, поэтому то, что сегодня происходит в Тбилиси, приходится чем-то объяснять. Однако пока Вашингтон на стороне Саакашвили. Наблюдатели напоминают, что с момента избрания в январе 2004 года на пост главы государства Михаил Саакашвили делает главный упор во внутренней политике на борьбе с коррупцией. Выступая на последней сессии Генеральной Ассамблеи ООН, грузинский президент заявил, что его страна достигла значительного прогресса: «По данным Европейского банка реконструкции и развития уровень коррупции в Грузии — самый низкий среди стран мира с переходной экономикой и один из самых низких в Европе. Наша страна заняла достойное место среди экономически развитых государств мира и по рейтингу Всемирного банка и Международной финансовой корпорации находится на 18 месте в мире по уровню благоприятности бизнес-климата и транспарентности. Лишь несколько лет назад  Грузия занимала 104 место».
Многие американские эксперты соглашаются с такой оценкой. Вот мнение Рональда Суни из Чикагского университета: « Саакашвили решительно взялся за ликвидацию коррупции в полиции. Он добился  подчинения олигархов закону: чтобы продолжать заниматься бизнесом, олигархи теперь обязаны отчислять определенную долю доходов государству».
Эксперты подчеркивают, что в сфере внешней политики основное внимание Михаил Саакашвили уделяет сближению с Европой и выходу из-под влияния России. Главная цель для него на сегодняшний день — вступление Грузии в Североатлантический альянс. Условия вступления в НАТО находятся в процессе разработки.
Однако Роберт Легволд из Колумбийского университета утверждает, что стремление Тбилиси к сближению с Западом началось задолго до прихода к власти нынешнего президента: «В последние два-три года своего правления Эдуард Шеварднадзе считал своим долгом приблизить Грузию к НАТО и, по возможности, к Евросоюзу. Саакашвили пришел с репутацией и показной позицией абсолютного западника, демонстрируя отсутствие интереса к сохранению близких  отношений со странами бывшего СССР». Именно здесь, полагают многие аналитики, пролегла линия разлома между президентами Грузии и России.
Ольга Оликер из корпорации РЭНД указывает: «Явно прозападные настроения Саакашвили Москва воспринимает — в некоторых случаях абсолютно правильно — как антироссийские. Но ведь можно быть в хороших отношениях с США и одновременно с Россией — таких примеров достаточно». В свою очередь, Роберт Легволд называет отношения между Путиным и Саакашвили уникальными: «Они уникально враждебные. Думаю, российско-грузинские отношения  — единственный пример столь отчетливой вражды между Россией и другим государством бывшего Советского Союза».
Еще один источник напряженности отношений между Москвой и Тбилиси — проблема Абхазии и Южной Осетии. По словам Рональда Суни, разрешить этот вопрос будет крайне сложно: «Абхазия и Южная Осетия отделились от Грузии если не юридически, то фактически. Россия же, поддерживая сепаратистские регионы, мешает Грузии осуществить их реинтеграцию. Справедливости ради надо сказать, что абхазцам и многим осетинам по душе поддержка России, и они не хотят возвращаться под власть Грузии. Так что Саакашвили оказался перед дилеммой — каким образом достичь соглашения и вернуть эти регионы Грузии?» 
Как известно, отношения между Москвой и Тбилиси особенно обострились в последние месяцы. В августе Грузия обвинила Россию в нарушении ее воздушного пространства и ракетном обстреле. Россия отрицает эти обвинения. А в сентябре два российских офицера были убиты сотрудниками грузинских сил безопасности.
При этом эксперты уверены, что США были и остаются надежным союзником Грузии. Однако Рональд Суни считает, что Вашингтон оказывает слишком сильное давление на Грузию в вопросах отношений с Россией: "Вспомните — несколько месяцев назад в Грузии были арестованы российские офицеры. Грузия надеялась на поддержку США.  Но президент Путин позвонил президенту Бушу. Ясно, что хорошие отношения с Россией и Путиным крайне важны для США. В результате Саакашвили пришлось заявить: «В качестве жеста доброй воли по отношению к нашим друзьям в Вашингтоне мы отпускаем задержанных».
По мнению американских экспертов, ключевой вопрос сейчас формулируется следующим образом: может ли Грузия рассчитывать на поддержку Америки, если Тбилиси будет продолжать проводить политику, которую Россия считает провокационной?
Скорее всего, ссориться друг другом из-за Грузии два государства не будут, особенно если Тбилиси во всех своих внутренних проблемах будет обвинять Москву. Да и есть ли на самом деле у России инструменты влияния на Грузию? Этот вопрос МиК задал Михаилу Александрову, заведующему отделением Закавказья Института стран СНГ:

- У нас есть влияние, но через другие инструменты. Явно не через Окруашвили. Потому что смешно утверждать, что наш враг номер один в Грузии вдруг стал лучшим союзником. Это странно, как это могло произойти? Человек, который выступал за военное решение югоосетинской проблемы, ответственный за войну 2004 года, который лично добивал осетинского военнопленного — и вдруг стал «рукой Москвы»?
Понятно, что Саакашвили пытается отмазаться от очень серьезных обвинений, которые были сделаны. Все-таки политическое убийство соратника — это очень серьезное дело, тем более премьер-министра. Ну, а как еще можно отмазаться? Единственный аргумент — что тут замешана Москва, больше ничего сказать невозможно.

- А в чем причины этого кризиса? Такой исход был закономерен для политического режима Грузии? Сможет ли грузинская оппозиция реально объединиться?

Я думаю, что этот шаг Окруашвили, конечно, привел к консолидации оппозиции на антисаакашвилевской основе, как в свое время оппозиция консолидировалась против Шеварднадзе.  Неожиданным катализатором послужило именно выступление Окруашвили. Это добавило аргументы тем оппозиционным силам, которые уже давно ставили под сомнение демократичность и правомерность режима Саакашвили. И теперь мы видим, что после заявления Окруашвили действительно те, кто обвинял Саакашвили в незаконных, тоталитарных методах управления,  оказались правы.
Ведь он, когда пришел к власти, сказал, что будет действовать методами Сталина и  Берии. Тогда в это никто не поверил, думали, это такая фигура речи, такое залихватское выражение, чтобы показать всем, какой он великий…
Но теперь очевидно, что он действительно взял на вооружение методы Сталина и Берии, то есть, политические убийства, запугивание оппонентов, пытки в тюрьмах, контроль за средствами массовой информации, использование провокаций для проведения каких-то решений.
И как мы видим, сама политическая культура Грузии показывает, что именно оттуда пришел сталинизм. То, что мы перенесли в 30–40 годах, было проявлением грузинской политической культуры, которая генетически передавалась дальше. Шеварднадзе сам против себя организовывал заговоры с тем, чтобы арестовать своих политических оппонентов.
А вспомните убийство Кирова — там было все сложно, то ли его убили троцкисты, то ли секретная полиция, Ягода там устроил провокацию, но это неважно — так как тот факт, что этот акт был устроен для расправы с оппонентами,  очевиден. То же самое делал Шеварднадзе — понятно, что он против себя организовывал  заговоры, потому что если бы его хотели убить, то убили бы без всяких проблем. А он остался жив, чуть-чуть поцарапался, смешно. Но тогда он арестовал всех силовых министров, всех руководителей военизированных подразделений.
Сейчас мы видим, что такими же методами действует Саакашвили. Как я уже сказал, это политические убийства, провокации, запугивание оппонентов.

- То есть, Вы считаете, что на самом деле Саакашвили не обладает массовой поддержкой, и его высокий рейтинг — это результат страха людей? И на самом деле народ его не поддерживает?

Да нет у него никакого высокого рейтинга, все нарисовано. Это как у нас у «Единой России» высокий рейтинг, то же самое.

- Если обстановка начнет накаляться и ситуация дестабилизируется, то может ли так случиться, что нынешний режим пошатнется? Россия сможет на это повлиять?

Понимаете, Окруашвили — это не друг России. Поэтому если они, допустим, свергнут Саакашвили и придут к власти, то улучшения в российско-грузинских отношениях не произойдет. Поэтому свержение Саакашвили этой группой нам ничего не даст, но нам выгодно, чтобы там началась реальная политическая борьба между этими двумя группами, которая объективно приведет к демократизации Грузии, потому что ни у кого нет стопроцентных акций на политическом поле. И создаются окна для того, чтобы пророссийская позиция могла выйти на политическое поле.

- Ну, а кого Вы видите в качестве носителя пророссийской позиции? Есть ли в перспективе серьезные претенденты на эту роль? Георгадзе же для этого не подходит?

Георгадзе не подходит именно потому, то его обвинили в участии в этом сомнительном теракте, который сам Шеварднадзе организовал, но люди Абашидзе, люди Георгадзе — они есть, некоторые из них пока находятся в Москве, а в Грузии у них есть друзья, соратники. И если бы они имели возможность для ведения нормальной политической деятельности, то все бы изменилось. И Георгадзе не пускают в Грузии не из-за того инсценированного теракта, а потому, что они боятся, что он наберет популярность, соберет вокруг себя партию, придет к власти. А это не устраивает ни нынешних националистов, ни Саакашвили, ни Окруашвили. Они принадлежат к националистическому крылу грузинской элиты. Они являются продолжателями дела Звияда Гамсахурдии. И американцев и Запад это устраивает. Им надо, чтобы там был маленький диктатор, но, как говорится, наш «сукин сын».

- То есть, Вы полагаете, что Запад будет поддерживать Грузию несмотря ни на что?

Но вы же видите, что они и так поддерживают. Выступал недавно представитель Госдепартамента и сказал, что надо Окруашвили наказать, если он совершал преступления. Но ведь всем понятно, что это преследование по политическим мотивам. Что же вы раньше не арестовали, когда он был министром обороны и совершал эти преступления? Ведь все было известно. Но его раньше не трогали, а как только он стал выступать против Саакашвили, тут же стали вспоминать его нарушения. Это же смешно, это лицемерие Госдепартамента США, это переходит все границы. Даже смешно на них смотреть, как они пытаются выкручиваться из этой ситуации. Ведь для того, чтобы поддерживать Саакашвили, они пошли на преступление, причем это по американскому законодательству считается преступлением — пособничество в убийстве, сокрытие фактов расследования. Ведь ФБР участвовало в расследовании убийства Жвании, и они сокрыли факты, ввели в заблуждение американскую и мировую общественность по поводу убийства Жвании. По Патарцикашвили тоже — Окруашвили сказал, что он доложил американцам, а они сейчас это отрицают.
Но по американским законам это ведь соучастие в преступлении, за это можно брать и сажать, но они этим не занимаются, потому что это политически невыгодно. Но здесь они «завязли по уши», и как они будут из этой ситуации выбираться, непонятно.
И я считаю, что нам сейчас как раз надо активно раскручивать эту тему. Хорошо, если бы родственники Жвании сейчас подали бы в суд. Брат у него на Украине находится, мог бы в украинский суд подать заявление или в какой-нибудь европейский суд , о том, чтобы опросили Окруашвили по поводу убийства его брата,  чтобы вызвали других свидетелей, которых он назовет. Понимаете? Надо, чтобы это дело начало раскручиваться, а не заглохло. А Запад сейчас пытается сделать все, чтобы это заглохло.
Правда, наши парламентарии хотят еще в ПАСЕ вопрос поставить, чтобы обсудить политическую ситуацию в Грузии, и я считаю, что это правильный шаг. Как же иначе — это же в стране, которая является членом ПАСЕ, такие вещи происходит. И все считают, что там у них демократия. Этот инструмент также надо задействовать.
Но главное — это процесс, поднятый гражданами. Там была арестована целая группа пророссийских политиков, которые вокруг Саришвили и Чантурии группировались, их обвинили в заговоре. Это то же самое, что делал Берия. Заговор какой-то, просто смешно. И они сидят в тюрьме. Но почему-то вопрос о том, что там есть политзаключенные, в ПАСЕ не ставится. А надо, чтобы европейские институты этим занимались.