<nobr>Москва-Вашингтон:</nobr>

7 ноября Государственная дума проголосовала за президентский проект закона «О приостановлении Россией действия Договора об обычных вооруженных силах в Европе». Указ о приостановлении Россией действия ДОВСЕ и связанных с ним международных договоров Владимир Путин подписал 13 июля. Законопроект вступает в силу 12 декабря.
Договор об обычных вооруженных силах в Европе был подписан в Стамбуле в 1999 году, однако до сих пор не ратифицирован странами-членами НАТО. Документ ратифицировали лишь четыре страны — Белоруссия, Украина, Казахстан и Россия. Это, по мнению депутатов, является достаточной причиной для приостановления его действия. Как пояснил накануне голосования председатель комитета Госдумы по международным делам Константин Косачев: «Вопрос адаптации явно устаревшего Договора об обычных вооруженных силах в Европе к современным реалиям находится без движения уже почти 8 лет. И мы оказались в странной ситуации, когда по-прежнему действует документ, разработанный еще в 1990 году, в условиях существования двух противоположных военных блоков. Многие государства центральной и восточной Европы и даже бывшего Советского Союза успели вступить в НАТО, а документ все тот же самый. Естественно, это не устраивает Россию. Естественно, это вступает во все большее противоречие с нашими национальными интересами, в частности, интересами обеспечения обороноспособности страны. Мы пытались убедить наших партнеров по договору ратифицировать его адаптированную версию. И теперь уже, когда исчерпаны все возможности для такого рода политического убеждения, мы вынуждены прибегать к крайнему средству, чтобы показать серьезность наших намерений, чтобы подтвердить нашу обеспокоенность».
Выступая перед депутатами в среду, заместитель главы МИД России Сергей Кисляк заявил, что решение о приостановке действия ДОВСЕ политически оправданно и попросил его поддержать. По его словам, «идет речь о старом ДОВСЕ, а не о его адаптированном варианте, который так в силу и не вступил», и это «вынужденное решение, сигнал нашим партнерам, что обязательства должны выполняться не только Россией».
Замминистра добавил, что страны НАТО, отказываясь приступить к ратификации, «выдвигают искусственные требования, увязывая ратификацию с так называемыми „стамбульскими обязательствами“ России».
«На деле все относящиеся к ДОВСЕ обязательства выполнены», — подчеркнул Сергей Кисляк. По его мнению, партнеры России «хотят извлечь выгоду из этой ситуации, кладя себе в карман легкие вооружения присоединившихся к НАТО стран», притом что «Прибалтика вообще не охвачена режимом контроля над обычными вооружениями».
Также выступивший на заседании Госдумы начальник Генерального штаба Вооруженных сил РФ генерал армии Юрий Балуевский заявил, что «разрушение ДОВСЕ, если таковое произойдет, произойдет не по вине России». Однако «это не будет невосполнимой потерей для нашего государства, а вот для государств Европы это будет масштабная чувствительная потеря. У России есть достаточный арсенал сил и средств, способов обеспечения своей безопасности и национальных интересов. Россия готова сыграть свою роль, но не в ущерб своей безопасности», — сказал начальник Генштаба.
Ранее первый замминистра обороны РФ генерал-полковник Александр Колмаков предупредил: «Минобороны РФ не исключает возможности наращивания сил и средств войсковых группировок на западном направлении после приостановления участия России в Договоре об обычных вооруженных силах в Европе. Соответствующая работа по этому вопросу проводится».
Глава российского МИД Сергей Лавров со своей стороны констатировал: «В вопросе ДОВСЕ мы подошли к тому моменту, когда необходимо предпринимать коллективные действия. Коллективность должна подразумевать совместный анализ проблемы, и дальше уже совместную выработку действий и их совместную реализацию»…
В Вашингтоне решение российского парламента восприняли с сожалением. Как заявил официальный представитель госдепартамента США Шон Маккормак: «Совершенно ясно, что это шаг, который мы не поддерживаем. Мы по-прежнему пытаемся работать над решением этой проблемы, но это не является полезной акцией… Шаг, предпринятый парламентом, качественно не отличается от позиции правительства и президента Путина в отношении приостановления выполнения ДОВСЕ. Мы видим сложности и проблемы в идее приостановки договора, но мы тесно работаем с другими участниками договора, пытаясь ответить на часть обеспокоенностей, подробно изложенных российским правительством. Мы посвятили достаточно много усилий тому, чтобы попытаться ответить на эти обеспокоенности, и я думаю, что это ни коим образом не является последней главой в этой истории».

Наблюдатели склонны рассматривать проблему в увязке с другими нерешенными вопросами между Россией и США. Тем более что повод для этого дал сам Вашингтон. В понедельник заместитель помощника госсекретаря по странам Европы и Евразии Дэвид Крэмер заявил, что США и НАТО готовы начать рассмотрение вопроса о ратификации адаптированного Договора об обычных вооруженных силах в Европе, если Россия выполнит взятые на себя стамбульские обязательства. Особый акцент в его выступлении был сделан на том, что две недели назад США и Россия провели в Берлине переговоры по вопросам ДОВСЕ и готовятся к следующей встрече.
Комментируя ситуацию «Коммерсант» отмечает, что госдеп США объявил о готовности пойти на уступки по ДОВСЕ ради того, чтобы Кремль не разрывал договора. О причинах выхода России из ДОВСЕ президент Путин заявил в этом году в своем обращении к Федеральному собранию: они связаны с развертыванием системы ПРО в Европе. Вначале на Западе к угрозе выхода России из договора отнеслись не слишком серьезно, поскольку сам ДОВСЕ несколько устарел: «Он ограничивает численность танков и тяжелых вооружений, которые могут иметь европейские страны, а с учетом высоких технологий XXI века даже такое количество танков, которое разрешено договором, и то кажется излишним. Вооружения и России, и стран НАТО сейчас не дотягивают до квот, прописанных в ДОВСЕ, потому что столько тяжелой техники в Европе сейчас уже не нужно».
Однако Запад все же обеспокоен позицией Москвы, которая вслед за ДОВСЕ готова выйти «из всех прочих основополагающих договоров». Поэтому неделю назад журналистам объявили, что «готовится большая сделка, затрагивающая не только проблему ДОВСЕ, но и позицию России по Косово и Ирану», пишет «Коммерсант». Сделку связывают с двумя датами: выборами в США 12 декабря и с 10 декабря — в этот день Совет Безопасности ООН должен принять решение об окончательном статусе Косово.
«Решение Москвы приостановить участие в ДОВСЕ является символическим жестом, призванным выразить раздражение России по поводу американских планов развернуть систему ПРО в Восточной Европе. Оно сопровождает угрозу России перенацелить свои ракеты на европейцев, которые, по иронии судьбы, также являются самыми крупными потребителями ее энергоресурсов, и, главное, изобличает ее неспособность смириться с независимостью своих бывших сателлитов в Восточной Европе» — так оценивает ситуацию известный специалист по России Дэвид Сэттер. Это решение означает, что «Россия прекратит натовские инспекции своих военных объектов и больше не будет ограничивать количество своих обычных вооружений, как она делала до сих пор. По крайней мере, в теории. Но на самом деле, этот мораторий мало что значит» — уверен эксперт.
По его мнению, многие европейские страны используют инспекции на местах для того, чтобы отслеживать перемещения российских войск, однако «США в состоянии следить за российскими вооруженными силами и без этого». Тем более что «Россия так и не достигла установленной договором предельной численности войск и не выполнила обещание полностью вывести свои войска из Грузии и Молдовы».
В то же время «российские военные и политические руководители знают, что Запад им не угрожает, поэтому маловероятно, чтобы они пошли на траты, необходимые для того, чтобы нарастить в европейской части страны силы, которые превышают пределы, обозначенные в договоре», — полагает Сэттер.  Таким образом, относиться к решению России о приостановке участия в ДОВСЕ, который является «пережитком холодной войны», стоит именно как к символическому жесту, но не более того.
Президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов усматривает в позиции Вашингтона коварство: «Никакой сенсации в прозвучавших в Вашингтоне заявлениях в отношении ратификации ДОВСЕ нет. Как нет и никаких уступок. Это тактическое маневрирование американской стороны, которая сегодня подвергается жесткой критике не только со стороны России, но и со стороны европейской общественности. И потом, вдумайтесь в суть предложения, оглашенного помощником госсекретаря США. США, дескать, готовы запустить процесс ратификации ДОВСЕ, но при условии, если Россия выполнит ряд сомнительных обязательств. При этом — никаких гарантий с американской стороны. Администрация Буша не упускает случая напомнить, что в вопросе ДОВСЕ все во власти сената…
В этой ситуации необходим новый раунд переговоров. Это, во-первых. Во-вторых, увязывая вопрос о ратификации ДОВСЕ с требованием о выводе российских войск из Грузии и Приднестровья, США ставят России ультиматум, который она физически не может выполнить. Я возглавлял рабочую группу на саммите в Стамбуле в 1999 году. Могу подтвердить, что успеху адаптированного ДОВСЕ тогда действительно сопутствовали два совместных заявления, подписанные Россией с Грузией и Молдавией. Сегодня ситуация складывается таким образом, что до конца года Россия полностью уйдет из Грузии. Но в Приднестровье ситуация совершенно иная. Там огромные залежи вооружений и боеприпасов, причем боеприпасов, сроки годности которых давно истекли. Россия содержит там свой контингент в пределах 1,5 тыс. человек лишь для того, чтобы охранять это небезопасное военное имущество и избежать техногенной катастрофы. Есть и политическая причина: нынешнее руководство Приднестровья не соглашается на вывоз. И в этой ситуации США ставят России ультиматум. Это хитрая и вероломная позиция…
Действуя подобным образом, США ведут вокруг ДОВСЕ информационно-политическую игру. В чем ее смысл? Мне кажется, что американцам крайне не хочется терять Россию как партнера по ряду стратегических вопросов, в том числе по Ближнему Востоку, Ирану, европейским проблемам. В Вашингтоне боятся, что жесткий подход к России, связанный и с ПРО, и с ДОВСЕ, развернет политику России в другом направлении, что мы и наблюдаем. В результате Москва перейдет как бы в стан противников США. Но такого развития событий в Вашингтоне не хотят. В то же время, не желая упускать Россию из орбиты своей политики, США при этом не намерены уступать политическую победу России по тому же ДОВСЕ или по ПРО. В итоге их уступки, подаваемые как сенсация,- это завуалированный тупик».
Антон Мазур, начальник отдела по контролю над обычными вооружениями Департамента по вопросам безопасности и разоружения МИД РФ, утверждает, что страны НАТО все эти годы намеренно уклонялись от ратификации Договора, в то время как Россия выполняла все предъявляемые к ней требования:
«Наши партнеры, прямо скажем, страны НАТО, изначально начали выдвигать один предлог за другим для того, чтобы как можно дольше не вводить это соглашение в действие. Сначала в качестве условия было выставлено то, чтобы Российская Федерация вписалась во фланговые уровни адаптированного ДОВСЕ и мы, хотя это было и непросто, сделали это к концу 2001 года. В ноябре 99-ого года, одновременно с подписанием соглашения об адаптации ДОВСЕ, был принят Заключительный акт конференции государств-участников ДОВСЕ, в котором содержался перечень политических обязательств, которые различные государства-участники приняли в связи с подписанием Договора. В том числе, там был упомянут целый ряд двусторонних договоренностей РФ, в том числе с Грузией, Молдавией, но они по сути своей двусторонние. Некоторые их элементы относятся к ДОВСЕ. Эти элементы давно выполнены РФ. Из Молдавии выведены все ограничиваемые Договором вооружение и техника, в Грузии ее количество также приведено в соответствие с уровнями, о которых мы договорились с грузинской стороной, но наши партнеры из стран НАТО предпочитают упрямо повторять формулу о том, чтобы РФ полностью выполнила Стамбульские обязательства. Когда их спрашиваешь: ’Что вы подразумеваете под полным выполнением?’, — ответа не получаешь. И появляются все новые и новые требования к нам. Вроде их выдвигают грузины или молдаване, но подписываются под ними и натовцы. Мы за последние годы предупреждали наших партнеров много раз, что их линия ведет к окончательному подрыву Договора. К сожалению, нас не услышали или не захотели услышать. Поэтому вполне логично выглядит принятое президентом РФ решение приостановить действие Договора. Хочу подчеркнуть, именно приостановить, потому что в некоторых СМИ иногда употребляется термин ’Россия выходит из Договора’. Нет, на данном этапе мы о выходе из Договора речь не ведем. Мы заинтересованы в режиме контроля над вооружениями в Европе. Заинтересованы так же, как и другие государства-участники, но в таком режиме, который отвечал бы интересам всех. И поэтому наше приостановление действия Договора — это, если хотите, попытка реанимировать Договор средствами, может быть, такой своеобразной шоковой терапии».
Сергей Ознобищев, директор Института стратегических оценок, считает решение о моратории поспешным: «Я бы не делал бы столь резкие шаги, как сделала сегодня Россия. Я прекрасно понимаю аргументации и чувства, которые обуревают, в том числе, и меня. Главный вопрос, который крутится у эксперта в голове, который занимается многие годы вопросами безопасности и взаимодействует с Западом, выражается простым русским словом ’доколе’. ’Доколе’ мы говорим о том, что расширение НАТО нас волнует, беспокоит, затрагивает наши интересы, что мы не можем спокойно на это смотреть. Вот это ’доколе’ вылилось в Мюнхенскую речь президента. Сегодняшний акт с приостановкой моратория на ДОВСЕ — это тоже вариант ответа на этот вопрос ’доколе’. Есть разные варианты ответа. Я бы дал ответ в другой форме. Я считаю, что в России есть по-прежнему достаточно рычагов, тем более есть и такая вещь, как энергетический рычаг. Я не говорю, что мы должны закручивать краны, как иногда это показывают по телевизору, но, тем не менее, в рамках какого-то пакета с Западом мы можем эти вопросы решать. Вопрос сегодня поставлен резко, но для этого есть все основания у нашего руководства. Настало время не заниматься перепалкой на уровне экспертных претензий, а поставить задачу в течение полугода или к весне следующего года решить этот вопрос в рамках партнерских отношений с Россией. То же самое я хотел бы, чтобы поставили и мы такую задачу. Мы говорим о том, что у нас есть партнерство с НАТО, так давайте решать эти вопросы в рамках партнерства, несмотря на сложности».
Дмитрий Суслов, зам. директора Совета по внешней и оборонной политике, уверен в том, что Россия поступила правильно: «Мы видим, что военная инфраструктура НАТО расширяется, и доказательством этого является размещение элементов американской системы ПРО в Европе. В такой ситуации этот договор действительно не имеет для России никакого смысла. И он действительно очень во многом связывает России руки, так как  Россия очень серьезно разоружилась как на северо-западном, так и на юго-западном направлении. А со стороны Запада расширение НАТО поставило все это под большой вопрос и фактически привело к выхолащиванию смысла этого соглашения. Кроме того, ДОВСЕ сегодня используется в качестве инструмента выкручивания России рук по проблеме непризнанных государств. Говорится, что к договору присоединятся страны Балтии, которые до сих пор к нему не присоединились и присоединятся только после того, как Россия выполнит свои обязательства о выводе своих баз из Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии. Но, во-первых, никакой действительно юридической увязки между этими двумя вопросами нет, а во-вторых, российские контингенты, находящиеся на территории непризнанных государств, осуществляют миротворческие миссии, которые регулируются совершенно другими форматами. Поэтому это требование Запада является необоснованным.
Что касается российской позиции по поводу ДОВСЕ, то я действительно солидарен с тем, что договор об обычных вооруженных силах в Европе устарел, и даже уже адаптированный. То есть, может быть, не обязательно полностью выходить из него, а целесообразнее начать новый раунд консультаций и сделать новую адаптацию договора, приведя его к реальности после последнего расширения НАТО. Кстати, я напомню, что НАТО не отказывается от планов дальнейшего расширения, конгресс Соединенных Штатов поддерживает вступление Грузии в НАТО и т.д. В этих условиях вообще бессмысленно говорить о том адаптированном ДОВСЕ, который существует с 1999 года. То есть, надо если его адаптировать, то адаптировать к нынешней, а то и к будущей обстановке, то есть к обстановке после следующего расширения НАТО на страны бывшего СССР, если такое расширение состоится».