То, что совсем недавно можно было только предположить – что политика США после избрания президентом Барака Обамы в отношении России изменится, и что может быть снята одна из главных проблем, по которой две стороны имеют противоположное мнение: размещение американской системы ПРО в Восточной Европе – сегодня начало воплощаться в жизнь. И неважно, что стало причиной этого изменения – финансовый кризис в США или изменение внешнеполитической стратегии в целом, так как процесс, как говорил один известный деятель, пошел….
10 февраля госсекретарь США Хиллари Клинтон на встрече в Вашингтоне с чешским коллегой Карелом Шварценбергом заявила, что администрация Обамы, в отличие от команды Буша-младшего, воспринимает проект ПРО в Центральной Европе без большого энтузиазма, ссылаясь на его технические недоработки. На совместной пресс-конференции со Шварценбергом Клинтон не только озвучила сомнения администрации, но и заявила, что проект вообще может быть свернут, если Иран откажется от работ над ядерным оружием.
Государственный секретарь выразила благодарность Чехии и Польше за содействие усилиям США убедить Иран в нецелесообразности как собственно ядерных разработок, так и смежных программ создания баллистических ракет. «В какие сроки и в каком масштабе мы будем развертывать ПРО, если до этого вообще дойдет дело, – вопрос преимущественно технический, и ответ на него будет в большой мере зависеть от политики Ирана», - подчеркнула Клинтон. «Если Иран свернет с нынешнего курса, что ж, мы тогда тоже можем пересмотреть свои подходы. Мне представляется, однако, что до этого пока очень и очень далеко».
Клинтон повторила замечания вице-президента Байдена, сделанные в минувшие выходные на международной конференции в Мюнхене, что США и далее будут работать над ПРО, если противоракеты докажут свою технико-экономическую состоятельность. Байден тогда же указал на то, что США намерены впредь консультироваться по этим вопросам и с НАТО, и с Россией.
На этой неделе президент Ирана Ахмадинеджад заявил, что его правительство будет рад диалогу с Вашингтоном, основанному на взаимном уважении, и Хиллари Клинтон выразила те же настроения. По ее словам, правительство Ирана может последовать призыву президента Обамы «разжать кулак» и вступить с Америкой в серьезный и ответственный диалог. При этом ядерный момент для Клинтон остается главенствующим. «Мы не отказываемся от своих взглядов, – сказала госсекретарь, – и считаем, что Иран не должен обзаводиться ядерным оружием. Следование этим курсом ничего хорошего ему не сулит. Надеюсь, что в будущем нам представится возможность лучше понять друг друга и наладить диалог, который принесет пользу народу Ирана».
Ранее, на пресс-конференции в понедельник Обама выразил надежду на конструктивное сотрудничество с Ираном, но добавил, что завалы недоверия, накопившиеся за долгие годы, будет очень нелегко разобрать. Говорил президент США и о планах в отношении России. Характеризуя свое отношение к распространению ядерного оружия на Ближнем Востоке, Обама заявил, что подписание договора об ограничении стратегических наступательных вооружений между Соединенными Штатами и Россией сыграет важную роль в нераспространении ядерного оружия в мире. «Ничего страшнее этого нельзя себе вообразить», - подчеркнул он. «Моя задача – остановить распространение ядерного оружия и сократить имеющиеся арсеналы. Мы обсуждали этот вопрос по телефону с президентом России Медведевым. Я надеюсь, что нам удастся начать диалог с Россией и придти к новому соглашению. На его основе мы сможем вести переговоры с другими странами об ужесточении режима нераспространения, который, с моей точки зрения, ослаблен» - заявил Обама.
Ограничится ли диалог между Москвой и Вашингтоном вопросами разоружения или будет гораздо шире, затронув вопросы сотрудничества двух стран в других областях? Будет ли условием возобновления этого сотрудничества требование России приостановить развертывание системы ПРО в Европе? Многие американские эксперты полагают, что начать отношения с Россией с чистого листа у США не получится, и в первую очередь, из-за взросших амбиций Москвы.
Как известно, о готовности сделать это говорил на международной конференции по безопасности в Мюнхене вице-президент США Джо Байден. The Washington Post проанализировала такую возможность и пришла к противоречивым выводам. Больше всего европейских лидеров порадовало обещание вице-президента Байдена «нажать кнопку перезапуска» в отношениях с Россией, пишет издание. Было видно, что многие европейские участники конференции, как, впрочем, и ряд американцев, рассчитывали, что после ухода Джорджа Буша самые трудные вопросы, к которым причастен Владимир Путин, могут «рассосаться».
Однако Байден, стоит отдать ему должное, не потворствовал наивным надеждам в отношении России в частности и внешней политики в целом. Он ободрил всех присутствующих обещанием «нового грядущего дня», однако предупредил союзников США, что президент Обама «и к нашим партнерам будет относиться более требовательно». У новой администрации будут разногласия с Россией, сказал он, в частности по той причине, что США будут выступать против того, «чтобы любое государство имело зону влияния».
Однако в целом тон выступления Байдена в отношении России обнадеживал: вице-президент пообещал, что администрация «пересмотрит многие сферы, где мы должны и будем работать вместе с Россией». Что вселило во многих из его слушателей надежду на грядущую «большую сделку», которая умиротворит русского медведя, констатирует The Washington Post.
Безусловно, попытка улучшить отношения стоит свеч - министр иностранных дел Великобритании Дэвид Милибэнд после выступления Байдена отметил, что Россия, возможно, «будет более расположена к партнерским отношениям» сейчас, когда цены на нефть столь резко упали, - но также не помешает спросить себя, что может входить в эту сделку.
Список пожеланий Запада достаточно длинен: для начала, он хотел бы заручиться помощью России в борьбе с террористами, в подавлении афганских повстанцев, в недопущении «расползания» по миру бесхозного ядерного оружия и ограничении ядерных амбиций Северной Кореи и Ирана.
Практически с момента распада Советского Союза 17 лет назад официальные лица США постоянно твердят себе, что сотрудничество в этих областях не является чем-то запредельным, поскольку они желают того же, к чему, по идее, стремятся и русские: России, говорят они, вряд ли понравится, если на юге страны вспыхнет восстание фундаменталистов, или если она получит в соседи новую ядерную державу.
Правда сих пор из поступков русских вряд ли можно было заключить, что они уверены в совпадении своих интересов с интересами Запада: иногда они помогали, иногда саботировали, часто обещали, но ровно столько, чтобы американцы продолжали просить о больших уступках. За минувшие несколько дней мы могли наблюдать типичную картину, напоминает The Washington Post: Россия заявляла, что поддерживает цели США в Афганистане и одновременно убеждала Кыргызстан выдворить военных США с авиабазы, играющей ключевую роль в военных усилиях в Афганистане. Так чего же может желать Россия, причем абсолютно отличного от того, чего, по мнению США, она должна желать?
Заместитель премьер-министра Сергей Иванов, выступавший на конференции за день до Джо Байдена, в основном говорил о контроле над вооружениями, в том числе договоре СНВ, который мало интересовал бушевскую администрацию, и чей срок действия истекает в декабре. Возможно, имея дело с американским президентом, который считает своим долгом продолжить процесс, начатый этим договором, и ставит своей целью сокращение ядерных вооружений, русские утратят часть своего энтузиазма. Но это, безусловно, стоит выяснить...
Однако более правдоподобным представляется, что Россия считает, что в ее интересах навязывать или удерживать контроль над соседними государствами. Именно поэтому присутствовавшие на конференции руководители Польши, Эстонии и других соседей России казались более скептично настроенными, чем западные европейцы в отношении перспектив улучшения отношений. Россия хочет «пустить под откос» проект противоракетной обороны НАТО, направленный против Ирана, не потому что он будет угрожать России или ее ядерному арсеналу - опасности он для них представлять не будет, - а потому что эта система будет развернута в Польше и Чешской Республике, двух бывших странах-участницах Варшавского договора. Россия хочет удержать Грузию и Украину от вступления в Европейский Союз или НАТО, потому что обе страны входили в состав Советского Союза. Она не хочет, чтобы Европа строила газопровод в сторону Азербайджана и Каспийского моря, потому что это поставит под угрозу монополию России, при помощи которой она укрепляет свое политическое влияние.
Если эти цели действительно находятся в самом начале списка пожеланий России, то «великая сделка» может оказаться более труднодостижимой, чем полагают многие с обоих берегов Атлантики. А если некоторые представители стран Западной Европы надеялись, что Обама, возможно, будет более расположен, чем его предшественник, пожертвовать интересами маленьких соседей России ради крупных стратегических интересов Запада в Иране или других странах, то Байден недвусмысленно высказался по этому вопросу. «Мы по-прежнему считаем, - сказал вице-президент США, - что суверенные государства имеют право сами принимать решения и выбирать своих союзников»...
Активно обсуждают то, какими могут быть отношения между США и Россией при президент Бараке Обаме, американские эксперты. 9 февраля в одном из зданий Сената на Капитолийском холме состоялась конференция, организованная Американским советом по внешней политике (AFPC) на тему «Политика США в отношении России: прокладывая новый курс». Выступившие авторитетные американские эксперты подробно анализировали самые разные аспекты двусторонней повестки дня – совместимость геостратегических интересов, политику России на постсоветском пространстве, проблемы разоружения и энергетическую безопасность.
Первым перед собравшимися политологами, дипломатами и журналистами выступил президент Совета Герман Пирчнер, который начал со своего рода экскурса в историю отношений бывших метрополий с провинциями. Так, напомнил он, Франция в прошлом веке оказалась вовлеченной в 37 вооруженных конфликтов на территории ее бывших африканских колоний. Поэтому, по мнению американского политолога, нет ничего удивительного, что процесс адаптации России к новой постимперской реальности идет трудно – надо еще учитывать, что в результате распада СССР за пределами российский границ оказалось 25 миллионов бывших сограждан. Идея возрождения российского влияния в бывших советских республиках весьма популярна не только в российском политическом истеблишменте, но и среди рядовых граждан страны, поэтому одной из самых важных проблем американо-российских отношений является поиск баланса интересов – считает американский эксперт.
Кстати, в своей книге «Возрождая Великую Россию: Будущее границ России с Беларусью, Грузией, Казахстаном и Молдовой», опубликованной в 2004 году, Герман Пирчнер предсказал, что Москва рано или поздно пойдет на признание независимости сепаратистских регионов Грузии, а со временем - и на их полную инкорпорацию в Российскую Федерацию. Вот какими, по его мнению, должны быть подходы США к проблеме политики России в отношении бывших советских республик: «США, естественно, будут исходить из неприкосновенности границ новых независимых государств и признания их суверенитета. Здесь возникает вопрос, не попытается ли России использовать силу для решения имеющихся проблем? Если это произойдет, то цена для нее может оказаться очень высокой».
В день конференции The Washington Post опубликовала пространную статью о взаимоотношениях между президентом России Дмитрием Медведевым и председателем правительства Владимиром Путиным, поэтому американские эксперты не могли не коснуться темы возможных трений между двумя лидерами. Вот что заметил по этому поводу президент Американского совета по внешней политике Герман Пирчнер: «Разногласия могут появиться с течением времени. Мне вспоминается пример Томаса Беккета, которого его друг - британский король Генрих II - назначил главой англиканской церкви. Однако затем обязанности, которые налагала эта должность, привели к расколу между ними, и, в конце концов, король приказал убить своего бывшего друга-канцлера. Речь, конечно, не об этом, а том, что, когда политики занимают разные посты, они постепенно создают свои собственные команды, имеющие различные интересы, и в определенный момент эти противоречия могут обостриться».
Выступивший затем Стивен Пайфер, бывший посол США в Украине, а ныне аналитик Института Брукингса, тоже значительную часть своего доклада посвятил отношениям России с так называемым «ближним зарубежьем». Перечислив ряд острых проблем последнего времени – события в Грузии и Центральной Азии, «газовый конфликт» с Украиной – Пайфер сделал вывод, что американо-российские отношения находятся на самой низкой отметке за весь период после распада СССР в 1991 году. Признавая, что Россия имеет законные интересы в регионе, США должны исходить из нерушимости принципа территориальной целостности новых независимых государств и их права самостоятельно выбирать свой внешнеполитический курс, считает он. В данном контексте значительная часть выступления Стивена Пайфера была посвящена вопросу взаимоотношений России с НАТО. Вот его мнение по поводу существующего между сторонами непонимания целей и задач расширения Североатлантического альянса: «Есть несколько причин. Похоже, что в России ситуацию рассматривают как своего рода «игру с нулевым результатом» - то есть победа одной стороны неизбежно означает полное поражение другой. В Москве рассматривают любое улучшение отношений Украины или Грузии с Западом как поражение России. Во-вторых, когда речь заходит о расширении НАТО, в Москве блок воспринимают таким, каким он был 20 лет назад – сильным военным союзом, созданным для защиты от СССР. Но, если взглянуть на происшедшие изменения, сегодня все структура НАТО радикально отличается от того, что было тогда. 20 лет назад в Европе были размещены 300 тысяч американских военнослужащих. Сегодня их, наверно, не более 50 тысяч, и вместо готовности отразить атаку советской армии целью альянса является поддержание мира на Балканах, международные усилия по стабилизации положения в Афганистане - то есть задачи, которые отнюдь не противоречат интересам России».
Стивен Радеймекер, бывший заместитель Госсекретаря по контролю над вооружениями, посвятил свое выступление серьезным проблемам, которые стоят перед новой администрацией США в этой области. В первую очередь речь идет о необходимости подписания или продления срока действия целой серии истекающих договоров: о стратегических наступательных вооружениях, об обычных вооружениях в Европе, о ракетах среднего радиуса действия. Не способствуют достижению компромисса и расхождения сторон в отношении размещения элементов системы ПРО в Польше и Чехии.
Выступление доктора политологии, профессора Военного колледжа сухопутных войск США Стивена Бланка было посвящено теме использования Россией энергетических ресурсов для достижения геополитических целей. В данном контексте профессор Бланк особо остановился на ситуации в государствах Центральной Азии и Закавказья, где Москва стремится полностью замкнуть на себя добычу и транспортировку энергоносителей. Он призвал ЕС к поиску путей уменьшения зависимости от российских нефти и газа, а США – к проведению более энергичной политики в странах Центральной Азии, подкрепленной соответствующими экономическими и финансовыми ресурсами.
Так возможна или нет, используя выражение вице-президента Джозефа Байдена на только что завершившейся в Мюнхене Международной конференции по безопасности, «перезагрузка» всего комплекса отношений между Вашингтоном и Москвой?
Вот как ответил на этот вопрос старший аналитик AFPC Уэйн Мерри, в прошлом занимавший ответственные посты в Госдепартаменте и министерстве обороны США: «Мне кажется, российское руководство заинтересовано в улучшении отношений с Вашингтоном, но я также думаю, что каждая новая администрация США действует так, как будто история начинается с чистого листа. Нынешней администрации придется иметь дело не только с наследием предыдущих восьми лет президентства Буша, но и с восемью годами президентства Билла Клинтона. Последние 16-17 лет были годами практически постоянного ухудшения отношений между Россией и США, причем война в Косово особенно негативно сказалась на них, также как и такие проблемы, как расширение НАТО и другие, где Россия считала, что ее интересы ущемляются.
Я хотел бы выделить две сферы, в которых Соединенные Штаты и Российская Федерация имеют общие интересы, и где они могли бы сотрудничать: Первое – сохранение системы договоров о контроле стратегических вооружений, доставшейся нам в наследие со времен Рональда Рейгана и Михаила Горбачева, срок действия которых истекает в конце текущего года. Там есть много тонкостей и деталей, которые нам предстоит согласовать, но я думаю, интерес обеих стран здесь взаимный. Второе – воспрепятствовать возрождению Талибана в Афганистане, а теперь и не только в Афганистане, но и в Пакистане. До сих пор основной маршрут для военного контингента, подкреплений и грузов в регион проходил через Пакистан, но здесь сегодня возникают затруднения. Если мы, к примеру, потеряем этот путь в Афганистан, единственный маршрут снабжения наших операций будет проходить через север, и здесь многое зависит от России. Мы должны будем обращаться к ним за правом транзита через их территорию, российское правительство имеет большое влияние в странах региона. Именно Россия помогла нам получить доступ на базы в регионе после событий 11 сентября 2001 года, поэтому без участия России будет невозможным использовать центрально-азиатский маршрут в Афганистан. Однако цена за это нам, конечно же, будет выставлена».
Как известно, Барак Обама должен встретиться с Дмитрием Медведевым в кулуарах саммита «двадцатки» в Лондоне 2 апреля. После этого может состояться визит американского президента в Москву. Станет ли встреча двух лидеров началом реальной перезагрузки?
Отвечая на этот вопрос МиК, генеральный директор Совета по национальной стратегии Валерий Хомяков отметил:
- «Я очень оптимистично смотрю в будущее наших отношений. И этот оптимизм основан на том, что за работу с Россией отвечает Майкл Макфол, директор российского отдела Совета национальной безопасности США. Это человек, давно занимающийся Россией, знающий ее политическую элиту, экспертное сообщество, человек, хорошо разбирающийся во взаимоотношениях России и США, проблемах, которые накопились между двумя странами и которые, по его твердому убеждению, необходимо разрешить как можно быстрее. Причем – в интересах двух стран.
Именно он в настоящий момент развернул активную деятельность в этом направлении – начать отношения между двумя странами с чистого листа, и именно он в команде Барака Обамы продвигает идею перезагрузки двусторонних отношений, с которой в Мюнхене выступил Байден. Он в течение двух последних дней был в Москве, прибыв сюда для подготовки предстоящей встречи двух лидеров – Барака Обамы и Дмитрия Медведева.
Кстати, я напомню, Макфол в свое время немало сделал для укрепления российско-американских отношений в пору президентства Билла Клинтона. В 1995 году, когда от России многие отвернулись из-за войны в Чечне, и в нашей стране была непростая ситуация накануне президентских выборов 1996 года, он способствовал тому, чтобы 9 мая в Москву приехал Билл Клинтон – для поддержки Бориса Ельцина. Ту поездку готовил Майкл Макфол, так что у него есть хороший опыт укрепления отношений США с Россией в моменты, когда отношение к ней в мире характеризуется как довольно спорное.
Я думаю, что ему удастся добиться многого и сейчас. И в то время когда американские политики – Джо Байден, Хиллари Клинтон - делают оптимистичные заявления на этот счет, он занимается конкретной работой. Он любит Россию и любит Америку, и делает все для того, чтобы отношения между двумя странами не только нормализовались, но и вышли на новый уровень. Я могу даже сказать, и это мнение разделяют другие знакомые с реальной ситуацией российские эксперты, что ключ от российско-американских отношений сегодня находится в руках Майкла Макфола.
- Российская политическая элита готова включиться в диалог –полноценный, конструктивный, без двойных смыслов, торга и принуждения к уступкам?
Я думаю, что сегодня пришло время адекватных отношений и адекватной реакции на то, что будет предлагать Вашингтон. И встреча двух молодых лидеров Америки и России, которая пройдет в Москве после Лондона, подготовкой которой сейчас занимается Майкл Макфол, должна быть очень конструктивной. У двух стран есть очень много общего – общих целей и общих задач, общих озабоченностей и общих угроз – так что Обама с Медведевым должны договориться, как эти проблемы сообща решать.
А вся грозная риторика последнего времени, эти заявления о врагах, об асимметричных ответах, о перенацеливании ракет и прочая шелуха – все это должно остаться в прошлом. Ведь Америка и Россия очень похожи по своему менталитету, по целям экономического развития, по отношению к основным угрозам. И Байден правильно говорил со ссылкой на Обаму о том, что нам предстоит сделать. И разоружение – действительно задача актуальная, промедление здесь опасно. Я думаю, что мы успешно договоримся, с чего в этой сфере начинать, что сокращать и как действовать дальше.
Однако общая повестка дня двух лидеров гораздо шире, и первой строчкой в ней стоит экономический кризис. Беда, как известно, сближает, и нам надо вместе из него выходить, помогая при этом остальным, более слабым. Взаимодействуя одновременно и по всем другим актуальным для двух стран вопросам – разоружению и нераспространению, борьбе с терроризмом и фундаментализмом, борьбе с коррупцией и бедностью, выработке общих программ в сфере энергетики, образования, экологии.
В общем, как я уже сказал, объединяет нас гораздо больше, чем разъединяет, это надо понять и надо действовать в этом направлении. Поскольку нерешаемых проблем не бывает и главное – захотеть их решить. Так что я считаю, что предстоящая встреча двух президентов с холодным миром покончит навсегда, и после этого, наконец, наступит теплый мир. От которого, я уверен, станет теплее и всем остальным.