Планы по введению уроков религиоведения в школах Кыргызстана вызывают разногласия

Правительство Кыргызстана заявило о намерении ввести в учебную программу средних школ курс религиозного образования, надеясь таким образом разрешить проблему роста исламского экстремизма в стране.

Критики, однако, задаются вопросами о том, кто будет преподавать новый урок, на какие средства Министерство образования планирует его ввести, да и уместно ли религиозное образование в школьных кабинетах вообще?

Хотя инициатива находится на ранней стадии разработки, и немногое известно о предполагаемой учебной программе, IWPR все же удалось узнать у одного из чиновников Министерства образования (на условиях анонимности), что правительство надеется при помощи уроков религиозного образования удержать молодежь от вступления в «сомнительные религиозные организации».

Кыргызстан является светским государством, где присутствие религии в той или иной форме в школах запрещено. Однако после того, как министр образования Нур уулу Досбол объявил о планах по введению в школах нового предмета, ситуация может измениться.

Он сообщил, что такое решение было принято после случаев насилия, связанных с экстремистскими религиозными группировками, ссылаясь на недавние вооруженные нападения на работников милиции и таможни, произошедшие на юге страны, причастными к которым считают членов радикальных исламских группировок. Предполагается, что на уроках ознакомят с основами главных религиозных учений, отличных от слишком радикальных.

Большая часть населения Кыргызстана — мусульмане, и до 15% его граждан — это последователи русской православной церкви; и правительство опасается, что вооруженные исламские группировки, присутствующие в стране, будут пытаться политизировать ислам в Кыргызстане так же, как это было сделано в Иране и Афганистане. Лидером среди таких группировок принято считать запрещенное исламское движение «Хизб-ут-Тахрир» — наиболее активное на юге страны и расцениваемое как прямая угроза национальной стабильности.

Власти относятся с подозрением и к таким импортированным религиозным течениям, как евангелисты, свидетели Иеговы, адвентисты седьмого дня и последователи преподобного Муна.

Предложение ввести обязательное религиозное обучение для 1 200 000 школьников страны вызвало неоднозначную реакцию.

Проректор Исламского университета Равшан Акимбай уулу поддерживает эту инициативу, но его настораживает возможность проникновения в ряды преподавателей последователей радикального ислама.

«Такая угроза существует. Ведь религиозное воспитание по ответственности сопоставимо с работой врачей; если медики охраняют тело, то мы — души, и очень важно, кто именно будет преподавать этот предмет. Если это будут профессионалы, то мы только за», — сказал Акимбай уулу.

Такой взляд разделяет и политолог Нур Омаров, который считает, что правительство движется в правильном направлении. Но он отмечает, что преподавателями предмета не должны быть представители духовенства, а изучение предмета должно быть добровольным. Его также волнует, что у Министерства образования просто не окажется средств на приобретение новейших учебников, содержание которых отражает современную реальность.

«Еще абсолютно не продумана стратегия», — говорит Омаров.

Представитель Министерства образования признал тот факт, что ограниченные финансы станут причиной некоторых проблем, но в то же время уверил, что к преподаванию предмета будут привлечены учителя истории и языков, а не духовные лица.

«Введение хотя бы одного часа на изучение предмета в 2050 школах по республике потребует миллионные затраты на подбор или переквалификацию кадров. Учитывая возможности нашего бюджета, это очень сложно. У нас нет возможности подобрать новых учителей для нового предмета, придется переквалифицировать учителей истории или филологов. Так что это работа не одного года. Но если данный предмет все-таки будет введен, то мы будем требовать: ни один работник духовенства, к какой бы религии он ни принадлежал, не должен быть вовлечен в процесс», — говорит он.

Несмотря на то, что большинство учителей, опрошенных IWPR, не смогли привести примеров вступления школьников в экстремистские группировки, некоторые из них не отрицают такой возможности и считают, что религиозное образование будет способствовать предотвращению таких случаев.

«Ведь обычно молодежь многие вещи делает неосознанно, под влиянием каких-то сиюминутных влечений, — говорит Нургуль Мурзаева, школьный учитель из села Мраморное, что близ Бишкека. — Если в школе будут объяснять классические религии подробно и грамотно, то это даст школьникам возможность адекватно оценить ситуацию и понять, насколько правильно или неправильно он делает, вступая в ту или иную религиозную организацию. Изучение классических конфессий, мне кажется, даст возможность удержать многих школьников от вступления в экстремистские религиозные течения».

По мнению других преподавателей, религии не место в школах.

«Если мы ставим целью предотвратить вступление молодежи в разного рода религиозные течения, то введение в школьную программу такого предмета не является выходом. Мне кажется, что вопрос вступления в религиозную секту или течение решается на семейном уровне, а не в школе», — говорит бывший преподаватель русского языка в одной из бишкекских школ Ольга Сумарокова.

Глава неправительственной организации «Перемена» Алмаз Тажыбай согласен с тем, что введение религиозного образования — не есть способ борьбы с экстремизмом среди молодежи, поскольку те, кто вступают в запрещенные организации, зачастую не посещают школы вообще. Средства, которые будут потрачены на переподготовку учителей, по его мнению, стоит направить на попытки убедить таких молодых людей вернуться в школы.
«Это будет дешевле и эффективней», — говорит Тажыбай.

Султан Каназаров, корреспондент радио «Азаттык» (кыргызская служба радио «Свобода»).