Существует определенная зависимость между уровнем бедности, наличием политических свобод и активностью террористов. Однако экономика играет в деле производства террористов весьма ограниченную роль.
Многочисленные исследования показывают, что неблагоприятные экономические условия повышали вероятность государственных переворотов и политической нестабильности. Кроме того, некоторые исследователи обнаружили взаимосвязь между экономическими показателями и риском начала гражданских войн, в то время, как политические факторы оказывали на них незначительное влияние. Так как терроризм является одним из проявлений политического конфликта, то возможно предположить, что экономические невзгоды также повышают риск активизации террористов в той или иной стране.
По данным Альберто Абади из Гарвардского Университета, для бедных стран риск террористических атак невысок. Уровень политической свободы имеет значительно более сильную, хотя и не однозначную, связь с риском возникновения террористических очагов. Страны со средним уровнем политической свободы чаще встречаются с проявлениями террористической деятельности, чем страны с высоким уровнем свободы, или страны, в которых правят авторитарные или тоталитарные режимы. Кроме того, как показывает опыт Ирака, а до этого России и Испании, переходный период от авторитарного режима к демократии может сопровождаться ростом террористической активности.
Абади также доказывает, что географические факторы, такие, как тропический климат и обилие гор, также имеют большое значение при исследовании возможности возникновения рисков, связанных с терроризмом. В труднодоступных местностях террористам намного легче организовывать свою деятельность, проводить тренировочные занятия, обеспечивать финансирование своих операций, например, за счет производства и транспортировки наркотиков. Неспособность некоторых государств мира бороться с терроризмом часто оправдывается именно труднодоступностью местности, где они базируются — в Афганистане это горы, в Колумбии — тропические леса.
Абади приходит к выводу, что определенной связи между терроризмом и экономическими показателями не существует. Вместе с тем, автор обнаруживает сильную, хотя и не прямую связь между терроризмом и уровнем политической свободы общества.
Другие исследователи — Алан Крюгер из Принстонского Университета и Джитка Малечкова из Университета Чарльза — утверждают, что связь между уровнем бедности и уровнем образования населения и его вовлеченности в террористические атаки, весьма невелика. Наоборот, в некоторых случаях наблюдается противоположное явление — богатые и образованные люди чаще становятся террористами, чем их бедные и малограмотные соплеменники. Авторы объясняют это тем, что более образованные люди из более обеспеченных семей чаще склонны участвовать в политической жизни, отчасти потому, что политическая активность требует определенного уровня заинтересованности, знаний и готовности тратить силы и время в защиту своих политических идеалов. У необразованных и бедных на подобные занятия просто не хватает сил, средств и времени. Кроме того, международные террористические организации могут отдавать предпочтение более образованным лицам из высшего и среднего класса, так как последним будет намного легче проникнуть в новую среду, создать сеть сторонников и осуществить теракт.
Таким образом, повышение уровня экономического благосостояния и образования не повлечет за собой автоматического уменьшения террористической активности. В сфере образования, как считают авторы, необходимо не только совершенствовать количественные показатели (например, увеличить срок обучения или уменьшить размеры классов), но также кардинально пересмотреть содержание учебников. Террористы чаще всего появляются в странах, где существуют серьезные проблемы в области гражданских прав и свобод, то есть, корни терроризма лежат, скорее всего, в политической, а не в экономической плоскости.
Бедность на национальном уровне может косвенно влиять на проявления терроризма, так как бедность и экономические невзгоды, во многих случаях, являются причиной начала гражданских войн. Тем не менее, наличие гражданской войны еще не является гарантом возникновения терроризма. Терроризм развивался во многих странах, где гражданских войн не наблюдалось. Таким образом, если связь между гражданскими войнами и террором не ясна, то связь между экономическими условиями и терроризмом также трудно установить.
Аналогичные результаты были получены другими учеными. Так Чарльз Рассел, профессор Колледжа ВВС США и Школы Специальных Операций ВВС США, проанализировал биографии более 350 человек, принявших участие в террористических актах, проведенных в Латинской Америке, Европе, Азии и на Ближнем Востоке с 1966 по 1976 годы. Список включал членов 18 террористических группировок. Исследование показало, что большинство участников террористического подполья имеют весьма солидный уровень образования. Две трети из них имели высшее образование и даже научные степени. Также две трети арестованных террористов были выходцами из семей, принадлежащих к среднему и высшему классу их обществ.
По данным Марка Сейджмэна, старшего научного сотрудника Института Внешнеполитических Исследований Центра Стратегических и Международных Исследований, подавляющее большинство террористов являются представителями среднего класса, а их лидеры и вовсе происходят из обеспеченных слоев населения, занимающих высокое социальное положение. Причем, как правило, они происходят из семей, придерживающихся весьма умеренных религиозных взглядов. Две трети террористов учились в высших учебных заведениях, большей частью — в светских.
Одним из «полей боя» с исламским терроризмом стал Интернет. Борьба с «сетевым джихадом» имеет множество проблем, поскольку вместе с грязной водой возможно выплеснуть и ребенка: любое ограничение процесса распространения информации во Всемирной Сети неизбежно угрожает основам основ Интернета — его анонимности, всеобщности и отсутствию цензуры.
Стивен Ульф, старший научный сотрудник исследовательского центра Jamestown Foundation, опубликовал доклад о распространении идеологии исламского экстремизма в сети Интернет. Любопытно, что согласно его выводам, киберджихад ведут в основном
Ульф проанализировал содержание десятков исламистских сайтов, авторами которых являются жители многих государств, и сделал вывод, что они имеют весьма общие черты. Фактически, они создают новую идеологическую среду во Всемирной Сети. Если во многих странах мечети, где проповедуют радикально настроенные имамы, находятся под наблюдением спецслужб, то Интернет создает некую «глобальную мечеть», которую проконтролировать трудно, если вообще возможно.
Ульф указывает, что
Часто встречается утверждение, что исламский «Новый Мировой Порядок» должен заменить нынешний беспорядок. Для достижения этой цели каждый мусульманин должен стать на путь Джихада. Часто подвергается сомнению квалификация, честность и религиозность исламских ученых, выступающих против ведения тотальной религиозной войны. На сайтах исламистов авторитет «умеренных» лидеров опровергается, контраргументы предлагается игнорировать. К примеру, несмотря на мнение исламских ученых, захваченных в плен врагов следует казнить (часто в качестве способа казни предлагается отрубание головы).
Американские исследовательские центры достаточно давно пытаются отслеживать феномен
Ныне принято считать, что Интернет стал одной из причин возникновения «нового терроризма» — децентрализованных, не имеющих единого штаба, организаций, объединенных идеологией и сетями электронных коммуникаций. Всемирная Сеть используется для коммуникации террористов друг с другом и с окружающим миром. Габрел Вейманн, автор книги «Террор в Интернете. Новая Арена. Новые Вызовы», отмечает, что Интернет используется для обмена и сбора информации, координации атак, пропаганды, сбора средств и рекрутинга. По его оценкам, за последнее десятилетие (книга была издана в 2004 году), число сайтов, которые поддерживают различные террористические структуры, выросло с менее, чем 100 до 4.8 тыс. Однако здесь возникают проблемы с тем, как определить, какие сайты действительно принадлежат террористическим структурам или отдельным террористам, а какие поддерживаются сочувствующими идеологии терроризма. В 2005 году на слушаниях в Конгрессе США представители Пентагона сообщили, что они постоянно отслеживают примерно 5 тыс. исламистских сайтов, причем особое внимание уделяется примерно ста. Постоянный мониторинг «террористического Интернета» иногда приводит к значительным результатам: к примеру, за несколько часов до взрыва железнодорожного вокзала в Мадриде (март 2004 года), германские спецслужбы обнаружили соответствующую информацию на одном из исламистских сайтов и даже успели сообщить о готовящейся атаке испанским коллегам.
По оценкам исследовательской организации Совет по Внешней Политике, вероятно наибольших успехов
По данным исследовательского SITE Institute, за период с 2001 по 2003 год тысячи американских мусульман получали письма от представителей «Аль Каеды», которые призывали их присоединиться к джихаду против США. При этом им присылались ссылки на сайты, на которых содержались детальные инструкции о путях присоединения к террористам, базовая информация об изготовлении взрывных устройств и т.д. Есть сайты, на которых исламских террористов обучают проводить хакерские атаки.
В Сети появились и свои террористические «звезды». В октябре 2005 года в Лондоне был арестован
По данным Международного Института Антитеррористической Политики, террористы уже использовали или в состоянии использовать такие виды «кибероружия», как компьютерные вирусы, «черви» и «троянские кони», «логические бомбы» и т.д. Однако на сегодняшний день наиболее популярным и заметным видом кибертерроризма является взлом сайтов и размещение на них лозунгов и призывов. Вероятно, единственный раз подобным образом отметилась «Аль Каеда» — после начала войны в Ираке группа пакистанских хакеров, назвавшая себя Al Qaeda Alliance Online, разместила соответствующие сообщения на одном из сайтов Пентагона и сайте Национальной Администрации по Исследованию Океанов и Атомсферы. Однако, по мнению Джеймса Люиса, директора отдела технологической политики Центра Стратегических и Международных Исследований, это не более, чем граффити. Ущерб от подобных деяний невелик. В 2004 году Исследовательская Служба Конгресса США пришла к выводу, что террористы, скорее всего, предпочтут использовать традиционные, более простые и смертоносные методы, не увлекаясь кибервойной. Этот вывод впоследствии подтвердили многие иные исследователи.
Одной из проблем борьбы с