Быть или не быть в Карелии второму государственному языку за граждан республики решит парламент. По просьбе Сергея Катанандова @ в Конституцию республики внесены изменения, и всенародный референдум по "языковому" вопросу теперь исключается, сообщает «Северный курьер».
Депутатам на последнем парламентском заседании предложили голосовать сразу за пакет конституционных правок. Тут и переименование двух министров, и уничтожение Вепсской волости, как самостоятельной административной единицы, и порядок назначения Конституционных судей, и еще с десяток не слишком принципиальных, но нужных статей. И, как бы под шумок затесался в этот общий пакет "языковой" вопрос, - кому и как решать, будет у нас второй государственный язык, или нет. Как говорили в кулуарах, - затесался не случайно. Выдели его глава республики, что называется, в отдельное производство - неизвестно, как бы проголосовали, да и перед народом как-то неудобно, а за все скопом - прокатит, как по маслу. - А как же граждане, у которых мы отнимаем право самим решать, нужен язык, или нет? - попробовала бунтовать депутат Русакова.
- А вы тут карельским никого не пугайте, я, например, буду все равно говорить на русском. Тем более, мы на комитете проголосовали за этот вопрос единогласно!" - наступал Юрий Шабанов.
- Зачем мы в очередной раз хотим загораживаться от общества? Это все только политические соображения главы республики и правительства. Им для хорошего общения с Москвой нужно показать, что в Карелии, дескать, национальные проблемы, и решить их может только Катанандов с командой, и только он, и никто другой. Да еще денег на это можно попросить! Всякие Шаймиевы только на этом и живут! - возмущался Мосунов.
- Ничего плохого в Шаймиеве нет. А в Швейцарии, например, три государственных языка, - показывал кругозор министр финансов Колесов.
- Нет у нас никаких национальных проблем, значит, - будут! Вы что, хотите Чечню вторую у нас сделать!? Мы не можем сами решить судьбу 730 тысяч избирателей. Сергей Катанандов обещал части населения закон о языке и теперь отрабатывает. Но подумайте, как может взбудоражиться народ, если мы второй язык все-таки введем, да еще, никого не спросив. И сколько это будет стоить для республики! И мы же останемся виноватыми, если людей не спросим! - предостерегала Петеляева.
В итоге за конституционные поправки вместе с "языковой" проголосовали всего 34 депутата (со времен начала работы нового парламента это один из первых и удивительных фактов неподчинения обычно подчиняющегося правительству большинства). Этих голосов оказалось недостаточно для принятия закона в первом чтении. - Я осмелюсь попросить переголосования! - пошел ва-банк Андрей Манин. - Переголосовать, переголосовать! Куда-то еще пять человек делось, где их потеряли? - в своем обычном репертуаре был депутат Уханов.
Законопроект Сергея Катанандова в буквальном смысле шантажом протолкнули со второго раза. Недостающие голоса добрали, ровно столько, сколько нужно - 38. Теперь по нашей Конституции вопрос о том, быть или не быть второму языку отдан на откуп все тем же депутатам, - читай, правительству.
Депутатам на последнем парламентском заседании предложили голосовать сразу за пакет конституционных правок. Тут и переименование двух министров, и уничтожение Вепсской волости, как самостоятельной административной единицы, и порядок назначения Конституционных судей, и еще с десяток не слишком принципиальных, но нужных статей. И, как бы под шумок затесался в этот общий пакет "языковой" вопрос, - кому и как решать, будет у нас второй государственный язык, или нет. Как говорили в кулуарах, - затесался не случайно. Выдели его глава республики, что называется, в отдельное производство - неизвестно, как бы проголосовали, да и перед народом как-то неудобно, а за все скопом - прокатит, как по маслу. - А как же граждане, у которых мы отнимаем право самим решать, нужен язык, или нет? - попробовала бунтовать депутат Русакова.
- А вы тут карельским никого не пугайте, я, например, буду все равно говорить на русском. Тем более, мы на комитете проголосовали за этот вопрос единогласно!" - наступал Юрий Шабанов.
- Зачем мы в очередной раз хотим загораживаться от общества? Это все только политические соображения главы республики и правительства. Им для хорошего общения с Москвой нужно показать, что в Карелии, дескать, национальные проблемы, и решить их может только Катанандов с командой, и только он, и никто другой. Да еще денег на это можно попросить! Всякие Шаймиевы только на этом и живут! - возмущался Мосунов.
- Ничего плохого в Шаймиеве нет. А в Швейцарии, например, три государственных языка, - показывал кругозор министр финансов Колесов.
- Нет у нас никаких национальных проблем, значит, - будут! Вы что, хотите Чечню вторую у нас сделать!? Мы не можем сами решить судьбу 730 тысяч избирателей. Сергей Катанандов обещал части населения закон о языке и теперь отрабатывает. Но подумайте, как может взбудоражиться народ, если мы второй язык все-таки введем, да еще, никого не спросив. И сколько это будет стоить для республики! И мы же останемся виноватыми, если людей не спросим! - предостерегала Петеляева.
В итоге за конституционные поправки вместе с "языковой" проголосовали всего 34 депутата (со времен начала работы нового парламента это один из первых и удивительных фактов неподчинения обычно подчиняющегося правительству большинства). Этих голосов оказалось недостаточно для принятия закона в первом чтении. - Я осмелюсь попросить переголосования! - пошел ва-банк Андрей Манин. - Переголосовать, переголосовать! Куда-то еще пять человек делось, где их потеряли? - в своем обычном репертуаре был депутат Уханов.
Законопроект Сергея Катанандова в буквальном смысле шантажом протолкнули со второго раза. Недостающие голоса добрали, ровно столько, сколько нужно - 38. Теперь по нашей Конституции вопрос о том, быть или не быть второму языку отдан на откуп все тем же депутатам, - читай, правительству.