Грузия и НАТО: удастся ли Михаилу Саакашвили уложиться в срок?

15 августа в рамках первой фазы шестой активации корабли Черноморской группы военно-морского сотрудничества «Blackseafor» после четырехдневной стоянки вышли из порта Севастополь и взяли курс на грузинский порт Батуми. Во время выхода из Севастопольской бухты фрегат Военно-Морских Сил Болгарии «Смели», фрегат Военно-Морских Сил Румынии «Контр-адмирал Еустатиу Себастьян», фрегат Военно-Морских Сил Турции «Тургутрейс», корабль управления Военно-Морских Сил ВС Украины «Славутич» и большой десантный корабль Черноморского флота Российской Федерации «Цезарь Кунников» отработали проведения по тралам морского тральщика ВМС ВС Украины «Чернигов». Запланировано, что на переходе морем к порту Батуми экипажи кораблей соединения проведут обучения по противоминной обороне, контролю надводной и воздушной обстановки, плаванию в ордерах, тактическому маневрированию, огневой поддержки, связи, наблюдению за гражданскими судами и самолетами, передаче грузов, перехвату и сопровождению судна-нарушителя, предоставлению помощи поврежденному кораблю и спасению человека, который оказался за бортом, сообщает «Параллель-Медиа».

22 августа в Батуми морские учения завершатся. А 13–14 сентября в Национальной академии обороны Грузии пройдут новые — на этот раз, в рамках программы НАТО «Партнерство ради мира». Организаторами учений в сфере обмена и управления информации e-PRIME, как сообщили в Министерстве обороны Грузии, являются НАТО и правительство Швейцарии. Целью учений является информирование будущих потребителей программы о ее возможностях и эффективном использовании. В них примут участие представители различных министерств Грузии, Армении и Азербайджана и Молдовы, сообщает «Day.az».

А на прошлой неделе президент Грузии Михаил Саакашвили на заседании правительства поручил премьер-министру, министрам обороны и финансов создать в ближайшие месяцы в Грузии новые лагеря резервистов по лучшим мировым стандартам. Как сообщил руководитель департамента Национальной гвардии Минобороны Грузии Акакий Бобохидзе, в течение ближайшие 6–8 месяцев число резервистов в Грузии составит 100 тысяч человек. По его словам, на первом этапе в Грузии будут сооружены четыре стационарных лагеря подготовки резервистов. В связи с чем «все боеспособные мужчины и женщины должны пройти подготовку в лагере резервистов и повысить боевые навыки». При этом А.Бобохидзе отметил: «Не должно иметь значения, будет резервистов 100 или 200 тысяч. У всех граждан одинаковые обязательства перед страной и они должны выполнять их», отмечает «Day.az».

Аналогичного мнения придерживается и президент Михаил Саакашвили, который считает, что базовые навыки резервиста должен получить каждый житель республики в возрасте до 40 лет. В начале августа главнокомандующий грузинской армии сам прошел курс тренировок в лагере резервистов Осиаури. При этом в свободное время он посвящал чтению «Искусства войны» Сунь-Цзы на английском языке…

Комментируя тему, «Радио Свобода» отмечает, что по росту военных расходов Грузия опередила большинство стран мира. Если в 2003 году на нужды армии правительство Шеварднадзе истратило около 50 миллионов долларов, то в 2006 фактические расходы на нужды обороны (не только из бюджета, но и разных фондов) увеличились в десять раз и достигли полумиллиарда долларов. Однако Михаил Саакашвили считает наиболее важным направлением привлечение широких слоёв населения к строительству вооружённых сил. Любимым детищем грузинского лидера стало движение резервистов. Ежегодно тысячи людей на добровольной основе проходят подготовку по специальной программе в лагерях резервистов, разбросанных по всей территории страны, в том числе вблизи зон конфликтов вокруг Абхазии и Южной Осетии.

В нынешнем году президент Грузии решил личным примером поддержать резервистов и заявил, что проведёт свой десятидневный отпуск не на черноморском побережье (как в прошлые годы), а в обычном лагере резервистов в меле Осиаури, что в 25 километрах от Цхинвали.

Рядовой резервного батальона Михаил Саакашвили жил в обычной палатке вместе с несколькими депутатами грузинского парламента, членами пропрезидентской партии «Единое национальное движение», которые, конечно, тут же воспылали желанием послужить родине в одном строю с президентом.

Во время подготовки в лагере Михаил Саакашвили спал на обычной кровати, вставал в шесть часов утра, стоял в строю, обедал вместе с сослуживцами и совершил 25-километровый марш-бросок. Он также почти ежедневно встречался с журналистами и делал важные политические заявления, усиливая, тем самым, государственное значение формы и содержания своего отпуска. «В тех условиях, когда против нас скрежещут зубами, мы должны быть готовы в любое время поставить под ружьё сто тысяч резервистов. Я уже дал распоряжение министру обороны построить в лагерях резервистов коттеджи вместо палаток, чтобы резервистов можно было подготавливать весь год, а не только летом. Кроме того, каждый гражданин страны от 25 до 40 лет, согласно новому законопроекту, будет обязан ежегодно проходить двухнедельные сборы резервистов» — заявил президент.

Какова концепция военной политики Михаила Саакашвили и  что сейчас представляет собой грузинская армия? Об этом рассказал тбилисский военный эксперт Коба Ликликадзе:

"Одно из основных обещаний в программе президента, когда он еще после «революции роз» встречался с военными, он сказал, что сделает все, чтобы военная служба была приоритетной. Тогда и создавалась идея такой широкомасштабной мобилизации грузинской армии, хотя из-за ограничения финансов в прошлом году подготовлено около 3 тысяч человек. В обществе смотрят на это по-разному. Потому что первый поток мобилизации все-таки касался так называемого административного ресурса. Тут же в обществе и в прессе появилось такое сравнение, что Саакашвили создает как бы другой «Мхидриони». Последнее заявление Саакашвили мотивировано тем, чтобы как бы обществу показать, что на самом деле мобилизации подлежат все граждане, а не только административный ресурс. Саакашвили очень хитрый политик. Он этим делает как бы тест оппозиции…

В то же время, бюджет армии Министерства обороны вырос чуть ли не в 10 раз. Тратятся очень большие деньги на обучение, на оснащение, на питание, на ремонт казарм. Из-за этого престиж армии растет. Уклонистов становится все меньше и меньше. С другой стороны, Саакашвили обещает каждому человеку после демобилизации найти работу. Чуть ли не перед каждым новостным выпуском идут такие ролики, чисто пропагандистские. Естественно, численность армии растет.

Но есть и обратная сторона медали. Армейские структуры, Министерство обороны сейчас являются самыми замкнутыми для общества… В то же время рейтинг министра обороны очень высокий. И наверное, это показывает какие-то очень опасные тенденции в грузинском обществе. Потому что силовые призывы нынешней Грузией воспринимаются очень на высоком уровне. Люди доверяют им.  Люди доверяют Окруашвили, который сказал, что он  в январе встретит Новый год в Цхинвали. Люди не задумываются, как это он встретит, но им это нравится. Последние опросы общественности показывают, что у него рейтинг большой…

 Что же касается грузинской армии, что по своим структурам она формируется по структурам НАТО. Уже четыре года в грузинских подразделениях обучение проводят американские инструктора. Может быть, сейчас чуточку симбиоз такой остается. Естественно, есть какие-то советские элементы. Допустим, обязательной войсковой службы. Наверное, не все офицеры переквалифицировались сейчас. При этом оружие остается российским.

Новое российское оружие Грузия закупает у «Укрспецэкспорта». Часто вооружение поступает из бывших стран Восточной Европы. «Су-27» у Грузии нет, зато есть «Су-25», который модернизируется на базе Тбилисского авиационного завода. Также у нас есть, естественно, «Ми-28» и «Ми-24» (это уже вертолеты) и «Ирокезы» американского производства. Они применялись еще в войне во Вьетнаме. Естественно, они старого образца, но они отремонтированы и пригодны…

Флот формировался постепенно, когда начали налаживаться отношения со странами Запада и появились договоры о военном сотрудничестве. Первые два-три катера нам подарила Греция, потом мы что-то из Румынии получили, из Болгарии. Вот так грузинские вооруженные силы, военно-морские силы накапливались. Украинцы продали за очень низкую цену три катера, по-моему, МДК.

Численность сухопутных войск колеблется от 20 до 30 тысяч человек. И внешне грузинская армия сейчас выглядит более прилично, чем это было даже года 3–4 назад. Говоря о том, что боеспособность выросла у грузинской армии, эту гипотезу многие военные эксперты ставят под сомнение. Потому что грузинская армия освобождается от тех людей, которые имели боевые навыки, людей, которые прошли Абхазию и Южную Осетию. Зато сейчас вырастает число тех, которых американцы готовят на полигонах, которые прошли Ирак, Косово. Беда грузинской армии была не в том, что у кого-то отсутствовала храбрость, а в единоначалии"…

Как известно, вступление Грузии в НАТО, желательно к 2008 году, Михаил Саакашвили объявил одним из своих главных приоритетов на посту президента. Удастся ли ему реализовать эту цель?

Власти Грузии давно уверяют, что со дня на день, мол, постучимся в двери НАТО. Возможно, уже и стучимся, но главное, откроют ли нам? — спрашивает «Georgian Times». Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер заявил недавно: если Украина и Грузия будут готовы к членству в НАТО, мы их примем. И в этом смысле многозначительно заявление президента Буша во время последнего визита в США Саакашвили: для интеграции в НАТО Грузии предстоит многое осуществить. Это заявление было сделано, когда рядом с Джорджем Бушем стоял Михаил Саакашвили. Теперь зададимся вопросом, есть ли у нас люди, которые сумеют это ’многое’ претворить в жизнь? — предлагает газета и  приводит пессимистический вариант ответа:

- Если верить военному эксперту, руководителю ассоциации ’Право и справедливость’ Шалве Тадумадзе, то, к сожалению, в наших вооруженных силах мало кто найдется, способный сделать это ’многое’, несмотря на то, что со стороны власти действительно есть политическая воля к членству в Северо-Атлантический альянс.  Неверно и заявление о том, что Грузия уже выполнила план индивидуального партнерства с НАТО ’Айпап’ (IPAP) и скоро перейдет на более высокую ступень — ’Мап’ (MAP), т.е. на план действий кандидата в члены НАТО. На самом же деле, программа ’Айпап’ (IPAP) нами не выполнена.
Для справки. ’Айпап’ — составная часть программы ’Пиэфпи’ (’Партнерство ради мира’), в которой Грузия участвует с 1994 года. Как это ни удивительно, но план индивидуального партнерства Грузия сама предложила НАТО еще в 1996 году, но тогда нам отказали в его принятии. Потом этот вопрос был отложен, и отношения в рамках программы ’Партнерство ради мира’ продолжались в другом направлении.
В пределах этой программы для Грузии подготовили военные кадры. Кроме того, мы приняли участие в международных учениях, операциях и других плановых мероприятиях. А в 2004 году представили и презентационный документ в виде плана действий по программе ’Индивидуального партнерства’.(’Айпап’).
Исходя из принципа открытых дверей НАТО, ’Айпап’ (IPAP) — двухгодичный план. Выполнит его государство или нет, существенного значения не имеет, он все равно по истечении срока закрывается и не будет продолжен. А теперь давайте вникнем, посмотрим, что именно из предусмотренного программой ’Айпап’ нами не выполнено.
С этой целью ассоциация ’Право и справедливость’ провела мониторинг и на основании полученных данных утверждает, что невыполненными остались 16 пунктов. Первый и важнейший из ни — демократический контроль над вооруженными силами, что предусматривает размежевание функциональных обязанностей между военными и гражданскими лицами в Минобороне. То есть, гражданский министр обороны не должен вмешиваться в военные вопросы, соответственно, военным в министерстве обороны не положено осуществлять политическое управление.
Руководить выполнением стратегических заданий должен Генеральный штаб, но на практике происходит совершенно иначе. К сожалению, министр обороны появляется чаще в военной форме, чем в гражданской форме, т.е. и это требование НАТО не выполняется. Причина, по мнению военного эксперта, в отсутствии нормативной базы, в которой было бы четко разграничено, где кончаются военные полномочия министра обороны и начинаются управленческие полномочия начальника Генштаба.
Так что с военной точки зрения, у нас довольно слабое законодательство, поэтому между министром обороны и начальником Генштаба нередко имеет место дублирование обязанностей.
Теперь коснемся и вопроса о том, как распоряжаются финансами, выделенными для министерства обороны. Как ни странно, Палата контроля в течение последних двух лет данное ведомство вообще не ревизовала. Проверка была проведена лишь в Фонде развития армии, да и то парламентской группой доверия.
Однако группа, которой была доверена эта проверка, полностью укомплектована членами той политической команды, которую представляет и министр обороны. Оппозицию туда не включили, поэтому работа группы доверия оказалась неэффективной.
Удивление военного эксперта вызывает и то, что 400-миллионный бюджет обороны уместили всего в семи разделах. Эти семь разделов охватывают и зарплаты, и расходы на питание, капитальные затраты, отчисления, командировочные и т.д. Но суммы расписаны так туманно, что остается непонятным, как, почему и на какие конкретно цели потрачены те или иные средства. В частности, по данным того же военного эксперта Тадумадзе, на капитальные расходы в бюджете ассигновано 117 миллионов лари. Но нигде не указано, на что именно они должны быть потрачены. Известно, что в капитальные расходы входит и строительство базы. Скажем, на строительство одной базы потрачено 17 из 117 миллионов. Но ведь должны же мы знать, куда ушли остальные 100 миллионов Однако эти данные не указаны.
Кроме того, невыполненным осталось и требование программы ’Индивидуального партнерства’ определить управление родами войск, У нас есть сухопутные, военно-морские и воздушные военные силы, а также департамент гвардии, однако ни у кого из них нет своего Положения, более того, нет и своих командующих в течение уже двух лет. Гвардия переделана в департамент, но всего несколько месяцев, как туда назначен начальник. А до этого руководство осуществлял командующий или исполняющий его обязанности.
Но исполняющий обязанности — должность непрочная, соответственно эффект управления тоже нулевой. Показательно, что на протяжении двух лет в военно-воздушных силах трижды сменялись исполняющие обязанности командующего, а в морских — дважды. А это значит, что в управленческом звене имеются довольно серьезные проблемы. Не очень понятна и кадровая политика. Множество вопросов возникает также в связи с планированием и состоянием логистики.
В советский период логистикой называли службу тыла, но в НАТО она переведена в совершенно иной формат. Это комплексное обеспечение, которое охватывает не только службу тыла, но и вооружение, технику, медицинскую службу. В одно время и у нас попытались приблизить логистику к стандартам НАТО, но затем снова вернулись к советской модели, по-прежнему выделив в отдельные структуры тыловую, медицинскую службы, снабжение вооружением, техникой. Во всяком случае, так зафиксировано на сайте Минобороны.
Кроме того, в родах наших войск отсутствует и система управления, соответствующая современным стандартам. К примеру, в военно-воздушных силах осуществляется абсолютно непонятное управление, приблизительно такое же, как в советский период. Аналогичное положение и в военно-морских силах. Одним из обязательств, предусмотренных программой ’Айпап’ (IPAP), был и стратегический обзор обороны. Но и тут довольно серьезные проблемы.
В обзоре должно было найти отражение видение и планирование дальнейшего развития вооруженных сил. К сожалению, такого планирования не производится. Поэтому стратегический обзор представляет собой абсолютно непонятный документ. Более того, грузинская сторона так спешила его принять, что подготовила документ сразу на английском языке и грузинским вариантом не располагает, а это — нарушение закона, — выдвигает еще одну претензию в адрес руководства министерства обороны военный эксперт Тадумадзе.
По его же глубокому убеждению, почти все предстоит сделать и в плане вооружения армии. На приобретение военной техники тратятся сотни миллионов, а покупаем советское или советского стандарта чешское вооружение в лучшем случае производства — 70-ых, а в худшем — 60-ых годов, у которого нет ничего общего со стандартами НАТО. С такой устаревшей техникой оснащенность грузинской армии при проведении совместных операций, скажем, с вооруженными силами Британии, Германии или Турции будет равна нулю, — убежден Шалва Тадумадзе.
Он также утверждает, что, как это ни печально, в грузинских вооруженных силах вообще разрушена правовая система. Действующее сегодня законодательство на 80% слово в слово переведено с советского. Но такого типа законодательства уже нет и в Российской Федерации. Так что и эта проблема существует.
Немаловажно и то, что не выполнено еще одно значительное требование программы ’Айпап’ (IPAP) — нет документов, оценивающих военную опасность. Между прочим, у министерства обороны нет и соответствующих кадров. Подготовка таких документов — обязанность департамента разведки. И хотя министерство обороны фиксирует, что в его ведении есть департамент разведки, который и должен этим заниматься, но в штате данного ведомства никто не работает.
Еще одно из главных требований ’Айпап’ (IPAP) — публичность информации, что тоже не выполняется. ’С заявлениями о предоставлении публичной информации я в минувшем году 17 раз обращался в министерство обороны. И только три раза, да и то через суд, сумел получить необходимые сведения. Между тем, в программе ’Айпап’ (IPAP) записано, что военное управление должно быть прозрачным и публичным, а информация доступна обществу’, — подчеркивает военный эксперт.
Известно, что в период управления министерством обороны Ираклий Окруашвили провел один брифинг и две пресс-конференции. На брифинге глава Минобороны заявил, что принял вооруженные силы в состоянии еще худшем, чем они были в период Шеварднадзе. Потом Окруашвили провел в Крцанисском учебном центре пресс-конференцию, на которой представил свое видение развития министерства обороны. А на последней пресс-конференции заявил: то, что интересует журналистов, меня не интересует. Только этим и ограничило министерство обороны свои отношения с общественностью.
Единственное положительное, чего не отнимешь у оборонного ведомства Грузии, — это участие в миротворческих акциях в Косово, Афганистане и Ираке. Но это, как разъясняет эксперт, никоим образом не связано с программой ’Мап’ (MAP), а осуществляется в рамках программы ’Партнерство ради мира’ (PfP).
В связи с тем, что приближается время оценки выполнения программы ’Айпап’ (IPAP), Грузия изменила тон и заявила, что, мол, с ’Айпап’(IPAP) справляемся, затем примем программу ’Интенсивный диалог’ и следом — ’Мап’ (MAP). Однако в соответствии с принципом открытых дверей НАТО, ’Интенсивный диалог’ не является того типа программой, на которую стоит акцентировать такое же внимание, как на ’МАП’ (MAP).
Теперь предстоит выяснить, продолжим ли мы отношения с НАТО в режиме ’Интенсивного диалога’ или примем программу ’МАП’ (MAP). Все это решится в ноябре на саммите в Риге. Разумеется, переход на ’МАП’ (MAP) станет возможным, если министерство обороны решит до ноября те проблемы, о которых говорилось выше. Впрочем, ’МАП’ (MAP) тоже не является гарантом того, что Грузию обязательно примут в НАТО. Это путем консенсуса решат 26 стран — членов Северо-Атлантического альянса.