Тбилиси

Во вторник в Грузию вернулся посол России Вячеслав Коваленко, отозванный в Москву в сентябре прошлого года после инцидента с задержанием грузинскими властями российских военнослужащих. Все российские агентства процитировали слова президента Путина, сказанные им на встрече с Коваленко 18 января, о том, что посол направляется «в страну, с которой у России на протяжении столетий были не просто особые отношения, а отношения добрососедства и дружбы», но которые сегодня характеризуются «известными проблемами». Нормализация отношений, судя по словам президента, началась « в декабре прошлого года, когда мы подписали соответствующее соглашение о поставках в Грузию российского газа на рыночных принципах». Обращаясь к послу, Путин указал на растущую роль России «в деле урегулирования существующих конфликтов на территории бывшего СССР», что, по его словам, является одним «из важнейших направлений нашей деятельности».
Сам посол обрисовал журналистам свои цели так: «Я возвращаюсь на работу для того, чтобы постараться снять те трудности в наших отношениях, которые существуют и возникли в последнее время. Я надеюсь, что в дальнейшем мне не придется испытывать те эксцессы, которые, к сожалению, произошли в начале осени, и наши отношения с Грузией пойдут вверх по восходящей».
Долог ли будет этот путь? Многие российские наблюдатели сходятся во мнении: беседа Путина с Коваленко и возвращение последнего в Тбилиси, вероятнее всего, дают сигнал о готовности Москвы отменить санкции, введенные против Грузии. По мнению замглавы комитета Леонида Слуцкого, почтовое и транспортное сообщение, а также возможность банковских частных переводов между двумя странами пора восстанавливать. Однако, как утверждает «Коммерсант», Кремль принял решение отменить санкции, введенные против режима Михаила Саакашвили, убедившись в том, что они не только не приносят ожидаемого эффекта, но, напротив, уменьшают зависимость Грузии от РФ. Решение отказаться от антигрузинских санкций было принято в минувшую субботу в Ново-Огареве, где состоялось заседание Совбеза, посвященное российско-грузинским отношениям, на котором были проанализированы последствия комплекса мер, введенных Москвой против режима Михаила Саакашвили. Вопреки некоторым прогнозам, эти санкции к экономическому коллапсу не привели. Согласно докладу МВФ, опубликованному в декабре 2006 года, российское эмбарго не оказало существенного воздействия на грузинскую экономику. Рост ВВП Грузии за 2006 год составил 8%. В 2007 году российские санкции могут привести к его снижению до 6–7% и к увеличению дефицита внешнего платежного счета Грузии на 250–300 млн долларов, предупреждает МВФ, однако, по мнению экспертов фонда, негативные последствия этих процессов могут быть компенсированы иностранной помощью.
Кроме того, миссия МВФ отметила, что грузинскому правительству удалось снизить инфляцию до 10%, и спрогнозировала, что в наступившем году инфляция может уменьшиться до 6%.
Госминистр по реформам Грузии Каха Бендукидзе заявил, что потери Грузии «всем известны: 11,5% ВВП, или 150 млн долларов, это немного». При этом известно и другое. Сильный, но не смертельный удар означает смерть для того, кто его нанес. А санкции, не имеющие «удушающего» эффекта, только усиливают решимость продолжать ту же политику, за которую непокорное государство пытаются «наказать». В результате в Грузии, как считают эксперты,  росли и растут антироссийские и пронатовские настроения. Связи с Азербайджаном, Турцией, Ираном развиваются, с Россией же, наоборот, сворачиваются. К тому же, антигрузинская кампания в России вызвала такую негативную реакцию на Западе, где, как оказалось, далеко не все путают эту страну с американским штатом Джорджия, что для Москвы это превратилось в серьезную проблему. Поэтому предстоящая отмена санкций вряд ли будет выглядеть широким жестом в отношении Грузии. Скорее, она похожа на завуалированную капитуляцию и попытку вскочить в уходящий поезд. Ведь для того, чтобы отношения России и Грузии были испорчены всерьез и надолго, в Москве приложили слишком много усилий…

В Тбилиси на последние события реагируют осторожно и в добрые намерения Москвы не очень то верят. Как заявил министр иностранных дел Грузии Гела Бежуашвили, Грузия намерена предъявить России претензии по возмещению ущерба за выдворение своих граждан как нелегальных мигрантов. А председатель комитета по внешним связям парламента Грузии Константин Габашвили, признавая, что возвращение посла «безусловно, позитивно повлияет на состояние российско-грузинских отношений», призвал «не строить иллюзий, что в одночасье проблемы в двусторонних отношениях будут сняты».
«Решение вернуть посла в Грузию — это всего лишь политический фарс и составляющее звено программы реабилитации имиджа России в мировой политике — считает Грузия Online. — Как известно, Кремль официально заявил, что в 2007 году российское государство готово вложить свыше десятка миллионов долларов в реабилитацию падающего имиджа РФ как государства в глазах мирового сообщества. Однако, для этого только финансовых затрат на дорогостоящие рекламные ролики не достаточно, нужны также в этом направлении и конкретные внешнеполитические шаги».
Решение вернуть посла РФ в Грузию, по мнению аналитиков агентства, было принято по нескольким соображениям. «Первое — если Грузия после „такого доброго жеста“ не откажется проводить российско-грузинские дебаты и предъявить российской стороне свои вполне справедливые претензии, Россия „докажет“ этим „неадекватность действий“ грузинской стороны и таким образом намерена оправдать свои действия против Грузии. Однако, грузинская сторона временно уступила и отказалась от дебатов, тем самым, лишив российскую сторону доказательства „неадекватности поведения грузинских политиков“. Хотя надо отметить, что российской стороне дан т.н. испытательный срок до апреля месяца. В этот период Россия должна доказать своими политическими шагами, что желание нормализации российско-грузинских отношений являются искренними.
Второе — что немаловажно, отзыв из страны своего посла на столь долгое время, тем самым полностью парализовав дипломатические и экономические отношения между двумя странами, в мировой дипломатической практике оценивается как готовность объявления войны, что под сомнение ставит все усилия и старания России закрепить себя как цивилизованное, демократическое государство. Так что о якобы доброй воле президента России и речи не может идти, хотя бы на этом этапе.
Об этом свидетельствуют параллельные шаги российской дипломатии и политические решения. В частности, после того, как министр иностранных дел РФ господин Лавров побывал у Путина вместе с послом России в Грузии и получил наставления от президента, глава российского внешнеполитического ведомства встретился с главой сепаратистского анклава Цхинвальского региона Эдуардом Кокойты. Помимо этого, в своем сообщении официальная веб-страница МИДа РФ представителя сепаратистского анклава упоминает как президента Южной Осетии и его встречу с Лавровым освещает как рабочий визит. Господину Лаврову должно быть известно, что государства Южная Осетия не существует, и никакого президента у этого никем не признанного самопровозглашенного образования (кстати, не без помощи России) нет», подчеркивает «Грузия Online».
"Если ко всему этому еще и приобщить неизменную позицию президента РФ господина Путина к вопросу подхода урегулирования Косовского вопроса как универсального для всех конфликтов на постсоветском пространстве, то ясным становится, что Россия, несмотря на свои заявления о жестах доброй воли в отношении урегулирования российско-грузинских отношений, а также придерживаясь политики двойных стандартов, тем самым продолжая нарушать принципы территориальной целостности Грузии, еще раз подчеркивает, что она не является той нейтральной стороной, которая способна быть медиатором в вопросе урегулирования конфликтов на территории Грузии, а также в остальных конфликтах на территории СНГ.
Учитывая все вышесказанное, Россия не намерена менять свою имперскую политику в отношении Грузии. И, всячески пытаясь предоставить трибуны международных организаций лидерам сепаратистских анклавов, продолжит свою политику в отношении легализации де-факто правительств непризнанных республик.
Но, чтобы Грузия хотя бы чуточку поверила в «истинно добрые намерения» России, последней для начала потребуется хотя бы частично восстановить торгово-экономические отношения с Грузией, восстановить почтовую и транспортную связь, и что самое главное, отказавшись от политики поддержки сепаратистских анклавов, наконец приступить добросовестно выполнять миротворческую миссию в зонах конфликтов в Грузии, тем самым способствовать их урегулированию" — заключает «Грузия Online».

Пессимистично оценивает ситуацию независимый эксперт из Тбилиси Заал Анджапаридзе. Комментируя последние события, он сказал «Евразийскому дому»:
"Антураж, которым был обставлен процесс возвращения, содержал, кроме чисто внешних, рассчитанных на публику моментов, и скрытые акценты. Транслируемое по главным российским телеканалам личное напутствие Президента Владимира Путина послу с подчеркнутым стремлением нормализовать отношения с Грузией как-то плохо вязалось с избранным маршрутом возвращения Коваленко — окружным путем через Армению, единственного оставшегося стратегического партнера России в Закавказье.
Слова Путина о том, что Россия и в дальнейшем будет «предпринимать все необходимые усилия, которые ожидают от нас люди, проживающие на территориях Абхазии и Южной Осетии», произнесенные на встрече с послом, и заявление на совместной пресс-конференции с канцлером ФРГ Ангелой Меркель о том, что присуждение независимости Косово «должно стать прецедентом для урегулирования аналогичных конфликтов на территории СНГ», оставили мало оптимизма по поводу того, что Москва стремится к прорыву в отношениях с Грузией. Ведь общеизвестно, чего ожидают от России сепаратистские регионы, а точнее их марионеточное руководство.
В то время как в Москве, видимо, полагают, что в дипломатической игре мяч теперь на грузинской стороне поля, в Тбилиси со встречными шагами не спешат. В грузинских политических кругах и, особенно, в правящей партии примирительный жест Москвы расценивают не иначе как победу нынешнего грузинского руководства и его курса. В этом, разумеется, есть доля истины. Примечательно, что Россия решила вернуть отозванного посла в Грузию как раз перед намеченными на этой неделе в Парламентской Ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) дебатами о российско-грузинских отношениях. Дебаты, которые явно грозили обернуться еще одним политическим поражением России, были отложены. Хотя противоречия в двусторонних отношениях остались, и России все же придется объясняться перед Европейским сообществом за свои действия в отношении Грузии. Хотя справедливости ради надо заметить, что, судя по некоторым сведениям, конфиденциальный доклад по данному вопросу, подготовленный группой мониторинга ПАСЕ, содержит и критику властей Грузии за их действия во время так называемого «шпионского скандала», который и спровоцировал кризис, имевший все шансы перерасти в масштабный конфликт.
С возвращением в Грузию посла России отношения между Москвой и Тбилиси фактически возвращаются в русло той самой «холодной войны», в которой они пребывали последние десять лет. Россия явно переоценила значимость своих санкций в отношении Грузии. Злорадные прогнозы с броскими заголовками «Судьба режима Саакашвили в руках Путина», «Встретит ли режим Саакашвили Рождество?» и т.д. в большинстве своем не сбылись и в некоторой степени даже сыграли на руку правящему режиму Грузии. Похоже, что в Кремле, правда с запозданием, но осознали, а главное подсчитали соотношение потерь и приобретений от санкций против Грузии и решили немного ослабить хватку.
Показная нормализация отношений с Грузией, видимо, была необходима Москве еще и потому, что Грузия намерена снова поднять вопрос о целесообразности пребывания российских миротворцев в зонах конфликта в Абхазии и Южной Осетии. Однако самое большее, на что может сейчас рассчитывать Москва, это некоторое ослабление антироссийской риторики со стороны Тбилиси.
Кроме сильной поддержки Запада, особенно со стороны нынешней администрации США, у Грузии появляются и экономические аргументы для того, чтобы чувствовать себя более раскованно и уверенно во взаимодействиях с Россией. Медленно, но верно идет освоение новых рынков для грузинских товаров, запрещенных для ввоза в Россию. А главное, идет диверсификация поставщиков энергоносителей. 14 января в Грузию поступила первая порция природного газа по газопроводу Баку-Тбилиси-Эрзерум в рамках проекта Шах-Дениз, финансируемого компанией BP».
Ректор Института общественных дел, специалист по международным отношениям Леван Цуцкиридзе настроен более оптимистично. В интервью «ИнтерпрессНьюс» он сказал:
- В первую очередь, хочу сказать, что дипломатическая платформа в отношениях между государствами является одной из самых важных, и решение о возвращении в Грузию российского посла, безусловно, благоприятное явление. Однако это не означает, что какое-либо из двух государств изменило основные ориентиры внешней политики. Просто это означает, что обе стороны, особенно, Россия, увидели, что необходима интенсификация диалога, открытие новых и существовавших ранее коммуникаций, чтобы существующие проблемы были урегулированы более эффективно. На данном этапе я не могу сказать, насколько входит в интересы российского правительства позитивное решение определенных вопросов, но главное, что позитивный шаг предпринят.

- Предполагает ли этот шаг окончательное урегулирование отношений?

- Не уверен. Все зависит от того, что подразумевается под окончательным урегулированием. Если мы имеем в виду облегчение блокады, восстановление воздушного сообщения, торговли и т.д., то потенциал для этого существует, однако, если под урегулированием проблем мы подразумеваем, что Россия больше не будет мешать Грузии в восстановлении территориальной целостности, то сомневаюсь, чтобы это произошло в ближайшем будущем.

- Вместе с тем президент Путин в ходе встречи с послом заявил, что одним из важных направлений Российского государства является урегулирование существующих в постсоветском пространстве конфликтов, и роль России в этом деле возрастает. Не означает ли это заявление, что северный сосед может сыграть в этом направлении позитивную роль?

- В этом случае я настроен более пессимистически, поскольку мы привыкли к таким заявлениям, но реальность нам показывает абсолютно другое. Поэтому позитивная роль должна проявиться в политике, и если существует какое-либо принципиальное изменение, то мы увидим это в ближайшем будущем. Просто я очень сомневаюсь, чтобы в ценностях российской политики или в ориентирах ее внешней политики было место какому-либо важному сдвигу.

- В своем заявлении Путин отметил и то, что во время встречи с Саакашвили в сентябре прошлого года они договорились о шагах, которые будут ориентированы на урегулирование отношений, и первым таким шагом стало подписание на рыночных принципах договора о поставках природного газа из России. Как вы думаете, решение о покупке российского газа по цене 235 долларов США за тысячу кубометров действительно было принято государством, исходя из чрезвычайной ситуации, или это соглашение президентов было определенной предпосылкой для обновления дипломатических отношений?

- Факт, что мы не имеем достаточно альтернативных ресурсов. Думаю, что власть проделала серьезную работу для того, чтобы не платить так называемую политическую цену. Конечно, мы, исходя из экономического положения, были вынуждены согласиться покупать эти энергоресурсы хотя бы в какой-то дозе. Поэтому это не было неожиданным…

- Хотя со стороны правительства делались очень четкие заявления о том, что приобретение природного газа из России исключено…

- По-моему, это больше представляло собой стратегию переговоров. Было ясно, что Грузия не смогла бы на сто процентов найти альтернативные источники. Что касается соглашения президентов, то об этом я говорить не могу. Скажу одно, для России было бы очень болезненным, если не только в Грузии, но и на территории всей Европы был бы аннулирован один из сильнейших институтов ее политического влияния. Это было бы для нее очень серьезным ударом, политическим, моральным и менее экономическим, но все же ударом. Поэтому, думаю, что Россия в определенной степени «сохранила лицо», когда сумела более или менее эффективно задействовать свой институт и восстановить дипломатические отношения. Возможно, это и подразумевал президент России, когда говорил о шагах, предпринятых в сторону нормализации отношений…

А Тбилиси, между тем, продолжает демонстрировать добрую волю.
«Грузия готова к переговорам с Россией по вопросу ее членства во Всемирной торговой организации» — заявил в понедельник министр экономического развития Грузии Георгий Арвеладзе. По его словам, 23 января грузинские эксперты отправились в штаб-квартиру организации в Женеву на  очередной раунд переговоров по данному вопросу. При этом Арвеладзе особо подчеркнул, что главным и принципиальным требованием Грузии к России в вопросе ее вступления в ВТО остается легализация «незаконно функционирующих таможенно-пропускных пунктов на абхазском и югоосетинском участках российско-грузинской границы».
Следующим шагом на пути нормализации отношений станет, очевидно, возобновление авиасообщения между двумя странами. Официальные переговоры между РФ и Грузией по вопросам погашения задолженности за аэронавигационное обслуживание и подготовки нового соглашения о воздушном сообщении между двумя странами начнутся 5–6 февраля, сообщили источники в Москве…
Тем временем направление урегулирования ключевой проблемы — территориальной — может быть обозначено уже 24 января.  На консультативном заседании Совета Безопасности в среду рассматривается вопрос об исполнении условий резолюции Совбеза ООН по ситуации в зоне грузино-абхазского конфликта, принятой 13 октября 2006 года по инициативе России. В ней, в частности, содержится призыв к Тбилиси вывести войска из верхней части Кодорского ущелья, а также обращение к сторонам конфликта полностью соблюдать ранее достигнутые соглашения о прекращении огня, «воздерживаясь от провокационной риторики». Этот же документ продлевает до 15 апреля 2007 года мандат Миссии ООН по наблюдению в зоне грузино-абхазского конфликта.
Накануне заседания замглавы МВД Грузии Екатерина Згуладзе заявила: «Мы готовы начать переговоры с Абхазией без каких-либо предварительных условий с нашей стороны». Она добавила, что Грузия настроена конструктивно и хочет заверить как абхазскую сторону, так и международное сообщество в том, что с грузинской стороны не исходит никакой угрозы.
В таком же ключе высказался и постоянный представитель Грузии в ООН Ираклий Аласания : «Единственный язык, который мы выбираем, — это язык мира». Он сообщил, что Грузия представит новые инициативы по урегулированию конфликта на встрече в Швейцарии, запланированной на февраль. «Эти инициативы призваны снять опасения Сухуми по поводу гарантий безопасности и озабоченность Грузии в связи с проблемой возвращения беженцев в Абхазию», — сказал Аласания.
Представители официального Тбилиси, в свою очередь, заявили, что в Кодорском ущелье нет подразделений Минобороны Грузии, а есть только полицейские силы, количество которых «вполне соразмерно с аналогичными регионами страны».
В подготовленном к заседанию докладе по грузино-абхазским отношениям генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун  призвал стороны возобновить диалог, предотвратить возможное развитие насильственного сценария, выразившееся в убийствах сотрудников правоохранительных структур обеих сторон в декабре и январе, и «вместо поиска защитников извне попытаться понять друг друга».
Аналогичные рекомендации отражены в подготовленном на днях докладе Международной группы по предотвращению кризисов (Crisis Group), отмечает «Независимая газета». Эксперты считают, что 14-летние переговоры мало что изменили в урегулировании конфликта, а у обеих сторон — по-прежнему негативное мнение друг о друге. Более того, в докладе, опубликованном на официальном сайте Crisis Group, выражается опасение в том, что, «если Грузия и Абхазия не прекратят предъявлять друг другу политические требования в виде условий для возобновления переговоров и сотрудничества друг с другом, возможно, в 2007 году между ними вновь разразится борьба». Подчеркивая негативную роль спецоперации грузинских властей в Кодорском ущелье, оборвавшую переговорный процесс, Crisis Group обращает внимание абхазских властей на нерешенность проблемы более 200 тысяч беженцев, проживающих в различных частях Грузии в невыносимых условиях. «Грузия должна перестать обращаться с абхазами как с марионетками России и сделать шаги для поощрения доверия. Де-факто власти Абхазии должны открыться такому сотрудничеству», — считают авторы доклада.
В том же духе высказался спецпредставитель ЕС по Южному Кавказу Петер Семнеби, посетивший Сухуми в конце минувшей недели. Его поездке в столицу непризнанной республики предшествовал визит внушительной делегации Евросоюза из четырех рабочих групп, одновременно прибывших в Сухуми для изучения ситуации. По итогам встречи в МИДе Петер Семнеби заявил журналистам, что, несмотря на сложность ситуации, есть новые положительные элементы на политическом небосклоне. « Хотя позиция Евросоюза в отношении Грузии понятна, мы можем оказать немалую помощь Абхазии», — заявил дипломат.
В свою очередь, министр иностранных дел непризнанной республики Сергей Шамба, выразив благодарность за финансирование ряда проектов ЕС, отметил, что эти проекты не приведут к тому, чтобы Абхазия отказалась от своих коренных интересов и независимости, дипломатично заметив: «Они и не могут к этому привести, и не ставят такой цели».
Вместе с этим Сергей Шамба дал понять, что Абхазии в переговорном процессе следует обеспечить равные с грузинской стороной права. Очевидно, под этим министр подразумевал предоставление абхазской стороне международной трибуны, чтобы она сама, без посредников могла довести до мирового сообщества свое видение ситуации, полагает «НГ».
Грузия, в свою очередь, предлагает Абхазии и Южной Осетии федеративное устройство. Как заявил государственный министр Грузии по вопросам интеграции в европейские и евро-атлантические структуры Георгий Барамидзе: «Мы гарантируем Абхазии и Южной Осетии самую высокую степень автономии, которая существует в мировой практике. Для начала должен возобновиться переговорный процесс, а потом придем к конечному результату».
Комментируя Российско-грузинскому информационно-аналитическому сайту ближайшие перспективы мирного урегулирования, он пояснил: «Международное сообщество единогласно поддержало наш план по Южной Осетии на заседании ОБСЕ в Любляне, проходившем с участием России. Затем Россия отказалась от этого плана, заявив, что даже не знает его. Мы готовы улучшить план, но вносить принципиальные изменения — нет смысла. Первым пунктом там значится демилитаризация зоны, и переставить этот пункт невозможно. Затем идет создание атмосферы доверия. Кто может сказать, что не надо создавать доверие путем демилитаризации? Если у кого-то есть другой план — пусть нам подскажут. Затем идет определение статуса Абхазии и Южной Осетии в составе Грузии — то есть мы идем на компромисс, отодвигая политическое решение вопроса. Мы готовы вкладывать финансы — не только деньги доноров, свои собственные — чтобы строить в Южной Осетии дороги, школы. Весь мир поддержал этот план, только Россия пытается его блокировать, мы же делаем все возможное, чтобы его реализовать. В то же время мы будем рассматривать и принимать поступающие предложения — в том числе и от России. Мы бы хотели напрямую разговаривать с Россией, но если в переговорный процесс будут вовлечены Евросоюз, США, ОБСЕ, мы были бы только рады».
Анализируя причины, по которым Россия может снять эмбарго против Грузии, Барамидзе высказывает несколько соображений: «Российская сторона не ставила какие-либо условия для снятия эмбарго. Все сводится к тому, что Грузия должна прекратить „антироссийскую политику“ и „антироссийскую риторику“. Что конкретно мы должны прекратить — непонятно. Мы заинтересованы в потеплении отношений. Не только в потеплении — мы заинтересованы в искренней дружбе с Россией. Мы хотим иметь хорошие экономические связи, несмотря на то, что и без них, как видим, не погибнем и наше развитие не остановится. Заинтересованы в торговле, развитии транспортных связей, сотрудничестве в энергетической сфере, хотя без российского газа Грузия не погибнет и на колени не встанет. Готовы сотрудничать в сфере борьбы с терроризмом, агрессивным сепаратизмом — эти вопросы не должны волновать только Грузию, это злободневный вопрос и для России. Это все — наши сферы интересов. Мы также желали бы сотрудничать в сфере безопасности и военной сфере. То есть, у Грузии нет никаких причин не сотрудничать с Россией в этих сферах. Во всяком случае, когда сопоставляем плюсы и минусы, везде, в конечном результате получается плюс. Мы за добрые отношения. Если же Россия выступает с позиции, что само существование независимого и единого государства Грузия для нее проблема, тут мы ничего не можем сделать. Мы видим явное расхождение слов с делами — это, действительно, проблема. Официально Россия поддерживает территориальную целостность, и в то же время в Абхазии и Южной Осетии наши территории фактически оккупированы российскими военными. Хороший пример — Южная Осетия: все правительство укомплектовано гражданами России. Они работают в госструктурах России, получают зарплату… Если речь идет о том, что мы должны не говорить об этом и безмолвно наблюдать, как Россия действует против Грузии, то компромисса мы никогда не достигнем. А желание говорить с Россией у нас есть, но не в условиях, когда Россия считает себя старшим братом, и мы не совсем равны, хоть и декларируем равенство».
Главным яблоком раздора Барамидзе называет российскую концепцию Грузии: Россия не выносит сам факт независимости Грузии — не формальной, как в некоторых странах, а реальной. И Абхазия, и Южная Осетия — следствия этой политики. «Создавая проблемы на нашей территории, Россия доказывает мировому сообществу, что Грузия не в состоянии проводить независимую политику», — считает министр.
Еще одна проблема долгосрочного характера, урегулировать которую Москва и Тбилиси вряд ли смогут — стремление Грузии вступить в НАТО, к которому, как заявляет Барамидзе, страна будет готова в 2008–09 гг.
Комментируя слова министра обороны РФ Сергея Иванова о том, что новые члены Альянса вооружают Грузию и Москва опасается, что это оружие может быть использовано против Абхазии и Южной Осетии, Барамидзе  сказал: «Подобные заявления больше по части эмоций, чем прагматичной политики. У самой России есть тесные партнерские взаимоотношения с НАТО. Эта организация не угрожает России, это запечатлено в соответствующих документах. Среди членов НАТО есть европейские государства, с которыми у России отличные отношения. Вступление Грузии в НАТО не только не может быть проблемой для России, но будет означать, что Грузия — страна, достигшая европейских стандартов, то есть реально демократическое государство, где защищаются права граждан и меньшинств, где экономика развивается по рыночным принципам. Нормальное цивилизованное государство на южных рубежах, которое хочет дружить с Россией, должно быть как раз в ее интересах. Сам президент Путин, говоря со своими согражданами, сказал, что у России проблем со вступлением Грузии в НАТО — нет. Проблемы — Абхазия и Южная Осетия: Грузия не кровопролития желает, а прилагает все усилия для восстановления территориальной целостности, Россия же демонстрирует двойные стандарты».