Россия - США: торг уместен и необходим

В четверг в Брюсселе состоялось очередное заседание совета Россия — НАТО на уровне глав военных ведомств. Главными темами обсуждения стали проблемы обеспечения европейской безопасности, противодействия международному терроризму, перспективы дальнейшего развития отношений между РФ и НАТО. В рамках этой дискуссии ключевым вопросом являются планы США по размещению элементов своей системы ПРО в Европе и совместное с Россией использование Габалинской радиолокационной станции.
После встречи с министром обороны РФ Анатолием Сердюковым глава Пентагона Роберт Гейтс заявил, что предложение России о совместном использовании радара в Азербайджане для отслеживания ракетных пусков в Иране актуально, но радиолокационная станция «Дарьял» вряд ли сможет заменить американский радар в Чехии. «Я очень четко дал понять во время заседания, что мы рассматриваем азербайджанский радар как дополнительное средство и что мы намерены продолжать работать с радаром сверхвысокочастотного диапазона в Европе», — заявил Гейтс после заседания Совета Россия-НАТО.
Сердюков, в свою очередь, предупредил США, что размещение радара в Чехии и ракет-перехватчиков в Польше станет «недружественным шагом». «Мы рассматриваем такое решение как шаг, направленный на разрушение существующей системы безопасности и создание новых разделительных линий на европейском континенте», — сказал российский министр.
Однако, по словам присутствовавших дипломатов, Сердюков не повторял угроз Путина и не выдвигал дополнительных условий по радару в Габале. Один из натовских дипломатов назвал встречу «спокойной и холодной». «Каждая из сторон просто повторила свои аргументы. Жестких высказываний не было, но и подвижек тоже», — сказал дипломат.
Гейтс, в свою очередь, отметил, что никто из министров стран НАТО не высказал возражений против планов размещения элементов ПРО в Европе. «Очевидно, что есть заинтересованность в том, чтобы подвигнуть русских участвовать вместе с нами в этом проекте, чтобы система дополняла собственные противоракетные системы НАТО меньшего радиуса действия и чтобы была прозрачность», — сказал глава Пентагона.
На отдельном заседании без участия Сердюкова министры стран НАТО решили к февралю 2008 года подготовить специальную оценку возможности подключения американских объектов в Чехии и Польше к европейской ПРО театра военных действий, которую альянс планирует создать специально для стран юго-восточной Европы, сообщает BBC. Как пояснил генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер, планируемые к развертыванию элементы американской системы ПРО в Европе не покроют всю ее континентальную часть. По словам де Хооп Схеффера, территория стран НАТО «не находится под угрозой баллистических ракет большой дальности, но ей угрожают ракеты средней и малой дальности».
Очевидно, полная ясность в вопросе ПРО наступит в ходе предстоящей в начале июля в штате Мэн встречи президентов двух стран — обсудить этот вопрос Владимир Путин и Джордж Буш договорились на саммите G8 в Германии.
Вторая важная проблема — ситуация вокруг Договора об обычных вооружениях в Европе (ДОВСЕ), который был подписан государствами Варшавского договора и НАТО 17 лет назад и адаптирован после распада СССР. Страны НАТО до сих пор не ратифицировали договор, и Россия, увязывая данный фактор с дисбалансом сил, возникшем в результате расширения альянса и дальнейшими перспективами изменения ситуации в сфере европейской безопасности с учетом американских планов по развертыванию ПРО, заявила о намерении объявить мораторий на его исполнение.
На чрезвычайной конференции по обсуждению Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), открывшейся 13 июня в Вене по инициативе РФ, российская делегация предложила шесть шагов, которые нацелены на восстановление жизнеспособности ДОВСЕ: 1. возвращение Латвии, Литвы и Эстонии в договорное поле, из которого они «выпали» в 1991 году;  2. понижение суммы разрешенных договором вооружений и техники стран НАТО в целях компенсации потенциала, приобретенного альянсом в результате двух «волн» расширения; 3. принятие политического решения об отмене фланговых ограничений для территории России; 4. разработка общего понимания термина «существенные боевые силы» и проявление соответствующей сдержанности в период до его согласования; 5. вступление в силу Соглашения об адаптации ДОВСЕ не позднее 1 июля 2008 года; 6. разработка условий присоединения к ДОВСЕ новых участников и дальнейшая модернизация договора.
Выступая на открытии конференции, глава российской делегации, директор департамента МИД РФ по вопросам безопасности и разоружения Анатолий Антонов заявил: "Россия по-прежнему остается приверженной тем целям, которые около 20 лет назад были положены в основу европейского режима контроля над обычными вооружениями. Однако изменилась Европа, и данное обстоятельство делает необходимым модернизацию инструментария, применяемого для достижения этих целей.
Ряд предложений, которые нацелены на восстановление жизнеспособности ДОВСЕ, по словам Антонова, представляют собой своего рода «дорожную карту», где вехами отмечены ключевые шаги на пути к выходу из создавшейся кризисной ситуации.  В случае отсутствия договоренности с партнерами, отметил он, Россия в принципе не исключает выхода из договора, однако на данном этапе считает возможным рассмотреть вопрос о целесообразности «приостановления действия ДОВСЕ до выполнения его участниками условий, обеспечивающих восстановление его жизнеспособности».
Комментируя ситуацию, помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Дэниел Фрид заявил, что Соединенные Штаты негативно отнесутся к приостановке Россией своих обязательств в рамках ДОВСЕ. «В ДОВСЕ отсутствует положение, предусматривающее приостановку выполнения взятых на себя обязательств», — отметил Фрид. Администрация Буша, по его словам, «по меньшей мере сочтет вызывающим сожаление» возможное решение Москвы «заморозить» участие в ДОВСЕ. «Мы считаем, что этот весьма успешный многосторонний режим контроля над вооружениями может быть сохранен, обновлен и сделан полезным в XXI веке… Намерение США и наших союзников по НАТО и других европейских союзников заключается в том, чтобы защищать режим ДОВСЕ и помогать ему оставаться тем, чем он был с 1990 года — крупным успехом и краеугольным камнем европейской безопасности», — отметил Фрид.
В то же время, признав необходимость быть «реалистами в том, что касается противоречий», заместитель госсекретаря подчеркнул, что странам НАТО вместе с Россией и другими странами, подписавшими ДОВСЕ, нужно будет серьезно и творчески поработать над проблемами, волнующими Москву. В то же время, «мы должны также быть верными и собственным принципам, и таким странам как Грузия и Молдавия», добавил Фрид. «В отношении Грузии прогресс налицо. В отношении же Приднестровья — нет, боюсь, пока еще нет», — сказал он, отметив присутствие в этой республике российских военных и больших оружейных арсеналов.

Может ли быть найден консенсус в вопросе развертывания системы ПРО? Отвечая на него, Эндрю Качинс, руководитель программы по изучению России и Евразии вашингтонского Центра стратегических и международных исследований, в первую очередь, комплиментарно отзывается о Путине, называя российского президента мастером сюрпризов.  Он пишет в «Newsday», что если Буш примет предложение Путина делиться информацией РЛС в Азербайджане, можно будет сказать, что ’холодная война’ действительно закончилась.
Всего месяц назад он сравнивал США с нацистской Германией, утверждая, что наибольшая опасность для всего мира исходит из Вашингтона, напоминает Качинс. Последние три месяца из Москвы все громче звучали угрозы, достигнув крещендо на путинской пресс-конференции в Москве накануне саммита. Его заявление о том, что российские ракеты будут нацелены на Европу, если США продолжат осуществление плана по размещению радара и ракет-перехватчиков в Чешской Республике и Польше, буквально ошеломило всех.
И вдруг в минувший четверг, на встрече ’восьмерки’, он предложил делиться с американцами информацией о ракетных пусках, фиксируемых радиолокационной станцией, построенной в Азербайджане еще в советские времена. Это по сути означает сотрудничество того же уровня, что существует у нас с ближайшими союзниками. Что же происходит?
Несомненно, Путин питает слабость к драматическим эффектам. Если он в последний раз участвует в саммите ’восьмерки’ в качестве главы государства — а скорее всего, так и будет, поскольку его президентский срок заканчивается будущей весной — Путину удалось сделать так, чтобы его уход со сцены запомнился надолго. Однако это предложение — не просто театральный жест. В тактическом плане оно просто гениально — и выигрышно для него при любом результате.
Но в чем заключаются истинные намерения российского президента. Он просто устраивает ’короткое замыкание’ в цепи реализации американских планов по размещению системы ПРО в Европе, или всерьез настроен на сотрудничество с США и нашими европейскими союзниками, способное радикально перекроить геополитическую карту Евразии?
Российскому президенту как минимум удалось сорвать игру администрации президента Буша и перечеркнуть все прежние политические расчеты, строившиеся в Европе в связи с планами развертывания элементов ПРО, считает Качинс. Пока еще рано говорить, предпринимает ли он стратегический гамбит исторического масштаба, но мы несомненно узнаем это к моменту встречи Путина с Бушем, которая состоится через три недели в Кеннебанкпорте…
Конечно, на пути реализации инициативы Путина существуют значительные препятствия. Во-первых, расположенная в Азербайджане РЛС по техническим характеристикам отличается от радара Х-диапазона, который мы намеревались разместить в Чешской Республике. Возникнет целый ряд технических и юридических сложностей, но главная проблема сводится к уровню доверия и политической ситуации. Сегодня российские и американские политические и военные элиты недостаточно доверяют друг другу, чтобы буквально в одночасье перейти к тем формам сотрудничества, что существуют лишь между ближайшими союзниками.
Буш и Путин не первый год заверяют нас, что ’холодная война’ закончилась; теперь у них появилась возможность нагляднейшим образом доказать справедливость этих утверждений. Если им удастся проявить достаточную политическую волю, чтобы преодолеть все трудности, они внесут большой вклад в обеспечение международной безопасности и смогут изменить к лучшему неоднозначные итоги своей деятельности. Готов поспорить, что путинских друзей в Тегеране и, в меньшей степени, в Пекине, такой оборот событий явно не устраивает. Как бы то ни было, я снимаю шляпу перед Путиным, заключает Эндрю Качинс.
Аналогичной позиции придерживается французская «Les Echos». Разве можно придумать лучшее место для размещения радара слежения за Ираном, этим ’государством-изгоем’, которое подозревают в том, что оно обогащает уран в военных целях, и чей президент без устали выступает за разрушение Израиля и унижение его американского друга, спрашивает газета? И отвечает, что безусловно, Азербайджан не подойдет для размещения американских ракет, поскольку по законам баллистики для перехвата гипотетических иранских ракет, ракеты-’убийцы’ должны обладать достаточным временем, чтобы пересечь их траекторию полета, а, следовательно, не должны базироваться в непосредственной близости. В этом отношении территория Польши, расположенная на расстоянии 4 000 километров от Ирана, в отличие от Азербайджана, подходит идеально.
Таким образом, Путин поймал Буша на слове: если в американские намерения действительно входит использование своего противоракетного щита исключительно против Ирана, а не России, тогда азербайджанская база — предложение, от которого не стоит отказываться. Президент Буш был вынужден, не моргнув глазом, ответить, что идея ’интересная’. На первый взгляд, она могла показаться розыгрышем. Но по здравому рассуждению это предложение может открыть дорогу переговорам, которые позволят улучшить отношения между Россией и Западом, которые в последнее время складываются не лучшим образом. Россия, которая не может преодолеть отставание в некоторых областях, все еще является второй ядерной державой в мире. И поэтому любые шаги, которые будут способствовать поддержанию атмосферы мирного сотрудничества, следует рассматривать, как позитивные. Господин Путин всех сбил с толку. Отличный ход!, заключает «Les Echos».
Немецкая Handelsblatt оценила инициативу российского президента как «тактически превосходный ход». После дипломатической конфронтации с США, длившейся несколько недель, Россия, отмечает Handelsblatt, вернулась за стол переговоров с серьезно задуманным, а также серьезно воспринятым предложением. Причем мотивы, побудившие Путина к такому шагу, по мнению немецкой газеты, не столь важны: «Руководило ли Путиным опасение, что с его односторонней позицией отрицателя он не сможет рассчитывать на успех на саммите ведущих индустриальных держав в Хайлигендамме, или угроза ракетных атак с Ближнего Востока вдруг показалась ему более реальной, чем прежде, так и осталось загадкой, несмотря на заявления для прессы.
Однако в конечном счете мотивы решающей роли здесь не играют. Гораздо важнее то, что спор о системе противоракетной обороны не приведет к дальнейшей эскалации, а основные игроки, Буш и Путин, могут приступить к предметным переговорам». И это необходимо, констатирует Handelsblatt, «ведь предложение Путина — это еще не решение вопроса о том, как должна выглядеть система ПРО и, главное, где будут размещены ее элементы. Так, Путину кажется, что всю Европу можно защитить от вражеских атак из одного лишь Азербайджана. Однако президент США вряд ли пойдет на такой компромисс, он продолжает придерживаться восточноевропейского плана, размещении системы ПРО в Польше и Чехии. Эти вопросы подлежат выяснению. Предложение Путина — это только первый шаг».
«Berliner Zeitung» также считает, что «более ловко, чем Путин, провернуть это было невозможно. Да, отношения с США после этого лучше не стали, но теперь с огромной проблемой столкнулся американский президент Джордж Буш, считает газета. Если Буш не согласится на это — как он сам выразился — „интересное предложение“ из Москвы, его сразу обвинят в том, что он сыграл неверно. Это лишь подтвердит то, что на самом деле американская система ПРО направлена все-таки против России, а не, как постоянно заверяется, против Ирана или Северной Кореи. Буш должен был предположить, что ему не стоит относиться к Путину как к третьесортному сопернику».
Президент России, по оценке немецкой газеты, оказался соперником «по крайней мере, равноценным». При этом отмечается, что «Россия по праву чувствует себя притесняемой НАТО с того момента, как США настаивают на принятии в военный альянс Украины и Грузии. Россия справедливо считает себя одураченной США, поскольку Буш со всей стремительностью реализует планы по размещению противоракетного щита, не принимая всерьез опасения Москвы. По крайней мере, один из президентов предпочел не следовать в Хайлигендамме ритуалам соперничества».
«Если предложение Путина соответствует реальности, то его можно расценивать как начало новой фазы креативной международной политики», — заключает «Berliner Zeitung».
К приезду Буша известный информационно-аналитический еженедельник Германии Der Spiegel опубликовал интервью уполномоченного администрации американского президента  по вопросам системы ПРО генерала Генри Оберинга, где тот заявил, что США могут воздержаться от размещения элементов системы ПРО на территории Европы, в случае, если государства, в которых эта система должна быть размещена, будут против. «То есть если Польша и Чешская республика не дадут своего согласия. Мы же никого не принуждаем», — пояснил генерал.
В ответ на вопрос, почему США хотят такого быстрого решения, связано ли это в большей степени со скорым уходом администрации Буша, чем с угрозой со стороны Ирана, Оберинг заявил: «Нет. Я знаю: многие указывают на то, что Иран сегодня не представляет угрозы для Европы, и это действительно так. Но завтра ситуация может измениться. Мы видим прогресс Ирана в том, что касается ракетных технологий, точно так же, как и в Северной Корее. Эти государства сотрудничают. Я уверен, что Иран будет проводить весьма агрессивную программу по совершенствованию и испытанию своих технологий. Создадут ли иранцы ракеты, которые способны покрывать более дальние расстояния, чем это нужно, например, в конфликте с Израилем? Это было бы решающим доказательством. Если это произойдет, не хотелось бы оказаться неготовыми».
По его оценке, основанной на мнении большинства экспертов спецслужб, Иран будет в состоянии угрожать США, начиная с 2010–2015 годов. «Европе — еще раньше. Мы должны сосредоточиться на этом, а не на внутренних конфликтах между НАТО и Россией, между США и кем-то еще. Даже если мы начнем строительство объектов системы ПРО в конце 2008 — начале 2009 годов, до 2011 года мы будем еще не в состоянии применять ракеты-перехватчики, это произойдет лишь к 2013 году. На это требуется много времени. Мы не пытаемся остановить дебаты внутри НАТО. Мы не пытаемся задушить их на корню. Но существует определенная срочность в том, что касается угрозы», — заявил Оберинг.
При этом он освежил в памяти историю с Северной Кореей: «Вы помните, что произошло прошлым летом? Северная Корея подготовила к запуску ракету и никому не сказала, какой боеголовкой она оснащена. В нашей стране серьезные политики, среди них и бывший министр обороны администрации Клинтона, утверждали, что нам нужно нанести превентивный удар. Буш сказал: нет. Система дает руководству иные возможности, чем ответный или превентивный удар».
Неожиданно из уст генерала прозвучала мысль о строительстве базы на территории России: «Думаю, имело бы смысл комбинировать американские и российские технологии. Если мы будем сотрудничать с Россией и создадим общую систему ПРО, которая сделает подобное оружие в принципе бесполезным, это станет отличной конечной целью».

Каковы перспективы дальнейшего диалога между Россией и США в области ПРО? Может ли Америка пойти на уступки и отказаться от своих европейских планов? Об этом МиК спросил у Андрея Федорова, генерального директора фонда «Центр политических исследований и консалтинга»:
- Прежде всего, нужно сказать, что по всей видимости, американцы из тактических соображений согласятся на использование Габалинской РЛС, потому что это им будет очень выгодно. При этом они продолжат размещение комплексов ПРО в Польше и Чехии.
Дело в том, что у них есть один очень серьезный аргумент, который основан на том, что Габалинская РЛС может дать только информацию о пуске ракет и прочих подобных фактах. Но перехват ракет надо же где-то осуществлять! То есть, надо либо совместно с нами строить пусковые шахты для ракет-перехватчиков, или использовать все-таки те шахты, которые они хотят построить в Польше. И в настоящий момент ситуация как бы половинчатая, потому что наше предложение зависло в воздухе, и самое важное здесь — это не первая часть предложения Владимира Владимировича, а вторая.
Кто будет перехватывать ракеты? Совместно, или американцы отдельно, а мы отдельно? Как все будет осуществляться? Это самое главное.
Потому что Габалинская РЛС решает только информационную задачу. И с этой точки зрения американцам бы было очень выгодно сидеть на Габалинской РЛС и иметь всю информацию о том, что движется, начиная от Австралии и заканчивая Ближним Востоком. Но их аргумент очень простой — а кто будет перехватывать? И этот вопрос должен стать одной из тем конкретизации в ходе переговоров 1–2 июля в Америке между Путиным  и Бушем.
Собственно говоря, предложение по Габалинской РЛС — лишь одна из частей всего спектра взаимодействия. И я не думаю, что американцы будут отступать, поскольку у них есть решение о создании глобальной ПРО, соответствующий механизм запущен, выделены деньги, и они это программу уже реализуют. И я не вижу оснований, чтобы они от этого отказались, потому что, если им отказываться от своей глобальной ПРО, то нужно получить что-то взамен. А мы взамен ничего большего пока дать не можем.

- Ну, а если они не откажутся от своих планов, и будут строить радар в Чехии и установки в Польше, то мы можем отыграть назад и взять свое предложение обратно? Ведь Путин говорил об этом как именно об альтернативе.

Если они не уступят, то, конечно, мы можем это предложение взять обратно. Потому что мы то его делаем именно в увязке, говоря, что давайте вместе использовать Габалинскую РЛС, но при этом вы не будете строить радар в Чехии, и не будете строить пусковые шахты в Польше.  А параллельно с этим мы вместе с вами будем решать, где на самом деле ставить ракеты-перехватчики. Может быть,  в Турции, или в Болгарии, или где-то еще. Это не важно. Но это будет совместный проект.
Если же это не будет совместный проект, то извините, тогда мы начинаем гонку вооружений…

- А перспектива выхода России  из ДОВСЕ реальна, на ваш взгляд?

На самом деле, этот вопрос никого из специалистов особенно не волнует. Ну, вышли мы из ДОВСЕ. Ну, перебросили, к примеру, 500 танков с Урала в европейскую часть, поставили их в Смоленске. Ну и что дальше?
Понимаете, традиционные войсковые соединения, танки, бронетранспортеры, личный состав в современных условиях уже не имеют никакого значения. Сколько их находится на европейской части Российской Федерации, не важно. Мы все равно танковым маршем на Париж не пойдем. И на самом деле ДОВСЕ безумно устарел, потому что он был рассчитан на баланс между НАТО и Варшавским договором. Баланс по людям, по танкам, по фланговым ограничениям. А  сейчас какая разница?  В новых исторических условиях это не имеет значения.
Ну, насытим мы Ленинградскую область новыми войсковыми соединениями, или разместим в Смоленске танки, которые там будут стоять точно также в смазке, как стоят сейчас на Урале.
То есть, Запад ДОВСЕ не волнует, Запад боится другого — он боится того, что ДОВСЕ будет только первым шагом, за которым последуют более серьезные вещи, а именно, наш полный выход из Договора по ракетам средней дальности. Вот это представляет для Запада большую опасность, потому что мы тогда сможем возобновить в течение полугода производство ракет средней дальности, и установить их в непосредственной близости от границ Европейского союза и НАТО. В том же Калининграде, Ленинградской области, в том же Смоленске или вместе с Белоруссией на западных границах.
Хотя мы должны прекрасно понимать, что появление новых российских крылатых ракет приведет к полному исчезновению доброго имиджа России, который, более или менее, сейчас есть. То есть, последствия будут самыми тяжелыми, и именно поэтому нам нужно сейчас с американцами договариваться. Причем договариваться, видимо,  пакетно.

- А по каким еще актуальным проблемам России и США обязательно придется договариваться? Есть ли они?

Да, у нас есть такие вопросы. Первый ключевой такой вопрос в российско-американских отношениях — это Иран. И я думаю, что именно Иран нам предложат в конечном счете в качестве размена. Американцы скажут: мы пойдем на уступки по ПРО, но вы даете полное добро на военную операцию против Ирана. Это самый сложный и самый серьезный вопрос, потому что у него есть огромные последствия — региональные и глобальные.
Второй важный вопрос — это, безусловно, расширение НАТО и включение в НАТО Грузии и Украины.
Третий, очень проблемный вопрос — это постсоветское пространство в увязке с положением в Косово. Запад требует от нас признать суверенитет Косово, и если мы этого не сделаем, американцы готовы это сделать в одностороннем порядке. Но если они в одностороннем порядке признают суверенитет Косово, то мы, соответственно, в одностороннем порядке можем признать, допустим, независимость Абхазии. И тогда пойдет новый виток конфронтации.
В целом, таких вопросов достаточно много. И именно политическая сфера насыщена проблемами, потому что в торгово-экономической сфере у нас практически ничего нет.

- Вы полагаете, что эти вопросы должны решить действующие президенты — Владимир Путин и Джордж Буш,  до окончания срока своих полномочий? Успеют ли они хотя бы приступить к их решению?

Моя позиция такая — если они сейчас, в июле, не договорятся, то это будет очень серьезным бременем следующих президентов. Потому что осенью этого года и Бушу, и Путину будет уже не до этого. 
Тем более, я еще раз хочу повторить, там будет очень сложный пакет договоренностей, все предложения будут рассматриваться в пакете, в котором  будет сложно вычленить договоренность по одному пункту или договоренность по другому.  Все очень увязано. То есть, будет торговля, и очень серьезная торговля.